Горцы Южного Дагестана в Кавказской войне в 1-ой пол. XIX века.

СОДЕРЖАНИЕ. ВВЕДЕНИЕ. ГЛАВА I. Процесс присоединения Южного Дагестана к России и усиление колониального и феодального гнета в 1 четверти 19 в.
§ 1.1. Присоединение к России § 1.2 Феодальный и колониальный гнет
ГЛАВА II. Борьба народов Южного Дагестана против колонизаторской политики царизма 20-50 гг. 19 в.
§ 2.1. Народное восстание в Южном Дагестане в 1837-1839 гг. § 2.2. Поход Шамиля в Самурскую долину 1848 г.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Список использованной литературы и источников Список сокращений.
ВВЕДЕНИЕ.Актуальность проблемы. Исключительно большое значение роли исторической науки побуждает историков воссоздать всестороннюю правдивую картину прошлого каждого из народов России. Поэтому в последние годы народы Дагестана проявляют повышенный интерес к своему историческому прошлому. Изучение социально-экономической и политической сферы истории, типологии форм общественного устройства признается одной из важнейших задач отечественной исторической науки. Изучение тенденции социально-экономического и политического развития отдельных регионов имеет большое научное значение для воссоздания общей картины изменений в социально-экономическом и политическом развитии Дагестана и позволяет анализировать богатый фактический материал для научного осмысления пройденного дагестанскими народами пути. Только лишь изучив ход исторических процессов отдельных народов регионов, выявив общие и особенные черты их

- 2 -

развития, можно достичь глубокого освещения истории Дагестана в целом. Актуальность исследования данной проблемы вытекает еще из необходимости критического осмысления существенных в исторической литературе традиционных мнений, архаизирующих общественный строй горцев Дагестана, в том числе и Южного Дагестана. А также актуальность вытекает из правильной оценки участия народов Южного Дагестана в общей освободительной борьбе горцев Дагестана.Необходимо отметить, что начальный этап этой борьбы горцев является сложным и спорным в кавказоведении XIX в., т. к. одни кавказоведы называют освободительную борьбу горцев "кавказской войной" или "кавказскими войнами"", другие - "восстанием" или "народным движением", третьи - "народно-освободительной" или "национально-освободительной борьбой" и т. д. Хотя глубокие социально-политические причины, приведение к освободительной борьбе горцев, достаточно раскрыты в трудах отечественных историков, в последнее время в научном мире наблюдается негативное отношение отвергнутой ранее большинством исследователей концепции, согласно которой Кавказская война "выросла из системы горской экспансии". В этой связи актуальной представляется глубокое исследование вопроса об участии народов Южного Дагестана, которое по нашему мнению, является следствием военно-политического режима, установленного в регионе царской кавказской администрацией. Написаны труды, посвященные отдельным народам, политическим образованием, регионам Дагестана. Уделяется внимание и освещению проблем истории Дагестана. Одной из сложных проблем истории Дагестана является

- 3 -

освещение процесса присоединения Дагестана к России, колониальной политики царизма и антиколониальной борьбы горцев. Эта проблема изучена неравномерно по регионам Дагестана. С этим связан выбор темы настоящей работы. Выбор темы обусловлен и тем, что в дагестановедении проблема участия народов Южного Дагестана в освободительной борьбе горцев до сих пор не нашла должного отражения. По этой теме нет ни одного монографического исследования. Недостаточно исследована и роль идеолога борьбы горцев М. Ярагского.
Между тем освободительная борьба горцев в Южном Дагестане началась с момента введения в регион, после присоединения Грузии, царских войск. С « усилением колонизаторской сути политики царизма, народы Южного Дагестана стали оказывать ей противодействия, обратились за помощью к имаму Шамилю. Обращение к этой теме обусловлено еще и тем, что она в современных условиях приобрела особую политическую актуальность и значимость в связи с событиями на Северном Кавказе, в Дагестане и Чечне, в которых в первой половине XIX в. развернулась крупнейшая вооруженная борьба народов, одержимых идеей национально-освободительного движения и сохранения своей политической независимости от царской России. Хронологические рамки исследования охватывают период с начала до середины XIX в., исходная дата - 1801 г., когда после обращения ряда владетелей Южного Дагестана к Александру I, начался процесс практического присоединения Южно-Дагестанских земель в состав России. Ограничимся исследованием похода имама Шамиля в Самурскую долину, предпринятой им в 1848 г. с целью включения народов

- 4 -

Самурской долины в состав имамата, после которого центр борьбы горцев против захватнической политики царизма переместился в северо-западный Дагестан. Основная цель исследования является комплексное исследование процесса присоединения Южного Дагестана к России и борьба народов этого региона против колонизаторской политики царизма, которая является составной частью освободительной борьбы горцев Дагестана и Чечни в I половине XIX в., последовательное раскрытие социально-политических причин этой многолетней борьбы, выявление специфических особенностей ее проявления в Южном Дагестане.В ходе исследования диссертационной темы поставлены следующие задачи:
- исследовать социально-экономическое и политическое положение в Южном Дагестане в конце XVIII - начале XIX в.; - определить место Южного Дагестана в планах политики России показать борьбу российского самодержавия за присоединение этого региона к России; - выявить взаимосвязь между вступлением южно-дагестанских земель в состав России и усилением колониального и феодального гнета;
- на этой основе рассмотреть причины усиления антиколониальной и антифеодальной борьбы народных масс; - выяснить, что социально-экономическая обстановка в Дагестане в начале XIX в. объективно требовала идеологии для сплочения горцев в общей борьбе за сохранение политической независимости Дагестана;

- 5 -

- исследовать причины и ход народных восстаний в 1837-1839 гг. в Южном Дагестане; - осветить Самурский поход имама Шамиля в 1848 г.;
- проследить взаимосвязь всех этих событий с особенностями проявления колонизаторской политики царизма в Южном Дагестане;
- показать внутреннею связь событий XIX. в. с нынешней политической ситуацией в Южном Дагестане и наметить пути выхода из этого критического положения. Научная новизна работы заключается как в выборе для исследования практически неразработанной темы, так и в полученных в результате ее исследования выводах и положениях. В работе осуществлена попытка комплексного исследования политики царской России по вовлечению народов важного в военно-стратегическом отношении Южного Дагестана в сферу своего политического влияния, используя для этого разные средства политического и экономического воздействия на них, вплоть до организации военных акций, а также вопроса о борьбе народов этого региона Дагестана вместе с другими народами Дагестана в освободительной борьбе горцев Северо-восточного Кавказа в I половине XIX в.

ГЛАВА I.

ПРОЦЕСС ПРИСОЕДИНЕНИЯ ЮЖНОГО ДАГЕСТАНА К РОССИИ И УСИЛЕНИЕ КОЛОНИАЛЬНОГО И ФЕОДАЛЬНОГО ГНЕТА В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА.

§ 1. Присоединение южного Дагестана к России.

Отметим, что царская Россия еще во времена Петра I повела борьбу за утверждение своей власти над Южным Дагестаном, в частности над Дербентским ханством и Табасараном. Но в 1734 г. царские войска ушли из Дербента согласно договору с иранским

- 6 -

завоевателем Надир-шахом. В 1796 г. царские войска заняли Дербент и его округу, дошли до Азербайджана (Баку), но снова ушли за Терек, хотя и ненадолго.

Уже в нач. XIXв. царизм приступил к систематическому политическому завоеванию Чечни и Дагестана, в том числе и Южного. Это было время, когда царская Россия после победы над Наполеоном становится проводником активной, завоевательной политики на Кавказе.

Русский царизм, руководствуясь политическими интересами крепост­ников-помещиков, и учитывая интересы усиливавшей свое влияние буржуазии, упорно и систематически создавал из русских крестьян и казаков себе надежную опору для проведения политики великодержавных стремлении, т. е. политики подчинения и угнетения народов, входящих в состав империи. 1

Рассматривая вопрос о колониальной политики царизма, следует отметить, что она отражала интересы помещиков-крепостников, а также нарождавшейся русской буржуазии, заинтересованной в приобретении новых источников сырья и рынков сбыта изделий российской промышленности. Таким регионом и представлялся им Кавказ в нач. XIX в.

В высших кругах самодержавной России преобладало мнение, что Кавказ, окруженный со всех сторон русскими владениями "по естественному положению своему должен был быть в зависимости от царя"1. Занятие Кавказа, "усмирение и Государственное устройство оного" имело чрезвычайно важное значение, "без сего мы не можем спокойно смотреть на земли Кавказские и вполне пользоваться влиянием своим на земли внутренней Азии"2.

- 7 -

По словам царского историка Р.А.Фадеева, "для России Кавказский перешеек вместе и мост, переброшенный с русского берега в сердце азиатского материка, и стена, которою заставлена Средняя Азия от враждебного влияния, и передовое укрепление, защищающее оба моря: Черное и Каспийское. Занятие этого края было первою государственною необходимостью"3.

Перейти Кавказский хребет русских побуждало и то, что христианские народы Закавказья "изнемогали в борьбе с исламом, и, стоя на краю окончательной гибели в отчаянии простирали к России руки с мольбою о спасении"4. Царизм имел задачу не только вытеснить из Кавказа турок и персов, но и подчинить себе "никогда и ни перед кем не преклонявшихся горцев Кавказского хребта"5.

Кавказ имел важное значение и для контроля над транзитными торговыми путями в страны Востока. Еще Петр I добивался, чтобы европейские страны торговали со странами внутренней Азии не через Средиземное море и Турцию, а через Россию и Каспийское море.6 По мнению Г.А.Джахиева, "продвижение на юг давало возможность царизму распространять русскую колонизацию в глубь Кавказа, а приобщение края к России создавало новую сырьевую базу для растущей русской промышленности"1. Такого же мнения придерживался и И. Р. Нахшунов.

Георгиевский договор 1783 г, по которому в Грузию вступили русские войска, и манифест 1801 г. о присоединении к России Восточной Грузии резко изменили политическое положение и соотношение сил на Кавказе в пользу России.

"Подобно мифологическому Гераклу, который избавил владевшего божественным огнем Прометея, - отмечал царский историк - от когтей терзавшего его орла, - Россия освободила народы,

- 8 -

просвещенные светом божественного учения, от тяжкого гнета теснивших их мусульман"2.

Самодержавие приступило к окончательному присоединению и Дагестана с его уникальным военно-стратегическим положением.

В сложившейся обстановке царское правительство стало вести по отношению к дагестанским владетелям осторожную политику. Это была своего рода "новая" политика, основанная на невмешательстве во внутренние дела дагестанских правителей, внешняя политика которых "менялась по мере изменения международной обстановки на Кавказе и внутриполитического положения Дагестана вообще, каждого владения в особенности"3. К примеру Ших-Али-хан дербентский летом 1799 г был принят в подданство России, но

"несмотря на данную клятву быть верным России, он имел тайные связи с шахом, плел интриги, готовился передаться Персии"4.

Сторонники русской ориентации в Дагестане сообщили об этом астраханскому губернатору К. Ф. Кноррингу, прося "поставить ханом Гасан-Али-хана, являющегося сторонником России"5. Кнорринг в прошении на имя Павла I от 3 марта 1801 г. охарактеризовал Ших-Али-хана как несправедливого, а Гасан-хана как благоразумного человека6.

В 1797г. кадий табасаранский обратился к русскому правительству с просьбой о принятии в подданство. В 1799 г. Рустем-кадий был принят в подданство России с ежегодным жалованьем в 150 руб.

После смерти Павла I 12 марта 1801 г. на российский престол вступил его сын Александр I. Новый царь направил всем подданным России владетелям именные рескрипты с повелением "составить

- 9 -

между собою союз и жить в согласии"1. Ввиду этого Ших-Али-хан и Гасан-хан помирились.

Летом 1801 г посланники Рази-бека табасаранского, Соград-бек и брат его Махмуд-бек были приняты в Петербурге с почестями и пожалованы ценными подарками. В прошении Александру I Соград-бек 12 июля 1801 г. писал. "А как по примеру предков моих я нахожусь с высокостепенным Шейх-Али-ханом в тесной связи и в участии и в несчастии его пребываю всегда с ним единодушен, то желаю, так же как и он, состоять в высоком подданстве вашего в2

В этот день также было подано Александру I прошение уцмия каракай-тагского Рази-бека с просьбой о принятии в русское подданство.

В прошении уцмий подчеркивал, что он "издавна предан высокославной империи всероссийской" 3.

Поток обращений владетелей Дагестана к Александру I увеличился, и для выработки единого документа о заключении союза в сентябре 1802г. они были собраны в Георгиевске. Согласно договору, заключенному в Георгиевске, шамхал тарковский, уцмий кайтагский, кадий табасаранский и хан дербентский перешли под протекторат России. Многие пункты Георгиевского договора предусматривали значительное расширение торговли с горцами. Но он отражал ярко выраженный колониальный характер политики царизма. Чиновники на меновых пунктах и купцы на ярмарках и базарах обманывали неискушенных в коммерческой деятельности горских крестьян, сбывали им недоброкачественный товар по явно завышенным ценам, используя эти "благоприятные возможности для неэквивалентного обмена"1.

- 10 -

Явное неравноправное положение сторон придавало колониальный ха­рактер торговле русских купцов с горцами на меновых дворах. Но горцы вступали в торговые отношения с русскими переселенцами также на станичных ярмарках и сельских базарах. ""Это сближение представляло собой прогрессивное явление, оказавшее большое влияние на дальнейшее развитие русско-кавказских отношений", хотя "оно, не было вызвано к жизни политикой царизма и по существу противоречило ей"2

Политическое сотрудничество царских властей с местными владетелями сопровождалось принятием их "под покровительство России" и присвоением им высоких воинских званий и наград, а также раздачей всевозможных подарков.

Так, по "Записке" от 24 июля 1801г. новому каракайтагскому уцмию Рази-беку выделялось 20 аршин парчи, 10 аршин сукна и 5 аршин атласу. Такие же подарки полагались табасаранскому владельцу Махмуду, брату кадия, а также майсуму Сограб-беку Всего было дано 60 аршин парчи, 30 аршин сукна и 15 аршин атласу3.

Некоторые дагестанские владетели, нуждаясь в поддержке царя, в письмах к нему выражали свои верноподданнические настроения, чернили своих соперников, стремились показать себя сторонниками России. Так, в письме Сурхай-хана казикумухского русскому начальнику в Кубе Жменскому подчеркивалось, что "Ших-Али-хан, акушинские старшины, кадии и окружающие" их "прочие начальники неотступно просят" его нарушить мирные условия с Россией, но что он "на сие их предложение" не соглашается"1

Естественно, царские военачальники на Кавказе, в частности и в исследуемом нами регионе, учитывали все эти обстоятельства в своей политике в регионе.

- 11 -

Обратимся к освещению политики царизма в начале XIX в именно по отношению к народам Южного Дагестана, которая претерпевала разные изменения в силу слагавшихся в этом кавказском регионе обстоятельств.

В самом нач. XIXв. проводником политики царского самодержавия в этом регионе явился назначенный в 1802г главнокомандующим на Кавказе ген П. Д. Цицианов (1754-1806гг..), выходец из старинного аристократического грузинского рода Дед его - Пата Цицишвили еще в 1725г. переселился в Россию вместе с картлинским царем Вахтангом VI2 Цицианов получил российское воспитание, был предан самодержавию. Он быстро "сумел успокоить взволнованную и недовольную правительством Грузию; в 1803г. покорил джаро-белоканских лезгин, а с ними вместе русское подданство приняло султанство Елисуйское"3, - писал С. Эсадзе.

В 1805-1806гг. почти все крупные ханства Северного Азербайджана вошли в состав России, что вызвало явное недовольство в Иране. Шекинское ханство первый раз принимало подданство России еще в 1796 г, во время похода ген Зубова в Дербент. Вторично оно вступило добровольно в подданство России в мае 1805 г. Ширванское ханство вступило в подданство России 25 декабря 1805 г4.

Сложным был процесс включения Дербента и других частей Южного ; Дагестана в состав России, хотя еще в 1796г., во время персидского похода ген. Зубова. Ших-Али-хан дербентский был принят в подданство России после преподнесения графу ключей от крепости 120-летним персиянином, подносившим их Петру I. Тогда Ших-Али-хан со всеми своими чиновниками явился в графский лагерь, но Зубов, даже не видясь с ним, "приказал отвесть ему для жилища зеленый

- 12 -

большой намет. К ставке Ших-Али-хана определен большой караул"1 Позже хан изменил России, а в годы русско-иранской войны 1806-1812 гг. вместе с Сурхай-ханом стал создавать отряды ополченцев для организации антирусских выступлений.

В июле 1806г. под предлогом защиты Грузии и восточных районов Кавказа от персов в Дагестан вступили царские войска во главе с ген. Глазенапом. Шамхал Тарковский охотно согласился принять участие в походе, "особенно после того, как Глазенап указал ему на возможность сделаться в будущем дербентским ханом"2.

21 июля 1806г. Дербент сдался без боя. 22 июля подошли остальные войска, и Глазенап торжественно принял серебряные ключи от города и над цитаделью Дербента, Нарын-Кала, был поднят русский флаг, а жители были приведены к присяге "на вечное подданство русскому государю"3.

Кадий и майсум табасаранские, а также другие феодалы вышли на встречу русским войскам и присягнули на верность России4. Это означало фактически мирное присоединение Табасарана к России.

Жителям Дербента за мирное отношение к русским войскам при вступлении их в город была объявлена благодарность. Они были освобождены от подводной повинности. Управление Дербентским ханством с 10 селами как обещал, Глазенапом было передано Мехти-шамхалу5 Сам г. Дербент вместе с причисленной к нему одною деревнею был оставлен на управление русских6. Мехти-шамхал был утвержден ханом дербентским, признали за нужное "в вознаграждение усердия к службе и верности к императорскому престолу"1 В этом сыграло, видимо, определенную роль и то, что он был женат на дочери Фетали-хана Пери-Джан-ханум. В вышедшем же в 1827г в Париже сочинении Клапрота подчеркивается, что "Шейх-Али-хан в

- 13 -

1806 г. поднял возмущение, русские его прогнали и "оккупировали этот город военной силой.2

Мирное присоединение Дербента и Дербентского ханства в целом к России, по мнению Н. А. Магомедова "имело важные последствия для обеих сторон. Для России Дербент явился опорной базой в борьбе за распространение ее власти в Закавказье", и жителей города освободило "от гнета иранской администрации, приобщило их к экономической жизни России"3

5 сентября русские войска выступили из Дербента в сторону Баку под командованием Булгакова, сменившего Глазенапа, и 3 октября 1806 г заняли его без боя. Возложив управление городом Баку на ген-майора Гурьева, Булгаков двинулся в Кубинское ханство, главное село которого Куба являлось летней резиденцией Ших-Али-хана. По словам П. Г. Буткова "Дом Шихалиханов был изряден, построен из нежженого кирпича" и еще не был отделан полностью, но нельзя было не удивляться искусству штукатуров, алебастровая работа которых была "так отменна", что заслуживала подражания"4. При приближении отрядов Булгакова к Кубе Ших-Али-хан обратился к нему с просьбой простить "ошибки" На переговоры с Ших-Али-ханом отправился ген Лихачев, уговоривший его присягнуть на подданство русскому царю, что и было сделано в присутствии Лихачева. Но Хан выговорил себе право остаться на жительство в одной из деревень бывшего своего ханства"5. Однако он, как бывший правитель двух ханств (Дербентского и Кубинского), не мог мириться с таким положением и не соблюдал условия присяги. Вскоре, опасаясь репрессий со стороны русских, он со своими приверженцами ушел в Казикумух1, откуда собрав войско из разных уголков Дагестана, появился вновь под Кубою. Но в ходе сражение с отрядом ген.-м. Гурьева Ших-Али-хан

- 14 -

был разбит, отстранен от управления Кубинским ханством, окончательно присоединенным к России в 1809г. Управление им было поручено Мирза-Магомед-хану II из рода бакинских ханов, давно переселившемуся в Кубу.

