Мне часто приходится сталкиваться с мнением, что русский язык сейчас находится в большой опасности от того, что в нашу речь проникает всё больше и больше иностранных слов, в частности англицизмов, которые засоряют русский язык и обесценивают нашу родную лексику. И что это катастрофа нашей современной культуры. Так ли это?
Например, я столкнулся с этим, когда употребил слово "кайтеринг", означающую сервис по приготовлению еды и доставки её к нужному месту. Например, кайтерингом пользуются многие авиакомпании, которые заказывают у таких фирм еду, которую те готовят и привозят перед вылетом. В русском языке нет одного слова, которым можно обозначить такой вид бизнеса. Поэтому к нам оно попало из той страны, откуда и попал кайтеринг. И это вполне естественно: заимствовать слово из языка, в котором оно возникло.
Мы часто употребляем слова в повседневной жизни, даже не осознавая того, что они заимствованы, так как заимствования произошли давно, много поколений назад. Был смешной случай, когда меня упрекнули в использовании слова "сэндвич", сказав, что для этого имеется русское слово "бутерброд" 😁
На самом деле, даже если пробежаться по написанному мной выше, можно вычленить довольно большое количество иностранных слов, которые довольно непросто заменить на исконно русские: "лексика", "катастрофа", "культура", "сервис", "авиакомпания", "фирма", "бизнес".
И не нужно заблуждаться по поводу того, что наш язык подвергается намеренной экспансии со стороны британцев или американцев. Это естественный процесс, так как культура и экономика стран, говорящих на этом языке, сейчас является лидирующей в мире. Стоит ли удивляться, что именно в английском языке сейчас возникают новые понятия в сфере экономики?
Более того, русский язык уже не раз переживал подобные "интервенции" со стороны других языков. Когда Франция была центром мировой культуры, то она являлась поставщиком новых слов и понятий. Нас же не коробят в русском языке слова "балет", "желе", "гардероб", "брюнет" и т.д.
Когда Германия обнаруживала техническое и культурное превосходство, новые слова и понятия попадали в другие языки из немецкого. Такие привычные нам слова, как "картофель", "галстук", "шляпа", "томат", "бухгалтер", "курорт" и многие другие. Я уже не говорю о технической терминологии, где почти все слова немецкие: штангенциркуль, рейсфедер, шпилька и даже верстак.
Вы когда-нибудь слышали, как говорят узбеки или армяне? Когда идёт поток непонятных слов, а потом улавливаешь отдельные слова вроде "телевизор" или "телефон". И кажется, будто человек не знает, как это слово звучит на его родном языке и заменяет его русским. На самом же деле просто в его языке это слово также заимствовано, как и в нашем. И любой англичанин, немец и франзуц будут воспринимать так же русский язык, улавливая общие слова.
Вполне возможно, что уже наши дети также будут сетовать на многочисленные заимствования из китайского, если эта культура станет впереди мирового прогресса (а всё к тому и идёт).
Заимствование – вещь неизбежная. Она всегда была и будет, если только страна не живёт в полной изоляции. И это не проблема исключительно русского языка. Это, вообще, не проблема.
Если вас утешит, то вот как обстоят дела в английском: в античности в Западном мире доминировала эллинская культура. В этот период все научные труды писались на древнегреческом. Потом возвысился Рим, и стала доминировать романская культура, которая заимствовала имеющиеся понятия у греков, но новые вводила уже сама. В тёмные века латынь оставалась языком немногочисленных учёных, а также послужила базой для части европейских языков, в частности итальянского, испанского и французского. В это время германские племена англов, саксов и ютов, перекочевали на Британские острова (в пятом веке). Так как народ это был примитивный, то все сложные понятия позаимствовали у осколков Римской империи, таким образом, впитав в себя пласт латинских слов и через латынь – греческих. Через пять веков англо-саксов победили норманы в битве при Гастингсе (1066 г) и на долгое время нормандский (т.е. по сути французский) язык стал языком культуры и знати на туманном Альбионе.
На сегодняшний момент, английский язык включает в себя по меньшей мере 10 000 слов латинского, греческого, французского происхождения, но также есть и русские заимствования, и немецкие, и итальянские, и испанские, но в меньшей степени.
Что нужно понимать: заимствование (что проистекает из смысла слова) происходит тогда, когда в исходном языке нет нужного термина. Поэтому оно всегда обогощает язык, а не загрязняет его. Если брать исконную древнерусскую лексику, то нужно понимать, что быт при Ярославе Мудром существенно отличался от нашего и большей части предметов и понятий просто не существовало, поэтому и не может быть исконно русского аналога словам "компьютер", "джаз" и "галстук". Этих понятий просто не было на Древней Руси. И наш язык обогатился за счёт заимствований, введя эти понятия.
Бывают, правда, случаи, когда исконно русское слово есть, но в язык всё равно попадает заимствование. Например, слово "киллер". Но нужно понимать, что язык не терпит полных синонимов, поэтому в таком случае заимствование всегда приобретает дополнительный смысловой оттенок. Так слово "киллер" не используется у нас общем значении "убийца", а исключительно в контексте "наёмный убийца".
Подытожу: нет ничего патриотичного, чтобы отрицать новые слова и понятия, которые сейчас попадают к нам из иностранных языков, это лишь простое следствие того, что эти слова и понятия первыми возникают в других странах. Настоящий патриотизм в том, чтобы работать над достижением такого уровня науки и культуры, чтобы наша страна стала новатором и источником новых терминов и понятий. Тогда естественным образом начнётся процесс экспорта наших слов в чужие языки.