Давая характеристику Ших-Али-хану, Цицианов писал: "Высокомерен, надменен, предприимчив, властолюбив, интриган, довольно храбр, славолюбив и всем пожертвует для последнего свойства, устремляя все старания и направляя все пружины к большим приобретениям; при всем том, роскошен и сластолюбив".

А.Бакиханов же отмечал в его характере, "ряд блестящих качеств: его храбрость, щедрость и великодушие", которым он славился в народе 2.

Царские военачальники не особо церемонились с Шейх-Али-ханом, от­страняя его от управления ханством. И он не собирался с ними мириться. Дальше события развивались по Бакиханову так: "Лезгины из Магарамкента, что на берегу Самура, отправив лошадей в Табасаран, прибыли пешими в деревню Джибир. На другой день ген - майор Гурьев подошел к ним, но не с за­падной стороны, где была лучшая дорога, о которой ему говорили его при­верженцы кубинские беки, а с восточной, более удобной для защиты от не­приятеля Лезгины вынудили его отступить к деревне Зейхур Шейх-Али пе­реселился в деревню Рустов, и кубинская провинция, исключая города Кубы и деревни Зейхур, где держались русские, снова перешли под его власть"3 Бой у местечка Зиахур продолжался шесть часов Гурьев отступил, потеряв убитыми и раненными более 300 человек, а 50 человек попали в плен4.

Победа Шихали-хана у местечка Зиахур в ноябре 1811г. над русскими возвысили его авторитет среди дагестанских владетелей и

- 15 -

ему на помощь пришли отряды Гасан-хана дженгутайского и аварского хана Это объяснялось тем, что в апреле 1811г. между кадием Абубакаром акушин-ским, Гасан-ханом дженгутайским, Сурхай-ханом казикумухским и Ших-Али-ханом было достигнуто согласие вместе "идти на Кубинскую провинцию" Позже к ним примкнули также Султан-Ахмед аварский и другие владетели Дагестана, за спиной которых стояли персы и турки Г А Джахиев, справедливо отмечает, что "главными вдохновителями и подстрекателями антирусских выступлений в Дагестане в то время были сопредельные страны Востока. За их деньги формировались и укомплектовывались ополченцы в Дагестане"1. Однако через два месяца после сражения у Зиахура ген -майор Хатун-цев подошел к Рустову и в ходе кровопролитного боя разбил отряды Ших-Али-хана. В этом сражении был убит акушинский кадий Абу-бакар Нухбек, сын Сурхай-хана казикумухского со своим отрядом вернулся в Кюре Шихли-хан с остатком ополченцев пробыл некоторое время в лакском селе Сумбатль, оттуда перешел в Унчукатль, а затем поселился в Акуше2.

В описании русского автора сражение под Рустовом происходило так: "Завязался упорный бой. В наши руки досталось 33 знамени, 350 лошадей и все имущество Ших-Али-хана, который не успел захватить даже своих бумаг Потери мятежников доходили, по показаниям пленных лезгин, до 600 раненых и более тысячи убитых... В плен взято 166 человек. Наши потери состояли из 92 человек убитыми и ранеными"3.

За эту победу ген.-майор Хатунцев, как "доказавший на опыте дарования свои", был награжден орденом св. Анны 1-го класса.

Настала очередь присоединения к России и союзов сельских обществ Южного Дагестана Ахтынского, Мискинджинского,

- 16 -

Докузпаринского и др. В рапорте бакинского коменданта В.А.Репина от 6 декабря 1809г. главнокомандующему на Кавказе А. П. Тормасову об обращении старшин селений Ах-ты, Мискинджи и других с просьбой о принятии в подданство России и приведении их к присяге было сказано, что "Сии народы не имеют над собою, как другие, одного властелина, но управляются по деревням старшинами, то и я располагаю взять от них хороших аманатов; а когда посланный офицер для приведения их к присяге возвратился, которому и велел дать на замечание, чтобы он узнавал места и дороги, можно ли до Ахты пройти войскам и с пушками, а после разведав обстоятельно о продовольствии, донесу в. в., не приказано ли будет тогда роту послать"1.

В 1810.г шах начал новое наступление на Кавказ, возлагая, как и прежде, большую надежду на враждовавших с Россией феодалов, к которым было направлено большое число эмиссаров, призванных их "возбуждать к воз­мущению и набегам".

К этому же методу прибегала и Турция, ведшая уже 4-ый год войну с царской Россией. С этой же целью османы послали Сурхай-хану казикумухскому письма и деньги Ших-Али-хану также послали денежное подношение. В марте 1810г. был задержан возвращавшийся из Ирана посланец Ших-Али-хана, который вел с собою 2 лошади, вез 5тыс. руб., фирманы и воззвания шаха и Аббас-Мирзы к нему, Сурхай-хану, и другим правителям и обществам Дагестана. Такие фирманы были уже разосланы в Аварию, Кайтаг, Табасаран, Ахтыпара, Докузпара и другие союзы сельских общин. И хотя Ших-Али-хан и Сурхай-хан проявили большую активность, поднять всеобщее восстание им так и не удалось2. "Иран и Турция не имели на Северном Кавказе твердой и постоянной социальной опоры. Поэтому им не

- 17 -

удалось добиться объявления народами Северного Кавказа" священной войны" против России"3Ситуация нагнеталась тем, что пошли слухи о том, что якобы Ших-Али-хану Россия опять возвращает кубинское ханство Для успокоения населения Репин вынужден был объявить, что это "есть несправедливая и сущая ложь и что он (Ших-Али-Хан -А.Х) никогда не будет удостоен той милости его императорского величества, чтобы по-прежнему был сделан в Кубе ханом, ибо поступками своими лишился навеки всякого на сие право и не должен даже о том помышлять"1. Между тем восставшие окружили Кубу и отрезали сообщение ее с остальными владениями и "все владетели соседних областей Дагестана были за одно с мятежниками"2.

По существу же здесь речь идет о народном восстании в Южном Даге­стане, вызванном жестоким колонизаторским гнетом царских властей. Ших-Али-хан же решил воспользоваться благоприятной ему обстановкой

Чтобы положить конец волнениям в Кубинском владении, ген -майор Репин отправил из Баку в Кубу роту Севастопольского полка во главе с майо­ром Левицким. Но, не достигнув своей цели, он возвратился в Баку, что при­вело к тому, волнение быстро распространилось по области, вся Куба "взбунтовалась и предалась Ших-Али".

Оказавшись в "величайшем затруднении" Репин попросил у главноко­мандующего Тормасова подкрепления. Тормасов поручил подавление вос­стания шефу 9-го егерского полка полк.Лисаневичу, которому был дан приказ схватить Ших-Али-хана или убить его, не жалея "ничего, чтобы сие ис­полнилось для будущего спокойствия в том краю и для спасения рода человеческого"3.

- 18 -

Отряд Лисаневича, численностью в 800чел., при 2-х орудиях и 1300чел. конницы, собрался 1 октября 1810г. у караван-сарая Догумли. К отряду примкнул и батальон севастопольского полка под командованием' майора Рябинина, прибывшего из Кубы. "Оставив под прикрытием этого батальона все тяжести и приказав ему идти к местечку Шабрань, Лисаневич с остальными силами в тот же день двинулся прямо в горы к укрепленному месту, где скрывался Ших-Али-хан со своими сторонниками. В течение трех дней Лисаневич атаками вытеснял горцев из занятых ими позиций Ших-Али-хан укрылся в местечке Юхари-баш, но отряд Лисаневича двинулся и туда. Ших-Али-хан вынужден был покинуть это место и, переправившись через р. Самур, бежать в Табасаран к зятю своему Абдула-беку, где и укрепился у деревни Эрси1

Для управления Кубой был учрежден "диван" из трех беков, под пред­седательством русского чиновника.

Ших-Али-хан же, находившийся в сел. Ерси у своего зятя Абдула-бека и собравший ополчение в несколько тыс. чел., постоянно тревожил Баку, Кубу и Дербент. Поэтому против него были двинуты русские войска, совместно с отрядами табасаранского бека и дербентским ополчением нанесшие ему поражение у селения Марага, после чего Ших-Али-хан укрылся в Табасаране, но затем ушел в Акушу.

В сентябре 1811г. вместо ген Тормасова главнокомандующим царскими войсками на Кавказе был назначен ген.-лейтенант Ф.0. Паулуччи, остававшийся на этом посту до конца 1812г. Ему также пришлось вести борьбу с Ших-Али-ханом, который в ноябре 1811г. с 8-тыс. ополчением, набранным в Акуше, Мехтуле, Табасаране и

- 19 -

Казикумухе, вместе с Нух-беком (сыном Сурхай-хана), вторгся в Кубинский уезд.

В этих условиях ген Хатунцеву было предписано двинуться в Кюринское владение Сурхай-хана1, вынудить его подписать трактат о подданствеоссии и потребовать выдачи Ших-Али-хана в руки русских Но Сурхай-хан отказался выполнить эти условия и, "стянув свое войско, укрепился у села Шихи-кент1 В сражении под этим селом Сурхай-хан был разбит и бежал в Казикумух и вскоре дал клятву на верность России, но подписать письменно ее отказался. Более того, он стал проводить антирусскую политику Русские же заняли Курах и укрепились в нем, после чего, "Со всех кюринских аулов к генералу Хатунцеву шли депутации с просьбой принять лезгин под покровительство Российской империи"1 .

К ген Хатунцеву и от магалов Самурской долины прибыли "почетные лица" Они представляли мискинджинский, ахтынский, алтыпаринский и догузпаринский общества. В подписанном ими акте говорилось: "1 Отрицая отныне и навсегда "самовластие", они признают над собой только власть России, и обязываются не иметь какие-либо сношения с ее врагами 2 За разрешение правительства беспрепятственно пасти скот на кубинских паст­бищах обязывались с каждой сотни баранов отдавать один в казну 3 Сверх того, в знак всеподданнейшего усердия они обязывались "вносить дань с овечьих стад сотни одну, где бы они не паслись, с 1813г. в первые же зимние месяцы без побуждения правительства"2.

Кавказское командование, присоединив к России Кюру, образовало ханство, в которое вошли вся кюринская плоскость, территория Курахского, Кошанского, Агульского и Ричинского обществ, а правителем его утвердило Аслан-агу, сына Шахмардан-бека3,

- 20 -

племянника Сурхай-хана. Впоследствии он стал казикумухским и кюринским ханом4

4 января 1812г. с Аслан-беком в присутствии ген.Хатунцева и коллеж­ского советника Могилевского был подписан договор, основными условиями которого были следующие:

1) Аслан-бек и его преемники не должны признавать над собой ничьей власти, кроме власти русского императора и его наследников.

2) Аслан-бек и его преемники не должны вступать ни в какие связи и союзы с соседними владетелями и вольными обществами без разрешения главнокомандующего.

3) Жителям кюринского владения предоставляется пользоваться всеми правами, наравне с прочими верноподданными России. 4) Аслан-беку предоставляется право разбирать все дела, касающиеся до внутреннего управления, и производить суд и расправу по его усмотрению.

5) Аслан-бек обязывается вносить ежегодно подати по 3тыс. червонцев и 3тыс. четвертей хлеба, 2500 четвертей пшеницы и 500 четвертей ячменя.

6) В залог своей верности Аслан-бек должен выдать в аманаты старшего сына Нуцал-бека и 2-х сыновей почетных кюринских старшин"1.

23 января 1812г. с Аслан-беком были подписаны дополнительные ус­ловия, обязавшие его

1) отдать сел Курах, кроме жителей в полное распоряжение русского гарнизона (2 бат.пехоты и I сотня казаков), оставленного для защиты Кю­ринского владения,

2) всеми мерами стараться привести в покорность России соседние вольные общества".

- 21 -

Тогда же Аслан-беку был пожалован чин полковника, выданы инвестурная грамота на достоинство хана кюринского, знамя с российским гербом и драгоценная сабля2. Условия этого договора считались неизменными "отныне навсегда"3.

Аслан-бек обязывался служить российскому престолу как "верноподданный раб оного, и неприятелей России признавать за собственных своих неприятелей, в чем и должен дать присягу по обычаю на святом коране"4.

По мнению Г.Г.Османова принятие Аслан-беком ханского титула и вступление его в управление Кюринским ханством означало признание им "над собой и наследниками власти русского императора" В то же время он лишался всякой самостоятельности во внешнеполитических вопросах, и все его действия подчинялись воле главнокомандующего1

По общему их мнению, главную роль на Кавказе имели жестокость и насилие.

Другой русский автор "тревожное положение Дагестана отчасти объяснял в целом тем, что невежественные, полудикие, привыкшие к грабежам и разбоям, горцы не могли расстаться со своей прежней жизнью и оставаться спокойными"2.

По мнению историка Р.А.Фадеева, "защищая свою независимость, горцы защищали только право грабить подгорный край"3.

И все же некоторые из представителей царской администрации на Кав­казе и высокопоставленных военных считали, что с горцами надо установить I отношения, основанные на разумных экономических началах К ним относились адмирал Мордвинов, генерал Тормасов, ученый С.Иванов и другие. Так, говоря о способах, которыми России

- 22 -

удобнее и легче можно привязать к себе горских жителей, адмирал Мордвинов 19 июня 1816г. писал: "таковых народов оружием покорить невозможно; вечная вражда просидит на границе их, и часто успевает в грабежах и разорениях, когда менее она ожидаема"4.

Далее он раскрывает суть своего плана: "чтобы покорить народы, кои ближе к дикому, нежели образованному состоянию, должно приучить их к тому, что Россия производит и чем может их всегда снабжать. Должно уве­личить число вещей, им потребных, должно возродить в них новые желания, новые нужды, новые привычки; должно ознакомить их с нашими услаждениями, нашими увеселениями и умягчить суровую нравственность их нашим роскошеством, сблизить их к нам понятиями, вкусами, нуждами и требованиями от нас домашней утвари, одежды и всяких прихотливых изделий"1 По мнению этого автора, чтобы успешнее действовать на нравы горцев и водворять между ними понятия и русские обычаи наши, полезно бы было завести в российских городах "школы для воспитания молодых князей и детей старшин народных.... Некоторых из них привлекать и в С.-Петербург, составив из них Гвардейский кавказский отряд, с ограничением служения их на четыре года"2

Здравый смысл также подсказывал, что в отношении горцев нужно было вести осторожную политику, уважая их традиции и обычаи, не вторгаясь в их традиционный уклад жизни.

На практике же царизм начал круто ломать традиционный уклад жизни горцев. Законный протест горцев вызвал "захват в огромных масштабах земли, принадлежащей народам Кавказа, а затем и природных богатств, хищнический характер внутренней торговли, которую вели русские, армянские и другие купцы, обосновавшиеся в городах Центрального и Северного Кавказа (Моздоке, Кизляре,

- 23 -

Дербенте, Владикавказе и др.), поддержка торговли не-вольниками (рабами)"3 .

"Для завоевания Дагестана, - отмечается в "Материалах по истории Дагестана и Чечни", - царизм применял самые разнообразные методы порабощения горских народов: сожжение непокорных аулов, массовое уничтожение посевов, увод скота, изъятие лучших земель и пастбищ в пользу русских дворян и казаков, убийства и казни горского мужского населения в непокорных аулах"4 Кроме того, царскими властями применялись и так называемые "гибкие меры", а именно натравливание одного народа на другой, разжигание межнациональной розни5.

На захваченных землях царизм начал строить крепости и укрепления, основывать казачьи станицы на землях горцев, оттесняя их в горы, осу­ществляя массовую колонизацию края. Проводником завоевательной политики стал герой Отечественной войны 1812г. А.П.Ермолов - сторонник самых жестких мер в отношении народов Кавказа. "Имя Ермолова было страшно и особенно памятно для этого края; он был и великодушен, и строг иногда до жестокости, и меры, употребляемые им для удержания Кавказа в мире и по­виновении, были тогда современны и разумны"1, - отмечал Казем-бек. Нельзя согласиться с мнением Казем-бека, когда он называет политику насилия "современным и разумным", потому что "военные экспедиции" Ермолова в районы Дагестана и Чечни приводили в ужас местное население своей жестокостью2.

В 1816г. он был назначен главнокомандующим на Кавказе. В его руках сконцентрировалась огромная власть и в течение 11 лет он использовал ее силу против горцев, которые для него были

- 24 -

"злодеями", "дикарями", "фанатиками", "мошенниками", "изуверами", "хищниками", "разбойниками", "варварами" и т.п. 3

По мнению Р. А. Фадеева "наступательная война против горцев началась действительно с назначением главноуправляющим Кавказским краем Ермолова в 1816г"4

С Экштут же подчеркивал, что "Ермолов был личностью противоречивой и довольно скрытной. Несомненная личная храбрость, полководческий талант, незаурядные государственные способности, бескорыстие, доходящее до щепетильности, добродушие и приветливость причудливо уживались с завистью и ревностью к чужим успехам: поразительное гражданское мужество и личная независимость шла рука об руку с жестокостью и двуличием Ермолов знал, как понравиться окружающим, и очень хорошо умел это делать, знал горский характер"1.

Немец Карл Кох отмечал, что Ермолов «знал, что имеет дело с кавказ­скими жителями, не привыкшими к послушанию русскими"2.

Ко времени приезда на Кавказ Ермолова позиции России в Южном Да­гестане и Северном Азербайджане были довольно прочными, так как ей уже принадлежали Грузия, Карабахское, Ширванское, Шекинское, Талышинское ханства. Кубинское владение, Дербент, Кюра Что касается других дагестанских владений, то большая их часть "состояла лишь в номинальной зависимости от России"3

Для достижения покорности горцев Ермолов допускал возможность -использования любых средств, а любое неповиновение истреблялось "проконсулом Кавказа" в самом зародыше "Утверждение российской власти в Дагестане, - отмечает Геворкьян Д. П., - означало, прежде всего, покорение местных народов и военные методы занимали здесь одно из основных мест"4.

- 25 -

Ознакомившись с положением дел на месте, Ермолов пришел к выводу, что количество войск в крае мало для удержания горских народов в повино­вении. Он обратился с просьбой к Александру I увеличить численность войск на Кавказе ссылаясь на то, что "Горские народы примером независимости своей в самых подданных В.И. В порождают дух мятежный и любовь к независимости Теперь средствами малыми можно отвратить худые следствия, несколько позднее и умноженных, будет недостаточно. В Дагестане возобновляются беспокойства и утесняемы хранящие вам верность"5 .

Следует отметить, что при занятии Тифлиса в 1800г. ген Лазарев имел не более 4тыс. солдат, а в 1818г. при Ермолове отдельный Грузинский корпус состоял из 60тыс. чел., а в 1833г. он насчитывал 155тыс. чел.1.

На Кавказ были направлены 5 полков из числа расположенных на границе войска Донского - Апшеронский, Тенгинский, Навагинский, 41-42 егерские, 5 из Крыма - Ширванский, Куринский, Мингрельский, 43 и 45 егерские2.

Особо отличился в Дагестане Апшеронский полк, двинувшийся на Кавказ 27 апреля 1819 г. по маршруту Москва-Славянск-Георгиевск-Дагестан. В г. Куба полк должен был соединиться с расположенным здесь Троицким пехотным полком. Полк состоял из 3 батальонов, в каждом по 4 роты. В полку имелась инвалидная и женатая роты. Следуя поэшелонно, апшеронцы, уже в конце лета прибыли на Кавказ и через Чечню направились в Дагестан.

Колонизаторская политика царизма принесла народам Дагестана много бедствий и лишений. Более того, "в 1-ой четверти XIXв. она приобрела новые, более жестокие формы, чем те, которые были известны кавказским народам в прошлом столетии" 3. Это и

- 26 -

порождало у местного населения не­доверие, а часто и враждебное отношение ко всему русскому.

§ 2. Антифеодальный и антиколониальный гнет.

Борьба с колониальным гнетом царизма в условиях Дагестана тесно перекликалась с борьбой против местных владетелей: ханов, беков, уцмиев, майсумов, кадиев. Борьба против феодального гнета выражалась в следующих формах:

а) протест крестьян против ханско-бекского произвола при взимании феодальной ренты;

б) набеги крестьян из одного феодального владения в другое или побеги на территорию вольных обществ;

в) борьба за землю;

г) разбойничество и уход в "каналы";

д) восстания крестьян против гнета феодалов1.

В Табасаране борьба происходила между майсумами, кадиями, беками, с одной стороны, раятами, узденями - с другой. В союзах сельских обществ борьба происходила между зажиточной верхушкой и бедными узденями.

Одной из форм борьбы для раят были бунты, завершавшиеся убийством правителя.

"Классовая борьба в Табасаране выражалась в отказе от внесения феодальных повинностей, в поджоге хозяйственных построек майсума, кадия, беков, в ломке и порче орудий производства, в отказе от участия в походах и т. п. Нередко зависимые крестьяне в знак протеста против усиливающегося феодального гнета покидали свои насиженные места. Обычно доведенные до крайности крестьяне бежали от майсума, кадия, беков, в места, где эксплуатация носила более "мягкий" характер"2.

- 27 -

Иногда крестьяне целым тухумом переселялись в другие аулы В 1811г. из-за тяжелых условий жизни поднялись на борьбу жители раятских селений и выгнали беков, которых назначил для управления им Лисаневич.

В 1818г. крестьяне "отказались от должного послушания и возмутились против беков мустафа кадия и Кирхляр-Кули табасаранского, ограбили их дома и имения, убили одного бека"3.

Отнятие у горцев удобных земель, их скота, широкое использование их рабочей силы и присваивание части их без того малого продукта труда приводило к тому, что и так маломощные крестьянские хозяйства приходили в полное разорение. Грубое вмешательство в общест­венную жизнь горцев, навязывание им чуждых правовых норм и моральных представлений приводило к их яростному сопротивлению.

В горском обществе "обострялись противоречия между старой фео­дальной аристократией и феодализирующейся верхушкой "вольных обществ", а также между ханско-бекской знатью и местным духовенством, связанным большей частью с богатым узденством"1.

В своей завоевательной политике царизм использовал эти противоречия. Местная феодальная знать постепенно становилась опорой царизма и повсеместно царские чиновники раздавали им всевозможные "охранные листы" и "билеты" на право владения общинными крестьянскими землями.

Неграмотным ханам присваивали офицерские и генеральские звания, устанавливали постоянное жалованье. "Как и в XVIIIв., - пишет Н.А. Смирнов, - царизм не скупился на различные льготы и раздачу чинов, орденов и денежных подарков местным феодалам и

- 28 -

духовенству, стремясь привлечь их на свою сторону"2. Командовавший царскими войсками в Грузии Паулуччи писал:

"Общее мнение существует в Азии, что без подарков ничего нельзя достигнуть 3.

До присоединения Дагестана к России существующие нормы адата и шариата не позволяли дагестанским феодалам увеличить подати и налоги. После присоединения они получили свободу действий, "произвольно уве­личивали размер феодальных повинностей, зная при этом, что царские власти всегда поддержат силой оружия их притязания и будут подавлять сопротив­ление крестьян"4

Так, Аслан-хан налагал чрезмерные налоги на кюринцев, отбирал силою их дочерей, продавал их или менял чеченцам на лошадей. В Табасаране после фактического присоединения его к России в 1809г. положение основной массы зависимого населения - раятов, намного ухудшилось. Их заставляли в увеличенном размере нести разнообразные повинности в пользу феодалов. Все это вызывало возмущение в народе и толкало его на восстания. Для усмирения раятов беки выступали вместе с местными царскими властями в 1834г, когда раяты Даралинского магала восстали против Карчагского бека, местная администрация в ультимативной форме приказала жителям подчиняться бекам и нести все повинности1.

Усиление феодальной эксплуатации и установление власти царизма шло параллельно. Поэтому антиколониальная борьба в сознании горских крестьян воспринималась и как борьба против местных феодалов, каждодневно угнетавших их и служивших опорой порядков, установленных самодержавием на местах.

- 29 -

И все же царизм не был заинтересован в передаче власти местным фео­далам и всячески старался ограничить их политические привилегии, что не­редко вызывало их выступления против России и царской власти.

В вопросах отношения с царизмом среди местных владетелей различались три группы. Первые из них полностью поддерживали политику царизма, содействовали успешному ее проведению и являлись ее проводниками. Вторую группу составляли недовольные ограничением царизмом их политических прав феодалы. Те из них, которые были вовсе I отстранены от власти и любым путем старались вернуть себе былую власть, составляли лагерь третьих2.

Одна из причин, заставивших местных владетелей встать в оппозицию царским властям, было грубое обращение с ними Ермолова. В трудное для России время, в период Отечественной войны 1812г., когда об усилении войск на Кавказе нечего было и думать, существенную услугу правительству оказали все эти ханы и владетели. С ними то Ермолов и обращался очень грубо и в переписке с ними не находил выражений, кроме площадной брани, полагая, что только так можно держать горцев в страхе. Такое неуважительное отношение к ним привело к тому, что ханы после более или менее открытого сопротивления, стали "покидать наследия своих предков и искать защиты у Персии, деспотизм которой заставил раньше тех же ханов подчиниться русскому правительству"1.

Большая часть мусульманского духовенства также была недовольна ус­тановившимися порядками. Причинами такого недовольства, по мнению А.В.Фадеева были: "во 1-ых, оно не могло одобрить политику поощрения светских феодалов и игнорирования претензий богатого узденства, с которым большинство духовных

- 30 -

деятелей было связано своим происхождением. Во 2-ых, священнослужителей ислама тревожил самый факт перехода в подданство христианского монарха, и беспокоила перспектива активизации мис­сионерской деятельности христианской церкви среди кавказских горцев. В 3-их, клерикальные элементы были возмущены ограничением русскими властями паломничества кавказских мусульман к святыням Мекки.2

Ермолов в 1821г. запретил кавказским мусульманам осуществлять хадж к мусульманским святыням, а на 1822г. вовсе запретил выезд им за границу. Потом он установил, что желающие следовать в Мекку, должны получать особые пропуска у русских администраторов, уплатив за это 50руб. серебром. Эти меры, по мнению Ермолова, не должны были привести к каким-либо последствиям, "а избавит от дурных привычек изуверного обращения с христианами, наблюдаемого закавказскими мусульманами во время пу­тешествия по Оттоманской империи. Но обстоятельства доказали обратное"3.

Рамазанов Х.Х. и Рамазанов А.Х. подчеркивают что "наступление на позиции мусульманства и мусульманского духовенства должно было привести к появлению нового поколения горцев, лишенных нравственных ценностей и традиций, которыми управлять было бы неизмеримо легче и которые могли бы быть быстро ассимилированы"1.

Большой удар по хозяйственной деятельности горцев нанесла и политика торгово-экономической блокады, разработанная Ермоловым: горским крестьянам непокорных правительству районов запрещалось покупать хлеб и соль, продавать продукты своего труда, отправляться

- 31 -

на заработки. Усугубляло положение горцев и закрытие проходов из Дагестана в Грузию и Азербайджан.

Из-за этой политики приходили в упадок кустарный промысел и торговля, в горах начинался голод, которому Ермолов отводил главное место в деле покорения горцев. Голодовки приобретали регулярный характер, так как из-за блокады горцы не могли беспрепятственно покупать у соседних народов хлеб, соль и другие продукты; испытывало большие трудности и скотоводство вследствие запрета пользоваться зимними пастбищами на плоскости и отсутствия соли, сокращалась и кустарная промышленность горцев из-за препятствий, чинимых властями горцам в деле реализации их изделий ремесла, горцы не могли заниматься и отходничеством в соседних областях и тем самым лишались серьезного источника своего существования"2

В связи с притеснением в торговле горцы обращались много раз с жа­лобами к окружному начальнику ген -майору Вреде, который в рапорте от 29 сент. 1819г. по этому поводу сообщал командующему войсками в Грузии ген.-лейт. Вельяминову следующее. "Жители подведомственного мне края неоднократно входят ко мне с жалобами, что они утесняются таможенною частик», которая отымает у них способы иметь сношения с ханством Ширванским и Нухинской провинцией, где они часто бывают по промышленности и хозяйственным надобностям. Едущие туда и обратно останавливаются объ­ездчиками, и ежели окажется у кого бездельная сумма в червонцах и серебре или кусок какой-нибудь материи, представляют в таможенную заставу, а сия отправляют в Баку в тамошнюю таможню для взыскания узаконенных с него пошлин; при том случается, что чиновники застав задерживают даже и тех из жителей, кои

- 32 -

собственные свои произведения и изделия и в своих границах переводят из одного места в другое"1

Такое положение не устраивало горцев Дагестана, которые считали свободу главным смыслом жизни и готовы были бороться за нее. О значении свободы для горца русский офицер - участник Кавказской войны писал:

"Величайшее достояние для горца составляет его свобода и его горы. Оттес­нение действий для него несносно, он скорее готов отдать жизнь Я видел сам горца, который из Финляндии, куда он был сослан солдатом, бежал и без знания языка, чрез всю Россию добрался опять на Кавказ"2.

В горском крестьянстве в нач. XIXв., среди части местных феодалов, мусульманского духовенства и верхушки сельских общин зрело недовольство навязанным им царизмом колониальным режимом. В любой момент это недовольство могло вылиться и вылилось в широкое общенародное движение.

При этом горское крестьянство надеялось освободиться от колониальной власти и от феодального гнета. Феодально-клерикальные элементы, выступая против присоединения к России, "стремились восстановить свое прежнее привилегированное положение, когда они безраздельно управляли народными массами.

Конкретная задача, переправившись через реку Самур, подавить антироссийские выступления в Курахе и Чирахе Ермолов писал Мадатову "Теперь надо ограничиться наблюдением за Табасаранью и пользоваться случаями делать возможный вред Абдул-беку эрсинскому, зятю Ших-Али-хана"1 Ввод в Южный Дагестан отряда Мадатова преследовал и другую цель, а именно открытия сообщения с Ермоловым, находившимся в Северном Дагестане.

- 33 -

Подробности этого плана передает Н. Дубровин "Вступив в Табасаран, князь Мадатов привел к покорности три магала верхней части и затем двинулся далее, чтобы захватить в свои руки изменников Шах-Гирея и Абдула-бека эрсинского. С этой целью князь Мадатов сделал два летучих перехода до деревни Марага и здесь сформировал два летучих отряда: (1 - 400 чел. пехоты, 2 орудия и часть табасаранской конницы), под начальством майора Износкова, он направился к сел. Туруф, где жил Шах-Гирей, а с другим (500 чел. пехоты, 3 орудия, 150 казаков и несколько сотен татарской конницы) двинулся сам к деревне Хушни, в которой находился Абдула-бек Эрсинский. После незначительного сопротивления неприятель рассеялся, а тяжело раненый Абдула-бек успел бежать в Акушу со всем своим семейством. Приведя к покорности и остальных жителей Табасарана, кн. Мадатов поручил управление ими Абдул-Резак-беку, зятю шамхала Тарковского"2 .

Немецкий историк Бисмарк назвал действия Мадатова образцовыми3.

Еще 31мая в предписании ген. Ермолова кубинскому окружному начальнику Б.Е.Вреде о мерах к прекращению беспорядков в Табасаране и Дагестане вообще отмечалось: "Абдула-бек Ерсинский величайший из мо­шенников и был действующим лицом в заговоре прошедшего года дагестан­ских народов, его как вредного возмутителя, надобно стараться истребить"4

По предписанию Ермолова К.Н. Мадатов у деревни Берикей и Уллу-Терекме нанес поражение отрядам сторонника Абдулла-бека - Исах-беку. По­сле этого Ермолов совместно с прибывшим из Кубинского владения отрядом ген. Мадатова начал наступление на Акушу, который и был занят 21 дек. 1819г. без боя.

- 34 -

В этот день Сурхай-хан казикумухский в 6 часов утра напал на Чирахское укрепление, где располагались две роты Троицкого полка под командованием штабс-капитана Овечкина. Вторгшись в селение Чирах, отряд Сурхая вырезал большую часть спавших в казарме солдат (ок. 800 чел). Но, получив известие о движении отряда на помощь гарнизону и о разгроме Ермоловым акушинцев, он покинул Чирах. Кроме того, к Чираху на помощь его гарнизону спешили отряды из Зиахура под командованием ген.- майора Вреде 1.

Удержание Чирахского поста имело важное значение для царского ко­мандования Вероятными последствиями занятия Сурхай-ханом Чираха явились бы соединения его отрядов с табасаранцами и начало всеобщего восстания в Дагестане. Из предписания ген. Ермолова к ген. Вреде от 28 января 1820г. за № 98 видно, что ген. Ермолов для поощрения защитников Чираха выделил деньги (100 червонцев) из собственного жалованья:

"Если бы предприятие сие (нападение на Чирахский пост - А.М.), - от­мечал Ермолов, имело некоторый успех, вероятно, что Казикумухское ханство, Табасарань и с ними соединившись прочие вольные общества, вспомоще-ствуемые сильною партиею, которую беглый Ших-Али-хан имел в Дербенте, произвели бы беспокойство в Кубинской провинции, где войск было чрезвычайно мало"2

Исходя их этих соображений, царское командование значительно уве­личило число войск в Южном Дагестане: в 1820г в сел Зиахур (кубинская область) дислоцировали легкую роту № 3, а Куринский и Апшеронский пехотные полки располагались в городах Дербенте и Куба.1 Письма и заявления Сурхай-хана о принятии подданства России Ермо­ловым не воспринимались всерьез, зная его непоследовательность и из­менчивость. Поэтому в предписании на имя

- 35 -

ген.-майора Вреде Ермолов со­ветовал оказывать Сурхай-хану "вежливости", но "ни в чем не верить" и су­ществующую между ним и полковником Аслан-ханом вражду поддерживать "скрытным образом"2.

События в Южном Дагестане все время контролировались Ермоловым. 19 янв 1820г. он издал прокламацию к жителям кубинским, дербентским и бакинским, где им объявлялось о назначении казикумухским ханом полковника Аслан-хана. В этот же день он из Дербента написал шамхалу тарков-скому Мехти-хану: "В наказание гнусной измены ченки Хамбутая казикумук-ского, в достоинство и казикумукского хана возводится полковник Аслан-хан Кюринский. Владение сие, похищенное у него злодеяниями ченки Хамбутая, поручается ему в управление за верность и усердие к его и. в.

Во всех областях российских в здешней стране воспрещается принимать жителей казикумукских, которые не будут иметь паспортов за печатью полк.Аслан-хана"3

Более того, Ермолов в марте 1820г. поручил Мадатову подготовить в Кубе отряд для наступления на Казикумух. В Кубу же с отрядом в 800 чел. прибыл "сам Аслан-хан Кюринский, лет 45-ти, с георгиевским крестом в петлице, и брат его Гассан-ага, известный на всем Кавказе своей безумной храбростью". Однажды, рассказывая Мадатову о своих подвигах, он схватил его за руку и воскликнул: "Если бы Аллах сказал, что есть на свете человек храбрее меня, я бы убил себя со стыда"4.

1 июня отряд Мадатова выступил из Кубы и, переправившись у Зиаху-ра через р. Самур, прибыл в Чирах. "Узкое ущелье, по которому пролегала дурная, но единственная дорога, ведущая в Казикумух,

- 36 -

крутые и каменистые горы заставляли перевозить тяжести и орудия на людях. В течение десяти дней похода солдаты были измучены настолько, что кн. Мадатов... должен был дать им один день отдыха и затем двинуть уже к сел. Хосрек, где собрался неприятель"1. Лазутчики передавали, что Сурхай-хан стоит у сел. Хосрек, в 25.

В нач. дек. 1820г с Аслан-ханом, как с владетелем Кюри и Ка-зикумуха, был заключен трактат. Из его статей отметим следующие:

1) Аслан-хан утверждается во владении ханством Казикумухским и к прежнему достоинству хана кюринского присоединяется звание хана казикумухского.

2) Хан обязан охранять свои границы и идти с войском, куда прикажут.

3) В Кюринском и Казикумухском ханствах содержать постоянно 160 чел. конницы, для употребления его в караулы и разъезды, по усмотрению начальства.

4) Предоставляется Аслан-хану в Кюринском ханстве постановить наи­бом сына своего, или кого заблагорассудит; но отнюдь не соединять обоих ханств вместе, а каждым управлять особо..."

Ежегодная дань с жителей ханства позднее было определена в 3000 руб. сер2

Этот договор значительно отличался от договора 1812г. Как отмечал Г. Г. Османов, "Если первый трактат преследовал цель всемерно ограничить внешнеполитические права хана, то во втором - это ограничение вторгается и во внутренние дела хана"3.

6 декабря того же года Аслан-хан принял клятвенное обещание:

"....Если нарушу данную мною присягу, да Всемогущий бог, пророк его Мухаммед и Алкорань накажут меня разводом с моею женою. Во утверждение прикладываю печать мою в Кубе"1

- 37 -

В 1821г. Аслан-хану были пожалованы инвестурная грамота, знамя с российским гербом и драгоценная сабля.

Все это означало значительное упрочение позиций России в Южном Дагестане, поскольку под властью сторонника России Аслан-хана оказались Кюринское и Казикумухское ханства, хотя Сурхай-хан до его смерти в 1827г. в Согратле не прекращал борьбы за восстановление своей власти в Казикумухе.

Ших-Али-хан, мечтавший подобно Сурхаю, найти себе убежище в Пер­сии, не успел исполнить своего намерения и кончил жизнь в горах Койсубу-линского общества весною 1822г. Он умер бесславным изгнанником, вдали от родного Дербента, уже не имея там ни друзей, ни сообщников, деятельно раскрытых и уничтоженных Ермоловым2.

Выше было отмечено, что из-за высоких податей в народе росло недо­вольство. Это наблюдалось и в Кюринском ханстве.

Ген. Ермолов в письме к д.т.с. Гурьеву от 21 марта 1819г. отмечал, что "Кюринский народ по бедности своей заплатить сего не может и что требование от него недоимки за прошедшее время по сему расчету, вместо того, чтобы дать почувствовать милосердное о них попечение правительства, может только охладить их в преданности к нам"3.

Такое же положение было характерно и для Табасарана "Народы не­большой земли, называемой Табасарань, - отмечал Ермолов, - не постоянно повиновались нам и по чрезвычайной бедности своей никакой пользы прави­тельству не приносили" 4.

Еще хуже обстояло дело со сбором податей в обществах Самурской до­лины, недоимки с которых с каждым годом росли. С 1823 г. недоимки в податях составили: за Рутульским обществом 2,103 р1 .

- 38 -

Реальную картину сбора податей с Кубинской и Дербентской провинций за 1824г. видно из следующего документа: всего с Кубинской провинции -1,000 черв , 37, 819 р , 95 к.с., 3,900 р медью, 142 р. 13 (к..асе.)2

С Дербентской провинции - 1,400 черв., и11,139р18кс, 11,040 р.97 (к медью и 106,807 р. 96) к асе.3

Поэтому не случайно при заключении мира с обществами Самурской долины ген Фезе среди прочих условий мира выдвинул и следующее: "Платить такую дань, какую найдет возможным взимать с жителей назначенный к ним наиб"4.

Более того по источникам известно, что "Верхние общества Кубинской провинции, а именно Ахтынское..., Рутульское и пр.. , считавшиеся подданными России и обязанные платить подати, - в действительности никаких податей не вносили..."4 .

Вышеизложенное позволяет сделать такие выводы. В 1-ой четверти XIXв. царизм начал осуществлять политику "великодержавных устремлений", имевшую целью политическое завоевание народов Кавказа, в том числе и Южного Дагестана, включения их в состав

Российской империи, не останавливаясь перед какими бы то ни было преградами и средствами достижения своей цели.

В рассматриваемое время Южный Дагестан периодически становился ареной острой борьбы между правительственными войсками и антирусско настроенными феодалами, выполнявшими роль пособников политики восточных держав (Турции и Ирана) на Кавказе, поскольку получали материальную и моральную поддержку с их стороны.

Как и на всем северном Кавказе, в 1-ой четверти XIXв. в Южного Дагестане российское правительство проводило политику смещения

- 39 -

"неугодных" правителей и назначения на их место преданных ему местных феодалов, чтобы добиться законного вида присоединения дагестанских феодальных владений и союзов сельских обществ, хотя они присягали нередко [под давлением угроз царских генералов.

Процесс присоединения народов Южного Дагестана к России, начавшийся с самого нач. XIXв., растянулся почти на всю 1-ую четверть XIXв. Присоединение союзов сельских обществ Самурской долины происходило в целом мирно, носило добровольный характер. Гюлистанский мирный договор 1813г. юридически признал в международном плане, присоединение Дагестана, в том числе Южного, к России.

ГЛАВА II. БОРЬБА НАРОДОВ ЮЖНОГО ДАГЕСТАНА ПРОТИВ КОЛОНИЗАТОРСКОЙ ПОЛИТИКИ ЦАРИЗМА 20-50 гг.. XIX в.

§1. Народные восстания 1837-1839 гг. в южном дагестане

Понимание народами Южною Дагестана общности их политических интересов с остальными дагестанцами неразрывной органической целостности, яркое проявление их исторически сложившихся торгово-экономических, политических и культурных взаимосвязей с остальной частью Страны гор выразилось в их активном участии в антиколониальной борьбе, основная суть которой заключалась в стремлении всех народов Дагестана сохранить свою политическую свободу и независимость от царской самодержавной России. Эта борьба происходила в разных формах. Наиболее ярким проявлением являлись вооруженные выступления горцев Южного Дагестана в 1837-1839гг., совпадавшие по времени и целям с такими выступлениями в Среднем, Центральном и Северном Дагестане. Эти выступления в Южном Дагестане явились следствием обращения к обществам этой части Дагестана имама Шамиля с призывами

- 40 -

подняться на борьбу за свободу и независимость от царского самодержавия1 Имеющиеся материалы показывают, что именно в самые тяжелые для нее годы, каковыми были 1834-1839гг., имам Шамиль многократно посылал письма и обращения джамаатам Ахты, Рутула, Цахура, Шиназа и других сел, в которых выражал надежду, что они его поддержат. Восстания в Кубе, обществах Самурской долины и Табасаране значительно облегчало положение дел в имамате, оттягивая от его часть царских войск.

Активную деятельность по возбуждению населения Южного Дагестана к восстанию развернули вернувшиеся на родину по указанию М.Ярагского сын его Гаджи-Исмаил, дочь Хафисат и зять Гаджи-Абдулла.

Руководители восстаний в Южном Дагестане Хаджи-Мухаммед, Яр-Али, Шейх-Мулла ахтынский и Агабек рутульский имели переписку с Шамилем и М.Ярагским (до его кончины в 1838г.). Среди сподвижников имама источники упоминают кюринца Магомед-Эфенди Усухского, Гаджи-Али Аспар из Цахура, известного под именем Гаджи-Аскер, Гаджи-Насрулла-эфенди из селения Кабир1

О большом влиянии идей М.Ярагского на табасаранцев свидетельствовало то, что из них выдвинулись его единомышленники -табасаран-кади ат-Табасарани и Исабек ар-Рукели2.

Правы Х.Х. Рамазанов и А.Х. Рамазанов, пишущие, что "указанные восстания и борьба горцев во главе с Шамилем по существу звенья одной цепи"3

Накануне восстания 1837г Кубинская провинция состояла из 10-ти магалов, 1 округа и 6 "вольных обществ" с числом домов в 9404 4

Царское командование понимало, что дестабилизация обстановки в Кубинской провинции чревата серьезными

- 41 -

последствиями. "Она, - как отмечает источник, - служила первым этапом, главною базою, при движении наших войск из Закавказья в Прикаспийский край. В то же время гор. Куба-центр гражданского и военного управления Южным Дагестаном, представлял важный стратегический пункт и узел путей, которые расходились отсюда во все стороны: в Нуху, Шемаху, Баку и другие пункты Дагестана" 5

Поводом к восстанию послужило требование властей выставить 36 всадников в конно-мусульманский полк, направлявшийся в Варшаву, но глубинные "причины восстания коренились во всей системе колониального угнетения, и в особенности во всех тех злоупотреблениях, которые совершали представители царизма, действовавшие вкупе с местными приспешниками"1.

Царские чиновники отдали приказ в 1836г. о сборе с крестьян Кубинской провинции 31 414 пудов пшеницы и 19 248 пудов ячменя. Более того, были неимоверно увеличены размеры денежных податей, доходивших до 12 973 руб. золотом. Когда хлеб и деньги были взысканы, власти потребовали внесения недоимок за 1835г. 2 Причем, несмотря на неурожай и массовый падеж скота, царские власти заставляли население поставлять хлеб для войск по ценам в 3 с лишним раза ниже рыночных. Положение усугублялось и тем, что и магальные наибы жестоко угнетали их. Они заставляли крестьян безвозмездно работать в своих хозяйствах, о размерах которых можно судить по тому, что только один из наибов – Джафаркули-ага ежегодно продавал риса на 3 тыс. руб. серебром3.

К 1837г. завершился процесс присвоения царскими властями всех не к принадлежавших ханам и бекам общественных земель. Полезные ископаемые, дороги, мосты, летние и зимние пастбища были объявлены казенной собственностью Жители сел, отданные на откуп

- 42 -

ханам и бекам, кроме барщины на "хозяйской земле", обязаны были нести ряд других повинностей4 Жители Кубы, освобожденные, еще с ханских времен от внесения податей, были обязаны вновь нести повинности Терпению их положили конец действия коменданта Гимбута, его наибов и грабителей-откупщиков, которые и привели к выступлению крестьян весною 1837г. Особенно тяжело била по народу та откупная система, "по которой почти все виды казенных доходов сдавались, вернее продавались для сбора отдельным лицам-откупшикам немилосердно грабившим население этого края...

Результатом этой системы было то, что откупщик, купив право на всякий збор, взыскал его с населения иногда в несколько раз больше, чем полагалось по установленным законам"4, обогащаясь на этом. Так, сбор всех натуральных и денежных податей и Кубинской провинции был отдан откупщику Шергилову, выжимавшему из народа сумму в пять раз больше предусмотренной.1

Следовательно, недовольством же народа в связи с набором всадников для отправки в Варшаву "не замедлили воспользоваться некоторые лица, впоследствии коноводы мятежа", особенно майор русской службы Иса-бек 2 Началом восстания послужили события марта и апреля 1837г. Наиб одного из магалов Касым-бек собрал старшин в с. Хазра и потребовал собрать людей для составления конницы, которая должна быть отправлена в Варшаву для подавления польского восстания. Старшины этого магала отказались сделать это и призвали старшин других магалов последовать их примеру. Этому примеру последовали и старшины Ахтынского общества. "До 1837г. самурцы, - отмечал источник, - ничем не напоминали о своем существовании, но в этом году, когда в Кубе вспыхнул мятеж по

- 43 -

случаю набора всадников для варшавской милиции, поднялись и они на призыв своих единоверцев"3.

Вскоре на совещании старшин были приняты два решения: "во-первых, послать к ген.-майору Реуту, тогдашнему начальнику Дагестанского военного округа, имевшему резиденцию в Кубе, требование об освобождении их вообще от набора всадников; во-вторых, призвать массы к всеобщему сбору, с целью поддержать это требование внушительной демонстрацией" 4.

Реут вынужден был отменить требование о сборе всадников с Кубинской провинции.

Несмотря на это, в августе-сентябре восстание вспыхнуло с новой силой, в чем немалую роль сыграло письмо Шамиля к руководителю Кубинского восстания, в котором он упрекал кубинцев в том, что "они, раз собравшись (т. е. в марте - апреле) напрасно разошлись", что зря поверили обещанию генералов отменить сбор всадников, которых рамо или поздно начнут набирать, и уверяя, что "лучшим средством для избавления от "чужеземного ига" является восстание и борьба с оружием в руках"1

Восстание началось в 20-х числах августа нападением восставших на отдельные команды войск, "находившиеся по разным надобностям в пределах провинции", захватом команды из 50-ти казаков Донского № 22 полка, с есаулом Поповым, косившую для полка сено. Затем повстанцы взяли в плен на худатском посту 68 рекрутов, следовавших из Дербента в Кубу. Захватили они и "всю следовавшую из Дербента в Тифлис денежную корреспонденцию, разграбив все казенное и частное имущество", уничтожили пост и направились к Кубе.

- 44 -

Сено, заготовленное вблизи города артиллеристами и частными лицами, штаб-квартира казачьего полка на Карачае, кубинский пост и некоторые постройки, вынесенные за городскую черту, также сожгли, а имущество и казенный ячмень, сложенный в еврейской слободке и в новой Кубе, разграбили2.

По пути движения в Кубу в сел. Джибир в присутствии 4 тыс. отряда житель сел. Хулуг Хаджи-Мухаммед был провозглашен ханом восставших.

Шамиль писал к нему: "Возьмитесь за оружие, восстаньте против неприятеля веры и обычаев наших, в том указываю вам выгоду... не верьте пустым обещаниям и бумагам, - молчание для вас пагубнее" 3.

Повстанцы вместе с отрядами Яр-Али закрыли дорогу из Дербанта в Кубу и Баку через Худатский пост. Затем 3-тысячный отряд приблизился к Кубе. На помощь им прибыл отряд в 100 человек из Кюры во главе с Махмудом-Эфенди. Значительную помощь оказали и жители Самурской долины, которые в 1837г. "выслали довольно значительные вооруженные скопища в помощь бунтовщикам, обложившим самую Кубу"4

Во время осады Кубы численность восставших достигла 12 тыс. человек. Значительная часть их составляли крестьяне Южного Дагестана. Восставшие написали письмо Шамилю: "Слава богу, мы стоим твердо и имем в сборе значительную силу, взяли много в плен и надеемся скоро взять город"1. Корпусный командир предписал ген. Фезе направить в Кубу, в распоряжение ген.-м.Реутта два батальона Варшавского полка.

Бои за город начались в ночь с 4 на 5 сентября, и до 10 числа Куба находилась в блокаде. "Наши солдаты, - отмечается в русском источнике, -дружно встретили и отразили натиск и хотя некоторым

- 45 -

мятежникам и удалось пробраться в город", откуда "они были выбиты с огромною потерею...."2 Для штурма города восставшие разделились на три группы. Одна из них во главе Яр-Али назначалась "для вторжения в город, две же другие, под начальством беков зизагского Исми-хана, Таиргентского Джафара и брата Исы - Байрам-Али были направлены на восточную и южную стороны города", чтобы отвлечь внимание русского командования "и сил от истинного пункта атаки на северном фасе"3.

Второй штурм города б сентября не был успешным для восставших, тогда они, "заняв прилегавшую к самой Кубе еврейскую слободку и поддерживая в течение 7-го, 8-го, 9-го чисел неумолкаемую перестрелку, отвели воду, служившую гарнизону и жителям для питья и перемола хлеба"4. Главную роль в подавлении восстания сыграли казикумухский хан Магомед-Мирза и ширванский комендант подполковник фон Ашенеберг. По его приказу в Кубу была направлена милиция, которой командовали прапорщики Адиль-бек, Шир-Али-бек и Ширим-бек. Ген.Фезе в срочном порядке снял с "шамилевского фронта" отряд в 3 222 штыков, пик и шашек, при 14 орудиях5, именно, как отмечает Магомедов М.Б. "для подавления Кубинского восстания"1 . Понимая, что промедление может привести к худшему, царское командование в сентябре того же года спешно перебросило в Южный Дагестан все свободные войска2. Восстание было вскоре подавлено с большой жестокостью. После его подавления начались аресты. Хаджи-Мухаммед, захватив жену, сына и двух дочерей, отправился искать пристанища и покровительства у хана Казикумуха, но он был вместе с сыном "арестован и представлен в Кубу, с найденными при нем компрометирующими бумагами". Не

- 46 -

избежали наказания и "тайный руководитель мятежа Иса-бек, и вообще главные виновники беспорядков"3.

Руководителю восставших Хаджи-Мухаммаду был вынесен смертный приговор. Пострадал и Гимбут, которого по приказу Николая I "за важные упущения по должности во время управления им Кубинской провинцией был отставлен от службы"4. Военному суду предали 43 человека. Интерес представляет характеристика, данная Сумбат-заде руководителю восстания:

"Гаджи-Мамед, человек незаурядных способностей, он сумел организовать в максимально короткий срок почти все силы крестьянства Кубинской провинции, направить эту силу против царского гарнизона Кубы и бекских ее защитников, возглавить борьбу за взятие города и самоотверженно оставался на поле битвы до последней возможности. Любовь к справедливости, готовность вести борьбу против угнетателей Гаджи-Мамед унаследовал от своих свободолюбивых предков"5.

Более энергичен был руководитель кубинских крестьян - Яр-Али, поистине отчаянный человек, бравщий в плен казаков, врывавшийся в город и почти в самом центре ведший рукопашную схватку с городским гарнизоном. Он, увидев неизбежность поражения, ускользнул от царского суда, а потом принял активное участие во всех военных действиях следующего года "в верхних магалах Кубинской провинции, в Южном Дагестане и в Шекинской провинции Азербайджана".

Кубинское восстание, имевшее антицарский в целом характер, было важным звеном в цепи событий освободительной борьбы народов Кавказа против царского самодержавия. Жителей Самурской долины, составлявших "вольные общества" и занимающие южную

- 47 -

часть Нагорного Дагестана обвиняли в том, что они с 1837г. с необыкновенной дерзостью много раз изменяли царскому правительству, и употребляли "все усилия, дабы склонить кдагестанцев и соседственные провинции к совместному против царизма восстанию"1

В Джарской области был сформирован отряд из 4-х батальонов и 250 милиционеров при 4-х горных единорогах Отряд этот под начальством ген.майора Севарсемидзе собрался к 10 мая у аула Мухах "для наступления на верхние общества"2 .

Горцы же укрепились у сел Микрах и поджидали противника. Но из-за недостаточное из своих сил они отправили к ген.Фезе депутатов с мирными предложениями Командир корпуса предписал ген Фезе предложить рутульцам, ахтынцам, алтыпаринцам и жителям других обществ следующие условия для заключения мирного соглашения:

1) принять к себе правителями или наибами преданных царю людей;

2) платить такую дань, какую найдет возможным взимать с жителей назначенный к ним наиб;

3) жители должны направить в Тифлис депутатов для изъявления покорности царю;

4) предложить жителям дать для службы в милиции несколько всадников;

5) согласно раньше данному обещанию выдать "одного из зачинщиков бывшего в Кубинской провинции возмущения"1

Переговоры не дали особых результатов, и поход в Самурскую долину все же был осуществлен.

3 июня царские войска пришли в урочище Аджиахур. где дорога превращалась в узкую тропинку. Горцами там были построены

- 48 -

несколько линий окопов и завалов Правым флангом позиция горцев уходила к вершине

Кара-кюрской горы, а левым к р. Самуру Ген Фезе немедленно приступил к штурму позиций горцев. Бой шел с переменным успехом. К полудню горцы по­лучили подкрепление до 4тыс. чел., во главе с рутульским Агабеком и Шейх-Муллой ахты неким. Ожесточенные бои шли 3 и 4 числа, а 5 июня к начальнику русского отряда явились депутаты горцев с письмом о покорности. Но именно в этот момент к горцам подошло новое подкрепление. Их число дошло до 7тыс. чел. и они, охваченные надеждой победить русских, снова пошли в атаку. К 7 июня русским удалось пробиться в ущелье, где оборонялись горцы. После этого из-за бессмысленности сопротивления они снова прислали депутатов с изъявлением покорности. Они "дали клятвенное заверение в том, что все 4 общества будут исполнять требования правительства и повиноваться назначенному наибу". После этого они попросили разрешение убрать своих убитых односельчан для погребения их дома. Это им и было позволено"2.

Ген Фезе подробно доложил Головину об этом событии, значительно приукрасив героизм своих солдат, которые шли "беспрестанно в рукопашный бой", который им навязали горцы. Он особо отметил храбрость солдат кн. Варшавского полка и то, что пленных горцев у них не осталось, так как горцы "рубились до последней капли крови"3 . К осени 1838г пошли слухи, что персидский шах объявил войну России и с большой армией идет в Дагестан, где уже зачитывались письма, якобы написанные от имени шаха горцам. Это повлияло на умы и настроения горцев, которые готовы были откликнуться на эти призывы. Это встревожило российские власти,

- 49 -

которые направили в присамурские общества отряд войск заставили направить туда все свободные войска"1

Все это свидетельствовало о том, что положение российских войск в Южном Дагестане было весьма непрочным, что происходившие в этой части Дагестана антиколониальные выступления горцев не уступали по остроте и значимости борьбе, происходившей в эти годы в остальных частях Дагестана.

Горцы же в Дагестане везде "спокойными оставались до тех пор, пока это было для них выгодным"2, но угнетенного положения они всегда стремились избегнуть. В целом же военно-политические средства и методы покорения не дали царской России ожидавшихся ею результатов, так как до приведения горцев к покорности было еще довольно далеко. Отметим, что царские власти для достижения своих политических целей в Дагестане, в том числе и в Южном, применяло не только военные способы воздействия на горцев. Другим действенным средством достижения покорности горцев царское правительство считало строительство в Дагестане по всем стратегическим направлениям удобных для проезда его войск дорог. Этой тактики царское командование придерживалось и в Южном Дагестане, особенно в Самурской долине Кстати, последствия такой политики понимали и горцы, нередко препятствовавшие этому, казалось, вполне мирному мероприятию И не случайно, когда в 1819 инженер-подполковник Торри, посланный в верхние магалы Самурской долины с целью "осмотреть дороги" прибыл в сел. Ахты, "толпа народа бросилась на него, оборвала на нем платье и готова была низвергнуть его с моста в глубокую пропасть, если бы один из тамошних жителей, по имени Хаджи-Мамед. не спас его от неистовства черни и не укрыл, всего избитого, в своем доме"1.

- 50 -

В 1839г., судя по источнику, в Южном Дагестане намечалось строительство дороги из Джаро-Белоканской области по Самуру, через земли "вольных" обществ Рутул и Ахты в Кубу2. Царское командование приняло решение соединить Закавказский край через Нагорный Дагестан с Каспийским побережьем. Дорогу эту намечалось проложить через Главный хребет, но "только по приведении к действительной, а не мнимой покорности рутульцев, ахтынцев, докузпаринцев и алтыпаринцев"3.

Серьезной помехой строительству дороги с верховий Самура вниз по реке служило то, что местность была скалистой, бесплодной и стесненной. Выгода же маршрута была в том, что большая часть дороги и самый главный перевал через хребет находились во владениях преданного еще тогда России илисуйского султана Даниель-бека. Строить дороги должны были военные.

Для облегчения движения войск были составлены два отряда. Первый должен был двигаться вверх по Самуру от Хазры к Каракюра, то есть тем путем, которым раньше следовал ген Фезе. Другой небольшой отряд, состоящий из Ширванской и Шекинской милиций, должен был следовать со стороны Нухи Хачмазским ущельем.

Главный отряд состоял из 10 батальонов. "Следуя Мухахским ущельем он должен был перейти становый хребет, спуститься во владениях елисуйского султана к селению Цахуру и теснинами этой реки проложить себе путь через Рутул в Ахты, далее пойти вниз по Самуру и, наконец, соединиться с отрядом, действующим от Хазры"4. Наблюдение за работами было поручено в Шекинской провинции полк Минченко, а со стороны Самура - под-полк. Корганову.

Наступивший 1839г. показал» что хотя со времен Ермолова прошло уже 20 лет, выстрелы в Дагестане не умолкали, что все

- 51 -

мероприятия по покорению края не приводили к желаемому царским командованием результатам и "нельзя было указать ни на одно общество, которое могло бы считаться покорным в полном смысле этого слова"1 . В "Очерке положения военных дел на Кавказе" отмечалось' " ахтинцы и рутульцы в продолжении всей зимы, под разными предлогами, уклонялись от внесения недоимок, продолжали давать укрывательство шайкам хищников и вместе с ними производили разбои. Все меры кротости были истощены с ними, без всякой пользы и необходимо было вновь прибегнуть к оружию»2.

Царское командование извлекло из этого определенные уроки, чтобы более активно влиять на ситуацию в Южном Дагестане.

При разработке очередного плана покорения обществ Самурской долины ген. Головин счел нужным на главных путях сообщения воздвигнуть несколько опорных укрепленных пунктов и содержать в них гарнизоны войск для контроля над горцами. Вопрос управления покорными обществами он думал решить так: "Я полагаю, - писал он, - что, где мы встретим покорность, там полезно оставлять прежних владетелей, или ставить нам преданных членов сих обществ. Управлять, не изменяя ни местных законов, ни обычаев.

В конце мая отряд двинулся вверх по Самуру. Другой небольшой отряд под командованием ген майора Симборского направился к верховьям Самура через гору Салават Даниель-бек угрожал своею милициею Рутулу. В 2-х местах - у деревни Хулух и на реке Тагерчал-чай - горцы оказывали сопротивление, но под напором превосходящих сил противника вынуждены были отступить к Аджиахурским высотам.

Юров А. подробно описал урочище Аджиахур. "От снежной вершины Шах-Дага тянется к северу значительный хребет, под названием Куш-Даг. Восточная часть хребта, склоняющаяся к

- 52 -

селениям Судур, Кюхур и Тагерд-жаль, доступна только для пешеходов. Северная сторона оканчивается отвесною скалою, которая на большое расстояние составляет как бы огромную стену, возвышающаяся до 200 саженец. От этой стены к Самуру, между с Цухуль и Кара-Кюра, тянется, в виде контр-форсов, несколько отрогов, ближайший из них к с Кара-Кюра омывается Самуром и круто понижается к нему на протяжении 3-х или 4-х верст Этот исполинский вал, известный под названием ур.Аджиахур, возвышающийся над руслом реки на 600 сажень и, по крутизне и глубине оврага почти недоступный... " 1.

Дубровин же писал о позиции горцев так: "По всему гребню гор были устроены неприятелем большие завалы из камней с тем, чтобы скатывать их при наступлении атакующих по единственной пешеходной тропе, могущей только с большим затруднением служить для движения вьюков. За завалами засело до 6000 человек лезгин, готовых к упорному сопротивлению" 2 .

29 мая, с рассветом, кавалерия под командованием подп Альбрандта заняла оставленное горцами с. Зухуль и сожгла его.

30 мая в 2 часа дня войска перешли в наступление. Для занятия в них завалов Головин выделил тифлисцев и мингрельцев численностью в батальона, которые как кошки, ползли подсаживая друг друга, добрались шагов на сто к завалам и подтянув задних, дружно крикнули "ура" и прилегли на земле, избегая потери. В тот же миг с верхних завалов грянул залп и целый рой пуль проствистел над их головами. Позиции горцев были определены, в бой вступила российская артиллерия3.

31 мая, разделив отряд на три группы, начали штурм. Ген. Головин главный удар направил на верхние завалы, примыкающие к

- 53 -

утесу горы Шахдага, и к утру следующего дня оказалось, что аджиахурская позиция была заставлена защитниками, а "народонаселение долины спасалось по черным тропам в наиболее удаленные горы"4.

Отряд Головина добрался до селения Кара-Кюра3. Офицер генерального штаба Мочульский подчеркивал, что "Вообще жители Кавказа применяли оборону свою к выгодам природы и защищаются так сказать над ними как орла в облаках... Мы не должны выбивать их штурмом снизу, - положение крайне невыгодное.

Но цель царских военачальников вполне была достигнута: "дрогнул и затих Южный Дагестан: борьба кончилась в 3-е суток и несмотря на неприступность мест... "1.

По приказу Головина в Аджиахурской теснине приступили к строительству укрепления, названного в честь подвига егерей Тифлисского полка Тифлисским. 2 июня в лагерь прибыл майор Корганов с несколькими старшинами от Ахтынского общества. Они просили командира корпуса двинуться прямо на их селение.

5 июня ген. Головин двинулся к с. Ахты. При этом "жители... селения Мескенджи встретили войска с хлебом - солью и получили прощение и забвение их проступков от Имени Государя". К вечеру отряд добрался до Ахтов.

В следующий полдень прибыл Элисуйский султан Даниель-бек и доложил Головину о занятии и приведении им в покорность Рутула2.

5 июня Самурский отряд занял главное селение края - Ахты.

7 июня было выбрано место для строительства Ахтынского укрепления, которое позволяло обстреливать селение Ахты, оба ущелья и мост на Самуре, который намечалось защищать особыми блокгаузами...

- 54 -

10 июня приступили к трассировке укрепления при сел. Ахты под руководством инж.-полк .Баумера. Была окончена и дорога от сел. Кара-Кюра в Ахты. Сообщение Кубинской провинции через теснины Самура было открыто и артиллерия свободно могла следовать до селения Ахты. 11 июня заложено было укрепление при сел. Ахты1

По словам кн. Воронцова, Ахтынское укрепление с 1839г. обеспечивало "спокойствие Самурского округа"2 . По Н. Дубровину "расположенное на правом берегу р. Самура, при впадении Ахты-чая, укрепление Ахты состояло из пяти фасов, соединенных между собою пятью батареями, вооруженными каждая двумя орудиями; куртины укрепления составляли оборонительные казармы. Самая сильная сторона была южная, а слабая северная, где обрывистый спуск к реке давал возможность неприятелю подойти незаметно к контр-эскарпу. Этот недостаток устранялся люнетом на одно орудие, обстреливавшим подошву обрыва и мост через р. Самур"3. В другом источнике подчеркивалось, что со времени возведения в 1839г. укрепления при сел. Ахты и Аджиахура, русские получили возможность контроля над всем течением Самура, русские прочно "стояли в Южном Дагестане твердою ногою, так что самых ограниченных средств было на первый случай достаточно для воспрепятствования распространения там успехов Шамиля"4.

Ген. Головин был доволен и доложил военному министру в итоговом рапорте: "Поражением лезгинских скопищ при Аджиахуре... спокойствие не только ыв бывших Кубинских волных обществах, но и во всех соседних провинциях можно считать укрепленным на долгое время. 5

Через 10 лет, в 1849г. царское командование приняло решение о строительстве еще одного укрепления на Самуре, в окрестностях сел.

- 55 -

Лучек. Для определения места постройки, кн. Воронцов прибыл 26-го мая в укр. Ахты, где к тому времени были сосредоточены 2 роты Кавказского саперного батальона6.

30 мая командующий лично прибыл в сел. Лучек для осмотра местности, где намечалось возвести укрепление, он оценил ее во всех отношениях удобной. "Она была окружена с двух сторон реками Самуром и Кара-Самуром с обрывистыми берегами, с третьей стороны прикрывался отвесною скалою, доступною только по одной узкой тропинке; на скале находились две грубос-ложенные башни. Аул Лучек раскинулся у подошвы скалы и был обнесен толстой стеной с башнями"1.

В конце июня 1850г. у сел. Лучека собрался отряд, который должен был строить укрепление, которое было завершено в 1851г. Кн. Воронцов в отчете за 1849-1851гг. отмечал, что "Лучек служит не только сильным обеспечением всей долины Самура, окрестностям Ахтов и прочее, но обеспечивает в большей мере новую дорогу через Шиназское ущелье и гору Салават до Ахтов... "2 Обнаруженные в селе Лучек на стене 1-го из домов надпись гласит, что "сей неверный, без согласия лучекской общины возвел в 1266 (1849-1850гг..) здание для русских в местности, расположенной между двумя реками. Возможности воспротивиться этому у нас, однако, не было, ибо мы боялись императора"3.

Таким образом, построенные по Самуру укрепления Тифлисское, Ахтынское и Лучекское, соединенные дорогами, составили особую военную линию, прикрывающую южные провинции России от вторжений горцев.

Эта военная линия охраняла Кубу, Шеки и Ках от набегов горцев. Ге­нерал Шварц являлся шефом, а Закаталы было его резиденцией.

- 56 -

На Самуре располагался Самурский полк, и все крепости, особенно по ту сторону этой реки, относились к нему. Шефом был армяно-грузинский князь Аргутинский. Но ему было-вверено лишь губернаторство Дербент. 4

Подводя итог данному вопросу, следует отметить, что царские власти использовали все доступные им средства для утверждения в Южном Дагестане своего господства, установления своего военно-политического управления в регионе. Главную ставку царское самодержавия при этом делало на солдатские штыки, то есть на вооруженные силы, совершившие целый ряд походов в разные районы изучаемого региона. Многократность этих походов, а также целая серия антиколониальных восстаний горцев Южного Дагестана в 1-ой пол. XIXв. свидетельствовали о том, что фактически, процесс присоединения Южного Дагестана к России не был завершен даже тогда, когда отдельные союзы сельских обществ Южного Дагестана, город Дербент, Табасаран и т.д. выражали свою покорность царской России еще в 1-ые 10-ти летия XIXв. Этот вопрос не был решен и Гюлистанским русско-иранским договором 1813г., согласно которому Дагестан был объявлен иранской стороной принадлежащим Российской империи.

Народы Южного Дагестана не признали этого и продолжали борьбу за сохранение своей политической независимости от царского самодержавия, которое не исключало и невоенные способы и средства вовлечения народов Дагестана в сферу своего политического влияния. В частности, таким внешне мирным средством усиления присутствия царского самодержавия в Южном Дагестане было строительство дорог, связывавших глубинные районы с пло­скостной частью Дагестана.

- 57 -

Важно отметить здесь, что именно отрицание южно-дагестанскими на­родами претензий царской России на господство над ними явилось основой их участия в общедагестанской антиколониальной борьбе, в частности в под­держке ими Самурского похода имама Шамиля в 1848г., о чем речь пойдет в следующем разделе данной работы.

§ 3. ПОХОД ШАМИЛЯ В САМУРСКУЮ ДОЛИНУ

В настоящее время с большей уверенностью можно говорить, что Ша­миль имел план включения южно-дагестанских земель в орбиту своего влияния. Еще в 1842г., достигнув определенных успехов в Чечне, Шамиль явился в Дагестан и разослал в разные его общества воззвания с призывами к жителям включиться в освободительную борьбу, стремясь придать ей органи­зованный характер.

21 июня 1842г. кн. Аргутинский в секретном рапорте военному министру отмечал, что временное спокойствие в крае не означает, что Шамиль не вступит в Южный Дагестан. Он предполагал, что в случае вторжения Шамиля и победы над ним. Южный Дагестан будет находиться в полной зависимости от его (Аргутинского ^ С.) отряда, "свободно могущего двигаться по разработанным уже жителями дорогами на Карах, Ахты, Рутул и границ Табасарани"1

Как было уже отмечено, Шамиль направлял письма и к джамаатам сел Самурской долины с надеждой на помощь и поддержку с их стороны, и с предводителями Кубино-Самурского восстания он был в переписке. Имам не раз заявлял, что возьмет г. Дербент, а в 1844г. его мюриды предприняли поход в Табасаран с целью расширения сферы политического влияния имама и вовлечения табасаранцев в борьбу против царизма. Жители Верхнего Табасарана получили письма от Шамиля, где имам призывал их подняться на вос­

- 58 -

стание. Результатом этих действий явилось вспыхнувшее в 1843г. в Табасаране восстание,2 куда в срочном порядке были переброшены правительственные войска из Кайтага и Терекеме.

"Одним из самых устрашающих предводителей мюридов под верховной властью Шамиля",1 - назвал его русский источник. Осенью 1844г. Шамиль направил значительные силы на юг - в Табасаран.

По свидетельству современника этого события Мухаммед-Тахира: "Затем пригласили в Хайдак ок. 60 чел. знати из Табасарана. Они изъявили покорность, но противились приходу и остановке у них войска до тех пор, пока они не соберут у себя общий сход.

Знать повернула обратно, а войска пошли по их следам. Остановились в Табасаране, подчинили его жителей и назначили над ними наибов, кадиев и начальников и взяли с них обязательство и обещание о повиновении имаму"2.

В марте 1844г. у сел. Дювек состоялось сражение между жителями Верхнего Табасарана и царскими войсками. Число горцев, собравшихся здесь, доходило до 7тыс. Войска Аргутинского предали пламени все дома, за исключением мечети и двух домов, преданных русским людям. Аргутинский писал: "Я уверен, что истребление Дювека будет иметь благодетельное влияние на дела этого края"3.

Одним из звеньев в цепи плана Шамиля был знаменитый Самурский поход, предпринятый им для занятия Ахтынского укрепления. Стратегическая цель похода состояла в том, чтобы включить в состав имамата общества Самурской долины и Кубинскую провинцию. Некоторые авторы склонны рассматривать поход Шамиля в Самурскую долину как его попытку разорвать

По данным же П. И. Ковалевского, в крепости было около 500 человек, а неприятеля более 15тыс., в том числе и "Шамиль, и его

- 59 -

главнейшие сподвижники Хаджи-Мурал, Даниель-бек, Шабан и мудир Аданов"1.

По 3-ему источнику "Крепость Ахты вооружена была 10-ю орудиями разных калибров и 4-мя кегерновыми мортирами, провианта, пороха и снарядов было достаточно для выдержания продолжительной осады водою, гарнизон снабжался из реки Ахты-чая и р. Самура Гарнизон укрепления состоял из 2-х пот линейнаго Грузинского батальона № 6-го"2.

Ф. Ф. Рот надеялся и на помощь со стороны ген Бюрно, разрабатывавшего дорогу по Ахтычайскому ущелью между селами Борч и Хнов. Но ген. Бюрно, узнав о приближении отрядов Шамиля, стянул свой отряд к сел. Борч. Это селение представляло важный стратегический пункт, по нахождению своему в тылу неприятеля по дороге в Рутул, пункт, обеспечивавший Элисуй-ские владения и Нухинский уезд, прикрывавший дорогу в Шинское и Хачмазское ущелье"3. За этот поступок генерал Бюрно был предан суду, "оставлен от службы за трусость, хотя некоторые уверяли, что это была просто интрига против князя Аргутинского с целью не дать ему разбить неприятеля и увеличить свою, и без того уже возбуждавшую зависть славу"4.

По приказу ген. майора Бриммера на помощь гарнизону Ахты была вы­слана рота в 200 штыков Варшавского (Ширванского) полка.

В это время начальник Хаджал-Махинского укрепления донес Аргутинскому о занятии мюридами 9 сентября сел. Куркли в Казикумухском ханстве. По приказу Аргутинского отряд в Кумухе был усилен одним батальоном, а другой батальон двинулся к Кураху. Затем сам Аргутинский выступил из Темир-Хан-Шуры в Казикумух. Вечером 11 сентября к его отряду присоединились еще 2 батальона. В то же

- 60 -

время кубинская и табасаранская милиции собрались у сел Кабир, а кюринская, численностью в 2000 чел. - в Курахе.

В этот же день, после получения донесения от начальника Самурского округа полк. Рота, ген. майор Бриммер отдал приказ 5-ой гренадерской роте графа Паскевича полка немедленно двинуться к укр Ахты. Рота состояла из 200 рядовых и 22 унтер-офицеров. Командиром роты был назначен капитан Тизенгаузен. С ним был и капитан Новоселов, прибывший в штаб-квартиру полка после взятия Гергебиля 12 сентября рота прибыла в упраздненное укр. Тифлисское, где и остановилась для ночлега. Но посланные Ротом нукеры сообщили, что отряды горцев уже приближаются к укреплению со стороны р. Ахты-чая. 14 сентября отряд проходил через аул Мискинджи и 30 местных жителей вызвались провожать гренадеров, но в туман ночью покинули их и лишь один из них проводил гренадеров до крепости"1

Настроения местного населения в этот период видно из письма Даниель-бека Шамилю: "До сих пор дела наши идут так, как мы хотели. Рутульцы уже в наших руках. Потом жители Ахтов и других краев желают перейти на нашу сторону и приглашают нас к себе... Мы отправились к подступам Ахтов, внимая их просьбам. А вообще население хочет, чтобы вы приехали к нам"2.

Шамиль, выступив с войском из сел. Телетля и остановившись в сел. Хосрехе, написал письмо ахтынцам, в котором напомнил, что к нему из Ахтов пришел Мухаммед Наби-Эфенди и сказал ему: "Пойдем имам. Мы все покорны тебе. И желаем, чтобы ты приехал"3.

12 сентября Шамиль вместе с мюридами прибыл в Рутул и в тот же день дал приказ, чтобы его сподвижники Хаджи-Мурат, Даниель-бек, Шабан и Мудир Аданов заняли Ахты. Численность людей в их

- 61 -

отрядах доходила до 15 000тыс. 13-го Хаджи-Мурат с аварской конницей занял курахскую дорогу и расположился лагерем в деревне Гра, а Даниель-бек, двигаясь правым берегом Самура и переправясь через хребет, спустился в ущелье Ахты-чая и занял местность у ахтынских минеральных вод, в 5-ти верстах от сел. Ахты. Ахтынцы сдались и "Даниель-бек занял аул своими войсками и сам в нем учредил свою квартиру"1

Источники приводят разные даты прибытия Шамиля в Ахты.

В одном говорится, что "13 числа, в 6 часов вечера, Шамиль, без всякого сопротивления со стороны жителей, занял селение Ахты и обложил Ахтынское укрепление"2. В другом отмечается; что с рассветом 15 числа имам прибыл в сел. Ахты, двинув поголовно всех своих людей.3 Н. А. Волконский писал, что "Шамиль, явившийся к своим скопищам, чтобы лично руководить ими, 13-го сентября занял с. Ахты и осадил Ахтынское укрепление. Хаджи-Мурат стал на сообщении по нижнему Самуру, а Даниель-бек в с. Мискинжи; по дороге от Рутула в Борч расположились две тысяча неприятельской конницы... "4.

Это означало, что все селения Самурской долины, весь рутульский магал перешли на сторону Шамиля, "вышли из повиновения официальным властям"513 сентября к укреплению пробились 48 человек Мингрельского полка под командованием поручика Ищенки, 14 сентября к гарнизону пробилась 5-я гренадерская рота князя Варшавского (Ширванского) полка, посланная ген. Бриммером на помощь осажденным. Ротой командовал капитан Новоселов. Мухаммед-Тахир подчеркивает, что "ахтынцы приняли его (т.е. Шамиля) очень радушно"6, что шамилевские "Войска спустились в Ахты и нашли местных жителей обрадованными приходу

- 62 -

имама, горящим желанием встретиться с ним. Были рады даже женщины и дети"7 .

Накануне прибытия Шамиля, жители Ахтов, по признанию источников, "хотели приготовить ему хороший подарок - обманом завладеть укреплением Ахты"1. "Что же касается ахтынцев, - пишет Х.Геничутлинский, - то они были тогда разделены на две группы: одна действовала рядом с повелителем правоверных Шамилем, а другая, вместе с неверными находилась в крепости"2

По прибытии в Ахты, "Шамиль собрал джамаат (совет старейшин), привел его к присяге, затем вышел на крышу сакли - показался народу. На нем была лисья шуба. "Я слышал, у вас зимою холодно, - сказал он, тряхнув шубою - и запасся теплым". Собравшиеся были удивлены такой предусмотрительностью имама3

По прибытии в Ахты, Шамиль созвал ахтынцев и выступил перед ними с речью: "Вы народ храбрый, сколько раз вы проливали кровь русских, до сих пор в такой войне вы были без помощников. Знайте же, что я и весь Дагестан ваши помощники". В ответ ахтынцы заявили: "Мы клянемся умереть перед тобой и сражаться с врагами"4

Многие из них во время штурма крепости сражались в отрядах Шамиля. Подробности сражения Дубровин передает так: "Горцы все ближе и ближе окружали укрепление, заняли сады; обрывы Ахты-чая и, наконец, землянки ротного двора, которые не успели уничтожить. Проделав в них бойницы, неприятель открыл учащенный огонь, который на следующий день усиливался более. Под прикрытием этого огня и ободряемые присутствием Шамиля, горцы устроили несколько завалов ложементов.... К вечеру полковник Рот был тяжело ранен"5, но скрыв эту рану, "вторично раненый огромным камнем в голову, -

- 63 -

окровавленный, все еще оставался на своем месте, под градом камней и пуль, осыпавших все укрепление...."6.

Из укрепления ясно видели в подзорную трубу Шамиля. Он сидел в шатре на покатости горы в окружении толпы мюридов, а двое нукеров держали над ним большой зонтик. В эго время полупудовая граната, пущенная из укрепления, разорвалась в толпе мюридов, разогнала их толпу у шатра и заставила Шамиля поспешно скрыться за гору.

Часов в десять горцы прикрываясь уступами и садами по речке Ахты-чай, двинулись к укреплению и завладели форштадтом, так что и им достался небольшой склад пороха в цейхаузе. Одним из первых выстрелов пуля ударила коменданта укрепления Рота близ горла.

Он стал отдавать свои распоряжения с постели через капитана Новоселова. Русские в этот день потеряли убитыми 20 чел. и 32 ранеными.

Рот собрал офицеров и просил их не сдаваться, а в случае безвыходного положения, взорвать укрепление. Офицеры согласились. Дочь Рота, сидевшая у изголовья раненного отца разделяла все побуждения отца и его подчиненных1

Преемником Рота единогласно был избран капитан Новоселов, ставший по словам П. И. Ковалевского "примером неустрашимости, предусмотрительности, порядка, воодушевления и самопожертвования"2 , за что он позднее был произведен государем прямо из капитана в подполковники, награжден Георгиевским крестом и назначен плац-майором в Царское село3.

По свидетельству Мухаммед-Тахира "Жители Анди наиболее сильно (по сравнению с другими войсками имама) сражались и атаковали крепость, в связи с чем множество из них было убито"4.

- 64 -

К несчастью осажденных 16 сентября в 2 часа дня "Хаджи-Яхъя ал-Чиркави попал начиненным пушечным ядром в пороховой погреб крепости. Огонь зажег погреб и он взорвался. Стена, со стороны этого погреба рухнула"1

Вместе с 5-ой батареей взлетели на воздух штабс-капитан Байдаков и сорок четыре человека рядовых2.

Сила взрыва была огромной, так как в погребе было 400 пудов пороха и множество снарядов "Ворваться, однако, в Ахтынскую крепость сил хватило тогда лишь у благородного наиба Кади Ичигалинского, да еще у проницательного героя Месеколава Андийского"3.

"Крепость представляла страшное зрелище, трупы людей и лошадей валялись повсюду Стоны раненых и умирающих надрывали сердце. А между тем горцы отовсюду окружили Ахты"1 За 6 суток осады 150 солдат не досчитали в гарнизоне, который нуждался в подкреплениях.

Новоселов решил дать знать князю Аргутинскому Штабс-капитан Бучкиев, одевшись по-лезгински, в сопровождении двух самурских беков, подпоручика Али-Султан-бека, прапорщика Али-Мулла-Шериф-оглы, казака Ивана Солонина, а также трех нукеров, в ночь с 16 на 17 сентября отправились на задание.

Иван Бучкиев по национальности грузин, хорошо знал лезгинский язык, походил на лезгина и без труда пробрался между осаждавшими и сообщил о положении дел гарнизона Ахты4 командующему войсками в Дагестане Аргутинскому.

Через два дня полковник Рот отправил еще двух людей к Аргутинскому и поручил капитану Новоселову сообщить всем о решении взорвать укрепление в случае критического положения.

- 65 -

По словам Н. Ф. Дубровина после этого нижние чины стали прощаться со своими женами и детьми и утешая их тем что, "умрут вместе"5.

В защите принимали участие жены офицеров, носили на батареи патроны и артиллерийские заряды. Героиней Кавказской войны стала жена подпоручика Богуславского - Мария. Во время осады ахтынской крепости она получила 24 раны, но осталась жива. Последние годы своей жизни Мария Ивановна провела в г. Темир-хан-Шуре (Буйнакск - А. С-.)1

Генерал Аргутинский поспешил на помощь осажденным, с отрядом в 6 батальонов, 1 1/2 роты стрелков, дивизион драгун, сотней конной милиции. 16 сентября он был уже в Курахе, где к отряду его приехал дербентский войсками, лоцированными в гарнизоне Kypaxa2. 18 сентября войска Аргутинского взошли на хребет, с которого было видно укрепление. Однако, соединиться с защитниками укрепления было невозможно, так как дороги были испорчены, а мосты через р. Самур разрушены. Аргутинский приказал приготовить мост, но из-за нехватки бревен и людей мост не был проложен. "Конные мюриды, с ловкостью, свойственной горцам, переходили Самур версты 1У2 ниже Ахты, по броду, почти непроходимому, и тянулись в ущелье, влево от нас... Аргутинский с тоской смотрел на Ахты".

- "Захар Степанович, - сказал он, обращаясь к Манюкину и указывая на Ахты, «здесь, может быть потеряно все, над чем я трудился шесть лет"3.

Здесь к Аргутинскому явился Бучкиев, и рассказал о положении дел в осажденном гарнизоне.

- 66 -

После этого Аргутинский сразу отдал приказ солдатам двинуться вперед, прекратив даже приготовления пищи. Они шли, отыскивая доступные тропы, которые часто терялись, заваленные осыпью; саперы часто возобновляли ее тонкою чертою, едва достаточной для прохода человека. Крутые и короткие зигзаги по обрывам, в 60°-70°, требовали иногда до 20-ти человек для спуска маленького горного лафета4.

Когда в гарнизоне узнали о том, что Аргутинский движется на выручку, "радость солдат, радость всех, кто только был в это время в укреплении", была безмерной1.

19 сентября отряд Аргутинского находился на втором перевале от Кураха. Переночевав в сел. Ахнык и преодолев р. Самур у сел. Зухул, отряд рано утром 22 сентября двинулся в направлении Ахты. "Мокрые, как рыбы, -отмечает источник, - мы весело переходили сердитый Самур, против сел. Зухула"2

Отряд Аргутинского остановился на ночлег на правом берегу Самура. В это время сюда прибыли два солдата, посланные из крепости Ахты к князю

Аргутинскому, "с известием о бедствиях крепости"3. Чтобы воспрепятствовать продвижению отряда Аргутинского, Шамиль бросил часть сил навстречу ему. Оставив 5000 мюридов в Ахтах, остальные силы под предводительством Хаджи-Мурата и Даниель-бека двинулись на противника. В местечке между упраздненным Тифлисским укреплением и сел. Мискинджи завязался бой, описанный русским автором: "Около полудня, когда войска сосредоточились у реки Самура, Аргутинский приказал поставить батарею из 4-х горных орудий и 10 ракетных станков и открыл огонь во фланг неприятельской позиции; вся кавалерия переправилась на

- 67 -

противоположный берег с тем, чтобы в случае отступления неприятеля, зайти в тыл. Когда все необходимые распоряжения были сделаны и орудия о огонь, князь Аргутинский послал на штурм неприятельских завалов 2 батальон апшеронцев и 3 батальона ширванцев, под командою полковника ....нюкина. Ими было вытеснено из завалов большое число горцев, которые .....кали спасение в "беспорядочном бегстве", оставив на месте боя слишком ... тел, и потеряв 70 пленными и 3 значка 4

Равнина от завалов до садов мескинджинских покрылась трупами шел один офицер, ширванец, который занимался "безчестной шашкой наголо, он не пропускал ни одного несчастного раненого, если замечал какие-нибудь признаки жизни в окровавленном теле, сейчас же принимался за дело; но Аргутинский узнал об этом - и горе было негодяю вот Аргутинский наезжает на кучку пленных, останавливается, смотрит на них пристально, вырывает из середины молодого лезгина, лет 18-ти, и, сверкнув очами, приказывает заколоть несчастного.

Мальчик сперва испугался, но сейчас пришел в себя, судорожился и, с безмолвным трепетом, опрокинулся назад, когда солдаты воткнули штыки в его сухое тело. Никто не смел спрашивать мрачного Аргутинского о причине такого поступка, все старались отгадать, - и никто ничего не узнал1

Князь Аргутинский, как видно из этого эпизода, не отличался милосердием, был весьма жесток по отношению к врагам. Интересно отметить, что русской кавалерией командовал брат уч. XIX в А.-К. Бакиханова Джафар, который, как отмечает источник "переправясь через реку Самур, атаковала во фланг бегущих и положила конец короткому, но блистательному сражению"2.

- 68 -

Отряд Аргутинского в сражении 22 сентября потерял 15 нижних чинов убитыми, а 1 штабс-офицер, 5 обер-офицеров и 152 солдата были ранены3.

Потери горцев в дни похода Шамиля в Ахты, по данным Гаджи-Али, простирались до 300 человек убитыми, ранеными и пленными4.

В этот же день отряд Аргутинского прибыл к Ахтынскому укреплению, "встреченный единодушным и неумолкаемым "ура!". Трогательна была сцена встречи освободителей и освобожденных: объятия и возгласы сменялись один другими"5,

В рапорте от 6 октября 1848г. главнокомандующий царскими войсками на Кавказе кн. Воронцов высоко оценил заслугу Аргутинского в сражении у Ахтов, отметив: "Решительное движение генерал-адъютанта кн. Аргутинского и смелая атака неприятельской позиции близ сел. Мискинджи представляют новый пример военных способностей и досто­инств этого генерала, а геройская защита укр. Ахты равняется с самыми бли­стательными действиями в этом роде, с тех пор, как русские занимают Кавказ"1

Осада крепости Ахты вызвала широкий резонанс в России. О ней Зиссерман А. Л. писал: "... вообще эта осада выходила из ряда обыкновенных военных происшествий на Кавказе, наделала много шуму и послужила мате­риалом для театрального представления "Осада крепости Ахты", дававшегося несколько лет в Петербурге, на Мариинском театре цирка, с танцами, стрельбой из пушек, примерными штурмами и прочее, к большому удовольствию публики, настроенной в то время (после Венгерской компании) самым воинственным образом; сам император Николай Павлович несколько раз бывал на этих предприятиях. Ни капли смысла, ни тени правдоподобия во всей пьесе не было. Но восторг публики, особенно

- 69 -

при появлении роты солдат с песенниками и плясунами, да конных орудий, выскакивавших на сцену, был большой, кричали браво, фора и даже Ура"2.

Таким образом, из выше изложенного следует, что предпринятый в 1848г. по инициативе Шамиля и по просьбе местных жителей поход в Самурскую долину был звеном в общей цепи плана имама Шамиля по вовлечению народов Южного Дагестана в орбиту своего влияния и последующего их включения в состав имамата.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Освободительная борьба народов Южного Дагестана в 1-ой пол. XIXв. имела огромное значение для всего Кавказского региона, являлась неотъемлемой частью обще дагестанского и общекавказского освободительного движения. Своим острием она была направлена на сохранение народами рассматриваемого в работе региона политической независимости от царской России, стремившейся завершить колонизацию Кавказа, в том числе и Дагестана, применяя как средства экономического, так и военного характера для достижения своих политических целей, главная из которых заключалась в присоединении Дагестана к России, используя разнообразные методы и средства колониального угнетения дагестанских народов.

В данной диссертационной работе на основе обширной исторической литературы и документальных материалов, часть которых вводится в научный оборот впервые, сделана попытка всесторонне исследовать и осветить проблему, суть которой сводится к показу хода длительного процесса борьбы царской России за присоединение Южного Дагестан, как и Дагестана в целом, к ней всеми способами и средствами, мирными и военными, которые были

- 70 -

отвергнуты народами исследуемого региона, поднявшимися на вооруженную борьбу против этой политики царского самодержавия. При этом они продемонстрировали решимость всеми средствами оказать решительный отпор захватнической политике царизма. Эта проблема освещается нами, опираясь в основном на документальные источники, которые публиковались, начиная еще с дооктябрьского периода во многих сборниках архивных материалов и документов. Пробел в опубликованных источниках нами восполнялся извлеченными из архивохранилищ страны документальными материалами, в частности, из РГВИА (Москва), ГАРД (Махачкала), а также многочисленными копиями документов, извлеченных из центральных архивов страны в советское время и хранящихся в Рукописном фонде Института ИАЭ ДНЦ РАН.

В целом, обобщая приведенные в диссертационной работе материалы, можно сделать следующие выводы:

В 1-ой пол. XIX в. для Южного Дагестана характерны были неравномерность социально-экономического развития ее частей, а также этническая и политическая пестрота: его населяли лезгины, табасаранцы, рутулы, цахуры, азербайджанцы, армяне, грузины, евреи, персы, индусы и др.

Развитие производительных сил и необходимость защиты от внешних нападений, а также естественно-географические условия привели к образованию в Южном Дагестане как феодальных владений (Дербентское, Кубинское, Кюринское ханства, майсумство и кадийство Табасаранское, султанство Илисуйское, а также союзов сельских обществ), которые находились в сложных взаимоотношениях друг с другом. В к. XVIII -нач. XIXвв.. последние, являлись в целом территориальными моноэтническими объединениями.

- 71 -

Обращения южно-дагестанских владетелей к царизму в нач.XIX в. о принятии их в подданство России были продиктованы тем, что многие из них надеялись получить помощь от царизма в сохранении своей независимости от правителей Ирана и Турции, постоянно вмешивавшихся в их дела.

В Южном Дагестане царское правительство любыми способами лишало власти антирусски настроенных феодалов и назначало на их место лояльно относившихся к правительству феодалов.

Процесс включения народов Южного Дагестана под покровительство России, начавшихся с нач. XIXв., завершился формально к 1812 г. Для союзов сельских обществ Самурской долины этот процесс носил внешне добровольный характер. Гюлистанский русско-иранский мирный договор признал в 1813г. присоединение Дагестана к России.

Русский царизм подавлял всячески стремление народов Северного Кав­каза к национальному и социальному освобождению.

Процесс установления власти царизма в регионе сопровождался усилением и феодальной эксплуатации, что особенно было характерно для Южного Дагестана, народы которого находились под феодальным и колониальным гнетом. После вступления под покровительство России местные 1 владетели, чувствуя поддержку царизма, усиливали эксплуатацию подвластного населения. Царизм и местные владетели в вопросах эксплуатации горских крестьян были едины. Тем не менее, местные владетели не желали перемен во внутри­политической жизни

Вмешательство в нее царизма с целью ограничения их политических привилегий вызывало явное недовольство местных феодалов. Политика царизма на Кавказе приобрела наступательный характер после назначения главнокомандующим царскими войсками в

- 72 -

крае генерала А. П. Ермолова, который для покорения горцев допускал возможность применения любых средств. Серьезный удар по хозяйственной деятельности народов Южного Дагестана нанесла разработанная А. П. Ермоловым политика военно-экономической блокады.

Борьба против колониального гнета в Южном Дагестане перекликалась с борьбой против местных владетелей и выражалась она в различных формах. Усиление колониального гнета крестьян и ущемление политических привилегий местных владетелей привели к тому, что образовался широкий фронт борьбы против царизма, в который входили горские крестьяне, часть местных феодалов, мусульманское дуковенство, верхушка сельских общин.

Важную роль в подъеме национально-освободительной борьбы в Южном Дагестане сыграло "новое учение" Ярагского, стрежневой идеей которого являлась идея свободы человека в политическом, правовом и социально экономическом аспектах. По мысли М.Ярагского - свобода естественное право человека и она завоевывается самоотверженной борьбой. Для того времени это был своего рода призыв к борьбе с царизмом, посягавшим на свободу и независимость горцев Южного Дагестана (да и Дагестана в целом).

М.Ярагский выступил реформатором учения тариката, дополнив его проповедью о необходимости борьбы с "неверными", то есть учением о газават. Однако ставить знак равенства между газаватом и кораническим джихадом, который имеет целью насаждение ислама в других странах и ведение войн с 'людьми другой веры, нельзя, так это будет сознательное искажение действительности.

По сути, газават означает борьбу с царско-ханским гнетом, которого в конкретно-исторических условиях 1-ой пол. XIXв.

- 73 -

невозможно было свергнуть мирным путем Газават - это призыв к борьбе с конкретными но­сителями зла, борьба за свободу в социальном и духовном плане. Газават на­правлен не против русских или христиан, а против всех покушавшихся на чью-либо свободу.

Освободительная борьба горцев во главе с имамами Гази-Магомедом, Гамзатбеком и легендарным Шамилем была связана с учением М. Ярагского, вытекала из него и составляло единое целое. И не случайно, в самые тяжелые для имама Шамиля годы в Южном Дагестане вспыхнули народные восстания, являвшиеся свидетельством прямой поддержки его дела южно-дагестанцами. Предводители восставших - Хаджи-Мухаммед, Шейх-Мулла ахтынский и Ага-бек рутульский находились в переписке с Шамилем и М. Ярагским (до его кончины в 1838г.). Царское командование вынуждено было в срочном порядке перебросить крупные военные силы на юг с "шамилевского фронта". Подавление второго фронта освободительной борьбы горцев было возложено на главнокомандующего отдельным корпусом ген. Головина, который все же не решил всех проблем, связанных с Шамилем.

Звеном в общей цепи плана Шамиля по вовлечению народов Самурской долины в орбиту своего влияния и последующего их включения в состав имамата был поход 1848г., предпринятый им с целью занятия Ахтынского укрепленияи нашедший поддержку и помощь местного населения.

В 1-ой пол. XIXв. у царских властей в подходе к кавказским проблемам не хватало здравого смысла, то есть осторожной и взвешенной политики, основанной на уважении традиций и обычаев горцев. Царизм начал использовать грубые и жестокие формы

- 74 -

эксплуатации горцев, с чем они не могли примириться и начали вести открытую борьбу против навязываемых им царизмом порядков.

Ныне же Россия и Дагестан совсем не те, что были в XIXв. Постепенно за прошедшее время они сблизились друг другу. Дагестан неотъемлем от России, как и Россия неотъемлема от Дагестана, хотя и ныне в мире есть силы, заинтересованные в отделении Дагестана от России в целях утверждения своего влияния в регионе.

Если в 1-ой пол. XIXв. на Кавказ, в том числе и на Дагестан, претендовали Иран, Турция и Россия, то теперь идет интернационализация этого процесса. В борьбу эту ныне втянута даже США. Поэтому российскому руководству совместно с правительствами республик Северного Кавказа нужно выработать и претворять в жизнь такую национальную политику, которая учитывала бы национально-этнические, экономические, социально-политические и культурные интересы всех проживающих здесь народов.

С распадом СССР ряд народов оказались разделенными государствен­ными границами. Проблема "разделенных народов" стала фактором, негативно влияющую на этнополитическую ситуацию на всем Северном Кавказе. Особо остро эта проблема в наши дни отражается на положении лезгинского народа, который оказался поделенным между Республикой Азербайджан и Российской Федерацией (вернее Дагестаном). Народы Южного Дагестана и Северного Азербайджана ныне испытывают огромные неудобства и трудности во внутри этническом общении. Все это вызывает, естественно, их недовольство.

Нынешнее поколение политиков и государственных деятелей при подходе к разрешению проблем народов изучаемого региона должно учесть конкретно-исторический опыт их жизни и способствовать

- 75 -

облегчению и расширению экономических и политических связей между ними. Это должно помочь избежать второе издание Кавказской войны, опасной для всех народов Северного Кавказа, а также России.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

I. АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ГА РД. - Ф 133 - Оп.4. - Д. 2,5,8,12

ГА РД.-Ф.185.- Оп.1.-Д.1.

ГА РД.-Ф.318.- Оп.1.-Д.2.

ГА РД.-Ф105.- Оп.1.-Д.4

II. МАТЕРИАЛЫ РУКОПИСНОГО ФОНДА ИНСТИТУТА ИСТОРИИ, АРХЕОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ ДНЦ РАН

Ф 1 от 1 Д 97 Материалы командира Отдельного Кавказского корпуса ген. Головина к истории присоединения Кавказа к России Начато 1838 г. -окончено 1845 г. - 125 с. (Незаверенные копии материалов ЦГВИА СССР) машинопись.

Ф.1. Оп.1. Д.348-56 л. Народы Кавказа и их освободительная борьба Т.1. (56л.) Рукопись. Пер. с нем. Дупенко. 1962.

Ф.1.оп.1. Д.464. Кох Карл. Путешествие в Грузию, по Каспию и на Кавказе. (Шамиль и Кавказская война). - 117л. (машинопись).

Ф1. Оп. 1. Д.76. Выдержки из оп. М.Клапрота. Историческая, геогра­фическая и политическая картина (карта) Кавказа и провинций, находящихся между Россией и Персией, Париж, Лейпциг. 1827 г ( 20 л с). Копия рукописи перевода на рус. языке с франц. З.Кидаловой.

III. ИСТОЧНИКИ

Ахвердов А. И. Описание Дагестана. 1804 // ИГЭД. М., 1958. W

Боденштедт Ф. Народы Кавказа и их освободительные войны против русских. Махачкала, 1996. - 40 с.

- 76 -

Ведомость о доходах, поступающих ежегодно в казну с Бакинской, Кубинской и Дербентской провинций от 1824 г. // АКАК. - Тифлис, 1875. - Т.6. -Ч.2.

Воззвание ген. Головина ханам, бекам, эфендиям, муллам и всему народу Дагестана от 1838 г. // АКАК. - Тифлис, 1884. - Т.9.

Гаджи-Али. Сказание очевидца о Шамиле. - Махачкала, 1990. Гасан-Алкадари. Асари Дагестан / Исторические сведения о Дагестане / Махачкала, Изд. Даг. НИИ, 1929.

Алкадари Г-Э. Асари Дагестан. - Махачкала, 1994.

Ген. Головин графу Чернышеву от 17 февраля 1839 г. // АКАК. -Тифлис, 1884.-Т 9.

Десимон А. Ф. Исторические сведения о Самурском округе 1839 г. // ИГЭД.М.,1958 Журнал полк Рота об осаде укрепления Ахты в 1848 г // АКАК. - Т 10 -Тифлис, 1885 Записки А. П Ермолова 1798-1826 гг. - М., 1991.

Комаров А. Казикумухские и кюринские ханы. / Материалы для истории Дагестана. // ССКГ. - Тифлис, 1869. - Т.2.

Колоколов П. Ф. Описание Табасарана. 1831 г. // ИГЭД. - М., 1958.

Краббе К. К. Замечание о Докуспаре, Ахтах и Рутуле до 1835 г. // ИГЭД. -М.,1958.

Мухаммед-Тахир Три имама. - Махачкала, 1990.

Мухаммед-Тахир аль-Карахи. Блеск дагестанских сабель в некоторых шамилевских битвах. - Ч 1-2. - Махачкала, 1990.

Очерк положения военных дел на Кавказе. 1839 г. // АКАК. - Тифлис, 1884.-Т.9.

Отчет кн. Воронцова М. С. за 1849-1851 гг. //АКАК. - Тифлис, 1885.-Т.10.

- 77 -

Рапорт бакинского коменданта Репина В. А. главнокомандующему на Кавказе Тормасову А. П. от 6 декабря 1809 г. // Русско-дагестанские отношения в XVIII - начале XIX в. Сборник документов. - М., 1988.

Рапорт Хатунцева Н. М., Паулуччи Ф. 0. от 9 января 1812 г. // Русско-дагестанские отношения в XVIII - начале XIX вв. Сборник документов. - М., 1988.

Ртищев Ф. Н. Сведения о Дагестане. 1813 г. //ИГЭД. - М., 1958. Симонович Ф. Ф. Описание Южного Дагестана. // ИГЭД... - М., 1958. Статистические сведения о Кавказских горцах, состоящих в военно-народном управлении. // ССКГ. - Тифлис, 1868. - T.I.

Шейх и мюршид Мухаммед ал-Яраги. Асар ал-Яраги. - Темир-Хан- Шура, 1910.

Шихсаидов А. Р. Письменные памятники Дагестана XIX в. (Жанр биографий). // Письменные памятники Дагестана ХУЛ 1-Х IX вв. Сборникстатей. -Махачкала, 1989.

IV. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ДОРЕВОЛЮЦИОННАЯ ЛИТЕРАТУРА

а) книги, брошюры

Бакиханов А. К Гюлистан-и-Ирам. - Баку, 1991. Богуславский Л. История Апшеронского полка. 1700-1892. - Т. 1-2:

Репринтное воспроизведение издания J 892 г. / Изд. Атаева К. П. - Дагестанская Республика, 1993 г.

Бутков П. Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 г. -СПб. 1869.-Ч 2.

Воспоминания "Девы гор". О событиях под Шах-дагом в 1848 г. -Махачкала, 1995.

Гемер-Моше. Шамиль - правитель государства и его дипломатия. Статьи. (Пер. с англ.). - Махачкала, 1997. - С. 106.

- 78 -

Гизетти А.Л. Хроника кавказских войск. В 2-х частях. - Тифлис, 1896.

Дубровин Н. Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. -СПб, 1871. - T.I. СПб. 1886. - Т.4, СПб, 1888. - Т.6.

Зиссерман А. Л. Двадцать пять лет на Кавказе. (1842-1867). СПб, 1879. -4.1.

Казем-бек А. Мюридизм и Шамиль. - Махачкала, 1990

Козубский Е. И. История города Дербента. - Темир-Хан-Шура, 1906. 90 Милютин. Описание военных действий 1839 года в Северном Дагестана. -СПб, 1850.

Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 году (На Кавказе). -СПб, 1873.

Неверовский А. А. Истребление аварских ханов в 1834 году. СПб, 1848.-С.37.

Описание осады укрепления Ахты в 1848 г. - СПб, 1850. Потто В. А. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях. - СПБ, 1886. - Т.3 - СПб, 1889. - Т.5.

Руновский А. Записки о Шамиле. СПб, 1860. - М, 1989. - С. 176. Утверждение русского владычества на Кавказе - Тифлис, 1901, - Т. 1,

Тифлис, 1903. - Т.2; Тифлис, 1904, - Т.3., ч. 1; Тифлис, 1908. - Т. 12. Фадеев Р. А. Шестьдесят лет Кавказской войны. - Тифлис, 1860. Чичагова Н. М. Шамиль на Кавказе и в России. Биографический очерк. - СПб, 1889.

Эсадзе С. Историческая записка об управлении Кавказом. - Тифлис, 1907.-Т.2.

Эсадзе С. Штурм Гуниба и пленение Шамиля. - Тифлис, 1909.

б) статьи

Волконский И.А. Трехлетие на лезгинской кордонной линии. // КС. -Тифлис, 1885.-Т.9.

- 79 -

Юров А. Трехлетие в Дагестане, 1848-й год. Взятие Гергебиля и геройская защита укрепления Ахты. // КС. - Тифлис, 1883, Т.7.

V. ПОСЛЕРЕВОЛЮЦИОННАЯ ЛИТЕРАТУРА

а) книги, брошюры

Агаев А. Г. Магомед Ярагский. Мусульманский философ. Духовный вождь дагестанского освободительного движения XIX века. - Махачкала, ИПЦ ДНЦ, 1996.-С.216.

Атларов М. А Сельская община в Нагорном Дагестане в XVII –начале XIX вв. -М, 1978

Бланч Лесли. Сабли рая. Махачкала, 1991. - С. 139. Бушуев С. К. Борьба горцев под руководством Шамиля. - М.-Л, 1939 Гасанов МРУ истоков братства. - Махачкала, 1986. Гасанов М. Р. Из истории Табасарана. - Махачкала, 1978. Гасанов М. Р. Очерки истории Табасарана. - Махачкала, 1994.

Гасанов М. Р. Табасаран в период борьбы горцев в 20-50-х гг. XIX в. против царизма. - Махачкала, 1997

Гаджиев В. Г. Роль России в истории Дагестана. - М, 1965. Даниялов Г. Д. О движении горцев Дагестана и Чечни под руководством Шамиля.1966. - С.36.

Даниялов Г. Д. "Имамы Дагестана". - Махачкала, 1996. - С 140.

Даниялов Г. Д. Имам Шамиль Махачкала, 1996. - С 224

Даниялов Г. Д. Исторический путь развития народов Дагестана до вхождения его в состав России. - Махачкала, 1996.

Джахиев Г. А. Россия и Дагестан в начале XIX в. - Махачкала, 1985. История Дагестана. - М., 1969. Т 2.

Магомедов Р. М. Общественно-экономический и политический строй Дагестана в XVIII - начале XIX веков. - Махачкала, 1957.

- 80 -

Магомедов Р. М. Россия и Дагестан. - Махачкала, 1987. Магомедов Р. М. Борьба горцев за независимость под руководством Шамиля. -Махачкала, 1939.

Магомедов Н. А. Дербент и Дербентское владение в XVIII первой половине XIX в. - Махачкала, 1998.

Мусаев Г. М-С. Рутулы. XIX - начало XX вв. Историко-этнографическое исследование. -Махачкала, 1997.

Мухаммед-Тахир. Три имама. -Махачкала, 1990. - С. 100. Нахшунов И. Р. Экономические последствия присоединения Дагестана к России. (Дооктябрьский период). - Махачкала, 1956.

Очерки истории Дагестана. - Махачкала, 1957. - Т. 1. Рамазанов X. X., Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. - Махачкала, 1964.

Рамазанов X. X., Рамазанов А. X. Шамиль. Исторический портрет. - Махачкала, 1990.

Рамазанов X. X., Рамазанов А. X. Мухаммад Ярагский - идейный вождь освободительной борьбы народов Кавказа. - Махачкала, 1996.

Сумбатзаде А. С. Кубинское восстание 1837 г. - Баку, 1961. Фадеев А. В. Россия и Кавказ в первой трети XIX века. - М., 1960. Халилов А. М. Национальйо-освободительное движение горцев Северного Кавказа под предводительством Шамиля. - Махачкала, 1991. - С.182.

Хашаев Х.М. Общественный строй Дагестана в XIX в. - М., 1961.

б) статьи

Ахмедов М. Т. К вопросу об участии народов Южного Дагестана в Кавказской войне // Труды молодых ученых. Выпуск II. Гуманитарные науки. -Махачкала, 1996.

- 81 -

Блиев М.М. Кавказская война: ее социальные истоки и сущность. // История СССР. - № 2. - 1993.

Боденштендт Ф.Народы Кавказа и их освободительные войны. -Берлин, 1855 // Наш Дагестан. № 167-168. - 1994.

Бушуев С. К. О Кавказском мюридизме. // Вопросы истории. - № 12. -1956.

Гасанов М. Р. К вопросу об участии жителей Табасарана в борьбе против царизма в первой половине XIX в. // Газимухаммед и начальный этап антифеодальной и антиколониальной борьбы народов Дагестана и Чечни. -Махачкала, 1997

Гасанов М.Р. Мюридизм в Табасаране. // Дагестанская правда. - 12 октября, 1996.

Джахиев Г. А. Северный Кавказ во внешней политике России, Ирана и Турции в начальный период движения горцев. // НОДГДЧ в 20-50-х гг. XIX в. - Махачкала, 1994.

Клычников Н. Ю. Деятельность А.П.Ермолова на Северном Кавказе (1816-1827). -Ессентуки, 1999.-С. 134.

Магомедов Р. М. У истоков имамата // Газимухаммед и начальный этап освободительной борьбы горцев Дагестана и Чечни. - Махачкала, 1997.

Маршаев Р. Г. К вопросу о социальном строе Ахтьшаринского "вольного" общества в XVIII - начале XIX в. // Уч. зап. ИИЯЛ Даг. ФАН СССР. - Т.3. - Махачкала, 1957.

Умаханов М-С.Х. О социальной борьбе в союзах сельских обществ Дагестана в XVIII веке // Вопросы истории Дагестана (Досоветский период). -Махачкала, 1975, Выпуск II

- 82 -

Умаханов М-С. К. Южная граница Дагестана в XVIII веке // Труды Географического общества Дагестана. - Махачкала, 1998. Bbin.XXVI. - С. 132-136.

VI. СБОРНИКИ ДОКУМЕНТОВ И МАТЕРИАЛОВ

Акты, собранные Кавказской археографической комиссией. /Под ред. Берже А/-Тифлис, 1870-1885. - Т.2, 4-10.

Движение горцев Северо-восточного Кавказа (ДГСВК) в 20-50-х гг. XIX в. Сборник документов. /Сост. Гаджиев В.Г., Рамазанов Х.Х./ - Махачкала, |1959.

Русско-дагестанские отношения в XVIII - начале XIX вв. Сборник документов /Под ред. Гаджиева В.Г./ - М., Наука, 1988.

История, география и этнография Дагестана ХУП1-Х1Х вв. Архивные материалы. /Под ред. Косвена М.0. и Хуциева Х-М.М./ - М., 1958.

Колониальная политика российского царизма в Азербайджане в 20-60-х гг. XIX в. - М.- Л., 1936, - 4.1, 1827-1843 гг. ССКГ. - Тифлис, 1868-1869. - Т.1-2.

Народно-освободительное движение горцев Дагестана и Чечни в 20-50-х годах XIX в. (Материалы всесоюзной научной конференции 20-22 июня 1989 г.) Махачкала, 1989. - С.360.

Мухаммад-Амин (Асиялав) и народно-освободительное движение народов Северо-Западного Дагестана в 40-60-х гг. XIX века. (Сборник доку­ментов и материалов) Махачкала, 1998. - С.275. Геворкьян Д. П. Создание и деятельность российской администрации в Дагестане (1860-1917). Дис... канд.ист.наук. -Махачкала, 1999.1 Материалы по истории Дагестана и

- 83 -

Чечни (1-ая пол. XIXв.) Под рсд С. Бушуева и Р. Магомедова Махачкала, 1940 - Т 3 41 - С 4.

1 Рук. Фонд ИИАЭДНЦ РАН.-Ф.1.-ЩП.1-Д.115.-Л.1.

2 Там же. - Л.6.

3 Фадеев Р.А. Шестьдесят лет Кавказской войны. - Тифлис, 1860. - С. 15.

4 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Тифлис, 1901. - Т. 1. - С.4.

5 Тамже.-С.б.

6 Рамазанов X. X., Шихсаидов А. Р. Очесрки исории Южного Дагестана. - Махачкала, 1964. - С. 198.

1 Нахшунов И. Р. Экономические последствия присоединения Дагестана России. - Махачкала. - 1956. С; 33.

2 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Т.1. - С.5.

3 Джахиев Г А Указ соч. - С. 15.

- 84 -

4 Очерки истории Дагестана - Махачкала, 1957. -T.I.-С. 183

5 История Дагестана - М, 1968 - Т. 2. - С. 14.

6 МИДЧ-С^.

1 Бакиханов А. Гюлистан-и-Ирам.-Баку, 1991.-С.183. 2MИДЧ...-C.73..

3 MИДЧ-C.71

1 Фадеев А.В Россия и Кавказ в первой трети XIX века. - М., 1960. - С. 63.

2 Фадеев А.В. Указ.соч. - 65.

3 Там же - С. 281

1 MИДЧ...-C.100.

2 Бакиханов А.К. Гюлистан-и-Ирам. - С. 184.

3 Эсадзе С. Историческая записка об управлении Кавказом. - Тифлис, 1907.-Т.2.-С.ЗО.

4 Рук. фонд ИИЯЛ ДНЦ РАН. - Ф 1. - On.l.-Д .97. - С.5-6.

- 85 -

1 Бутков П.Г Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 г. СПб. 1869.Ч.П.-С.579.

2 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Т.Ш.-С.248.

3 Там же. - С. 249.

4 Гасанов М.Р. Очерки истории Табасарана. - С.249.

5 Джихаев Г.А. Россия и Дагестан… - С. 38.

6 Утверждение русского владычества... - Т.3. - 4.1. - С.394. "МИДЧ.... -С.91.

1 MИДЧ...-C.91.

2 Клапрот М Историческая, географическая, и политическая картина Кавказа и соседних провинций между

Россией и Персией - Париж, 1827 г // Рук фонд ИИАЭ ДНЦ РАН - Ф. 1 - Оп. 1 Д. 76. - С. 37.

3 Магомедов Н.А. Указ. Слч - С. 99.

4 Бутков П. Г. Указ. соч. Ч.П.-С.587.

5 Утверждение русского владычества на Кавказе - Т. 1. - С. 260.

- 86 -

1 Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. - СПб. 1886.-Т.4.-С. 13.

2 Бакиханов А. Указ.соч. - С 194.

3 Бакиханов А. Указ.соч - С 193.

4 Утверждение русского владычества на Кавказе - Т.2 - С 320

1 Джахиев Г А Россия и Дагестан в начале XIX века - С 57

2 Алкадари Г -Э Асари Дагестан - Махачкала, 1994 - С 122-123 Бакиханов А. Указ.соч - С 193.

3 Утверждение русского владычества на Кавказе - Т.2 - С 323.

1 Русско-дагестанские отношения в XVIII - нач. XIX в.- Сборник документов. М., 1988. - С.291.

2 Алкадари Г -Э. Указ соч - С.209, Джахиев Г.А Россия и Дагестан. - С.52.

3 Джахиев Г.А Северный Кавказ во внешней политики России, Ирана и Турции в начальный период движения горцев. // Народно-освободительное движение горцев Дагестана и Чечни в

- 87 -

20-50 гг XIX в. – Махачкала, 1994 - С. 62. (Далее - НОДГДЧ).

1 Утверждение русского владычества на Кавказе. Тифлис, 1902. Т.2.-С.213..

2 Там же - С. 214.

3 Там же - С. 221.

1Утверждение русского владычества на Кавказе. Тифлис, 1902. Т.2.-С.213. 1 Утверждение русского владычества на Кавказе. Тифлис, 1902. Т.2.-С.213.

2 Алкадари Г -Э Указ. соч - С. 123.

3 Шахмардан-бек управлял Кюрой После смерти у него осталось 5 сыновей: Таир-бек, Омар-бек, Аслан-бек, Гасан-бек и Фет-Али-бек. Двое старших были чанки и поэтому не имели право на управление Кюрой. Такое право должно было перейти к Аслан-беку. Но Сурхай-хан, воспользовавшись смертью Фет-Али-хана, овладел Кюрой и присоединил ее к казикумуху.

- 88 -

4 Алкадари Г.-Э. Указ. Соч. - С. 123, История Дагестана. - М., 1968. - Т.2. -С.68.

1 ССКГ. - Тифлис, 1869. - Т.2. - С. 19.

2 ССКГ. - Тифлис, 1869. - Т.2. - С. 20

3 Русско-дагестанские отношения в XVIII - нач XIX в Сборник документов -М,1988 -С.293.

4 Там же-С. 295.

1 Османов Г.Г О социальном строе Дагестана в конце XVIII - начале XIX вв // Уч. зап. ИИЯЛ. Даг.ФАН СССР. - Т. VII. - Махачкала, 1959. - С 136.

2 Богуславский Л. История Ашперонского полка. - СПб, 1892. - T.I. - С.489.

3 Фадеев Р. Указ соч. - С. 15.

4 Романовский Д.И. Кавказ и Кавказская война. - СПб, 1860. - С 29.

1 Там же. - С 30.

2 Там же. -С 33.

3 Смирнов Н.А. Политика России на Кавказе в ХУ1-Х1Х веках. - М., 1958. -С. 186.

4 МИДЧ - Т Ш 41 (1801-1839)-С 8.

- 89 -

5 Рамазанов Х.Х. Одержавший победу в битве за умы и сердца людей. // Дагестанская правда. - 31 октября 1996.

1 Казем-бек. Мюридизм и Шамиль. - Махачкала, 1990. - С.206.

2 МИДЧ.-С. 8.

3 Рамазанов X. Х.,Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. - Махачкала. 1964. - С. 200.

4 Фадеев Р. А. Указ соч - С 19.

1 Экштут С., Алексей Ермолов //Родина -1994 -№3-4 -С.31.

2 Рук. фонд ИИАЭ ДНЦ РАН - Ф I.- On I - Д.464. - С 6.

3 Богуславский Л. Указ. соч. - Т 1 - С 346.

4 Геворкьян Д. П. Указ. соч. - С 19.

5 Движение горцев Северо-восточного Кавказа в 20-50-х гг XIX в Сборник документов - Махачкала, 1959 - С 28. (Далее ДГСВК).

1 Рук. фонд ИИАЭ ДНЦ РАН. - Ф.1.-0п.1. - Д.464.- С.6.

2 Богуславский Л Указ соч. - Т I - С 346.

- 90 -

3.Смирнов Н А Политика России на Кавказе в XVI - XIXвв.. - М, 1958. -С. 181 1 Магомедов Р. М. Общественно-экономический и политический строй Дагестана в XVIII - начале XIX веков - Махачкала. 1957 - С 294.

2 Гасанов М. Р. Из истории Табасарана - Махачкала, 1978 - С 43.

3 Там же -С. 45.

1 Фадеев А В. Указ соч - С 303. 2 Смирнов Н.А. Указ. соч. - С 183.

3 АКАК. - Тифлис, 1878. - С 53.

4 Рамазанов Х.Х. Колониальная политика царизма в Дагестане в первой половине XIX века. // О движении горцев под руководством Шамиля. Материалы сессии Дагестанского филиала Академии наук СССР. 4-7 октября 1956 г. - Махачкала, 1957.-С. 138.

- 91 -

1 Гасанов М.Р. К вопросу об у участии жителей Табасарана в борьбе против царизма в первой половине XIX в // Газимухаммед и начальный этап антифеодальной и антиколониальной борьбы народов Дагестана и Чечни – Махачкала, 1997 – С.121.

2Рамазанов X. Х.,Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. - Мхачкала. 1964. - С. 202.

1 Эсадзе С. Историческая записка об управления Кавказом. – Тифлис, 190» - Т.2.. С 34.

2 Фадеев А.В. Указ. Соч. – С. 306.

3 Эсадзе С. Историческая записка. – Т.2.. С 34.

1 Рамазанов Х Х , Рамазанов А. X. Мухаммад Ярагский - идейный вождь освободительной борьбы народов Кавказа - Махачкала, 1996 - С 26.

2 Рамазанов X. X. Колониальная политика царизма в Дагестане в первой половине XIX века. // О движении горцев под руководством Шамиля. Материалы

- 92 -

сессии Дагестанского филиала Академии наук СССР. 4-7 октября 1956 г. - Махачкала, 1957. - С 144-145.

1 ДГСВК - С.29.

2 Рук. Фонд ИИАЭДНЦ РАН -Ф1 - Оп 1 -Д. 115 - С 44.

1 Дубровин Н История войны и владычества русских на Кавказе - Т 6.-С 369.

2 Там же - С. 370-371.

3 Утверждение русского владычества на Кавказе - Т 3 - 4.1. С 437.

4 МИДЧ-С.154 1 Дубровин Н. История войны и владычества русских на Кавказе. - Т.6. -С.381.

2 Записки Ермолова А.П. 1798-1826. -М, 1991. -С.341.

1 Гизетта А.А. Хроника кавказских войск. В двух частях. - Тифлис. 1896 -С 61 -62.

2 ССКГ. - Тифлис, 1869. - Т.2. - С.24.

3 МИДЧ… С. 121

4 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Т.3. - 4.1. - С.481-482.

- 93 -

1 Дубровин Н. История войны и владычества русских на Кавказе. - Т.6. -С.439.

2 ССКГ. - Тифлис, 1869. - Т.2 - С.27.

3 Османов Г. Г. О социальном строе Дагестана в конце XVIII - начале XIX вв. // Уч. зап. ИИЯЛ Даг.ФАН СССР. - Махачкала, 1959 - Т. VII. - С. 136

1 АКАК. - Тифлис, 1875. - Т.6. - 4.2. - С.44.

2 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Т.3. - 4.1. - С.500.

3 АКАК - Тифлис, 1874 - Т 6 Ч 1 - С 22.

4 Записки Ермолова А П 1798-1826 гг. -М, 1991 - С 279.

1 АКАК -Тифлис, 1878 -Т 7 -С 512.

2 АКАК -Тифлис, 1875 -Т 6 -42 - С 762-763.

3 Богуславский Л. Указ. соч. - Т 1 - С. 477.

4 Там же. - С. 488.

1 Рамазанов X. X., Шихсаидов А. Р. Очерки истории ЮД. Махачкала, 1964 г.

1 Алкадари Г.-Э Указ..соч. - С. 135.

- 94 -

2 Гасанов М.Р К вопросу об участии жителей Табасарана в борьбе против царизма в первой половине XIX в. // Газимухаммед и начальный этап антифеодальной и антиколониальной борьбы народов Дагестана и Чечни. -Махачкала, 1997 -С 120-121.

3 Рамазанов X. X., Рамазанов А. X. Шамиль. Исторический портрет. - Махачкала, 1990 - С 66.

4 Колониальная политика российского царизма в Азербайджане.1827-1843 гг. -М-Л., 1936. 4.1-С 327

5 Утверждение русского владычесвтва на Кавказе.- Т.3. - Ч. 1. - С.396.

1 Cyмбaтзaдe А.С. Кубинское восстание 1837 г. - Баку, 1961. - С.43.

2 Ихилов М. Народности лезгинской группы. - Махачкала, 1967. - С. 76.

3 Агаев А. Г. Магомед Ярагский.- Махачкала, 1996.-С. 168-169.

4 Сумбатзаде А. С. Указ соч. - С. 60.

1 История Азербайджана. - Баку, 1960. - Т.2.- С.83.

- 95 -

2 Юров. А. Три года на Кавказе. 1837-1839 гг. // КС. - Тифлис, 1884. - Т.8- С.103-104.

3 Утверждение русского владычества на Кавказе. - Т. 12. - С.329.

4 Сумбатзаде А С Указ соч - С.69.

1 Там же - С. 73.

2 Юров А. Указ. соч.//КС.-Т.8.-С.108-109.

3 Сумбатзаде А. С. Указ соч. - С. 111.

4 Десимон А.Ф. Исторические сведения о Самурском округе. 1839 г. // ИГЭД... - С.366.

1 Сумбатзаде А.С. Указ.соч. - С.76.

2 Дубровин Н.Ф. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. - СПб, 1896.-С.99

3 Юров А. Указ. соч. // КС. - Т.8. - С. 113. ''Тамже.-С. 115.

4 Там же. – С. 115.

5 Сумбатзаде А. С. Указ. соч. - С.84.

1 Магомедов М.Б. Антифеодальная и антиколониальная борьба горцев Дагестана и Чечни в 20-50-х годах XIX века. /по материалам основных

- 96 -

сражений/: Автореферат дне . канд. ист. наук. - Махачкала, 1998. -С.27.

2 Добролюбов Н.А. О значении наших последних подвигов на Кавказе. - М., - 1962.-Т.5.-С.437.

3 Юров А. Указ.соч. // КС. - Т.8. - С. 116-117.

4 Сумбатзаде А. С. Указ. соч. - С.87.

5 Сумбатзаде А. С. Указ. соч. - С.99-100.

1 АКАК. - Тифлис, 1884 - Т 9. - С 322.

2 Богуславский Л. Указ. соч. - Т.1. - С.477.

1 Богуславский Л. Указ. соч. - Т.1. - С.477. 2 Там же. - С. 479.

3 АКАК. - Тифлис, 1884, - Т.0 - С 215.

1 Эсадзе С. Историческая записка об управлении Кавказом - Тифлис, 1907. - Т 2 -С. 39-40.

2 Богуславский Л. Указ соч - Т 1 - С 488.

1 АКАК. - Тифлис 1884. - Т 9 - С 222.

2 Там же.-С. 229.

3 Богуславский Л Указ соч. - Т 1. - С.489.

4 АКАК. - Тифлис, 1884. - Т.9. - С.232

- 97-

1 Богуславский Л Указ.соч.-Т. 1 - С.488.

2 АКАК. - Тифлис, 1884 - Т 9 - С 284.

1 Юров А. Указ. Соч. // КС. -Тифлис, 1885. - Т.9 - С.99-100.

2 Юров А. Указ. Соч. // КС. -Тифлис, 1885. - Т.9 - С.96.

3 Дубровин Н. Ф. обзор войн России от Петра Великого. - С. 122.

4 Рук. фонд ИИАЭ ДНЦ РАН. - Ф. 1. - Оп.1. - Д.115. - С.21.

1 ИГЭД...-С.367.

2 Юров А Указ.соч //КС - Тифлис, 1885. - Т.9 - С. 103.

1 Народно-освободительное движение горцев Дагестана и Чечни в 20-50-х годах XIX в -Мах-ла, 1994. - С.207-208.

2 АКАК - Тифлис, 1885 -Т 10 - С.329.

3 Дубровин Н.Ф. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. – СПБ, 1896. – С. 264

4АКАК - Тифлис, 1885 -Т 10 - С.300.

5 ЦГА РД - Ф.133 - Оп. 4 – Д.5 –С. 5.

6 АКАК. -Тифлис, 1885. -Т. 10. - С.329.

- 98 -

1 Богуславский Л. Указ. соч.-Т.2.- С.203.

2 АКАК. -Тифлис, 1885. -Т. 10. - С.903.

3 АйтберовТ.Эпиграфические памятники. //Лезгистан. - № 3-4, -1993. С.69.

4Рук.фовд ИИАЭ ДНЦ РАН.- Ф. 1.- On. 1. - Д.464. - С.36.

1 АКАК - Тифлис, 1884. - Т 9. - С.392.

2Гасанов М. Р. К вопросу об участии жителей Табасарана в борьбе против царизма в первой половине XIX века // Газимухаммед и начальный этап антифеодальной и антиколониальной борьбы народов Дагестанаи Чечни. - Махачкала, 1997. - С. 123.

1 Дубровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. - СПб, 1896. - С. 204.

2 Мухаммед-Тахир аль-Карахи.Блеск дагестанскихсабельвнекоторых шами-левских битвах.Мах-ла, 1990.- С. 15. 3 Гасанов М. Р. Табасаран в периодборьбы горцев в 20-50-х гг.

- 99 -

против царизма. - Махачкала, 1997. - С.20-21.

1 Ковалевский П. И. Кавказ. - СПб, 1915. - Т. 2. - С. 242.

2 Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 г. (Ена Кавказе). -СПб, 1873.- С. 6.

3 Дубровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого... - С. 263.

4 Зиссерман А. Л. Двадцать пять лет на Кавказе (1842-1867). - Ч. 1. - С. 304.

1 Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 году (На Кавказе) СПб,1873.- С.8.

2 Ризванов Р. Дело имама Шамиля. - Махачкала, 1992. - С. 134.

3 Гаджи-Али. Указ. соч. - С. 42.

1 АКАК. - Тифлис, 1885. - Т. 10. - С. 488.

2 Богуславский Л. Указ.соч.-Т.2.- С. 190.

3 АКАК. - Тифжс, 1885. - Т. 10. - С. 488.

4 Волконский Н. А. Трехлетие на лезгинской кордонной линии. (1847-1849) // КС.-Тифлис, 1885 - Т.9. - С.292.

5 Идрисов М. М. Указ. соч. - С. 87.

6 Мухаммед-Тахир аль-Карахи.Блеск дагестанских сабель в некоторых

- 100 -

шамилевских битвах. -Мах-ла, 1990.-С.45

7 Мухаммед-Тахир. Три имама. - Махачкала, 1990. - С. 92.

1 Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 году (На Кавказе)СПб,1873.- С. 6.

2 Геничутлинский X. Указ. соч. - С. 97.

3 Добровольский-Евдокимов. Из Кавказской жизни, 1848-й год в Дагестане // КС. - Тифлис, 1882. - Т. 6.-С. 713-714

4 Гаджи-Али. Сказание очевидца о Шамиле. - Махачкала, 1990. - С. 42.

5 Дубровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. - СПб, 1896. - С. 264.

6 АКАК. - Тифлис, 1885. - Т. 10. - С. 490.

1 Дубровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. - С. 264.

2 Ковалевский П. И. Указ. соч. - С. 242.

3 Зиссерман А.Л. Указ. Соч. С. 303.

4 Мухаммед-Тахир аль-Карахи. Бдеск дагестанских сабель в некоторых шами-левских битвах.Мах-ла,1990. С. 45.

1 Там же. -С. 45.

- 101 -

2 Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 г. (На Кавказе). - С. 12.

3 Геничутлинский X. Указ. соч. - С. 98.

4 Мужественная защита укрепления Ахты в 1848 г. (На Кавказе). - С. 16.

5 Там же. - С. 267.

1 Там же. - С. 694.

2 Богуславский Л. Указ.соч.-Т. 2.- С. 192.

3 Добровольский-Евдокимов. Указ. соч. // КС. - Тифлис, 1882. - Т. 6. - С. 688.

4 Добровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого... - С. 267.

1 Описание осады укрепления Ахты в 1848 г. СПб, 1850. - С. 19.

2 Добровский-Евдокимов. Указ. соч. // КС. - Тифлис, 1882. - Т. 6. - С. 701.

3 Там же. - С. 702.

4 Богуславский Л. Указ. соч. - С. 191-192.

1 Добровольский-Евдокимов. Указ. соч. // КС. - Тифлис, 1882. - Т. 6. - С. 707.

2 Описание осады укрепления Ахты в 1848 г. - СПб, 1850. - С. 33-34.

3 Богуславский Л. Указ. соч. СПб, 1892. - Т. 2. - С. 192.

- 102 -

4 Гаджи-Али. Указ. соч. - С. 43.

5 Дубровин Н. Ф. Обзор войн России от Петра Великого... - С. 270.

1 АКАК. - Тифлис, 1885. - Т. 10. - С. 492.

2 Зиссерман А. Л. Указ. соч. - С. 304-305.

26.09.2012