Наше море Ладога. Это не просто озеро, не просто один из самых крупнейших на нашей планете пресных водоемов. Это еще и место подвигов нашего народа. Место, где проявлялись его самые лучшие качества: смелость, отвага, любовь к Родине. Не исключением была и Великая Отечественная война. Война, в которой в очередной раз объединенная, на этот раз фашистской идеей, Европа пыталась уничтожить нашу страну. Война, в которой Ладожскому озеру суждено было стать «Дорогой жизни». Единственной ниточкой, соединявшей блокированный, но не сломленный и не побежденный Ленинград с большой, сражающейся страной. И на этой тоненькой ниточке «дороги жизни» были свои «узелки» - места славы, точки силы. А как еще назовёшь маленький, всего 60 на 90 метров, каменистый остров Сухо, расположенный в 19 км от южного берега Ладоги и в 37 км от главной базы Ладожской военной флотилии - Новой Ладоги.
В этом году исполняется 80 лет с того дня, когда советские моряки стали стеной на защите этого маленького каменистого острова и большой «Дороги жизни».
«Много лет прошло с тех пор, но и сейчас ещё можно встретиться с заблуждением, что Дорога жизни проходила только по льду, что только одной ледовой трассе Ленинград обязан своим спасением от голода. Это неверно.
Дорога Жизни - это единая коммуникация, включающая в себя водную, ледовую, воздушную трассы через Ладожское озеро, а также автомобильные и железные дороги, связывающие Ленинград с Ладогой, а Ладогу – со всей страной. За весь период блокады Ленинграда через Ладогу было перевезено в обоих направлениях 1 848 645 человек и 2 335 051 тонна грузов. Из всего этого количества на ледовую трассу приходится 736 145 человек и 645 965 тонн грузов, а на водную трассу 1 112 500 человек и 1 689 086 тонн грузов» - эти строки из книги командующего Ладожской военной флотилии вице-адмирала Черокова В.С. «Для тебя, Ленинград!» изданной в 1978 г.
Работа ладожской «Дороги жизни» стала неожиданностью для противника. Враг считал, что со взятием Шлиссельбурга участь Ленинграда была предрешена. Зима 1941–1942 годов показала, что КА, Ладожская военная флотилия справились с задачей обеспечения блокированного города. Ленинград продолжал сражаться. К маю 1942 г. озеро вскрылось, и «Дорога жизни» продолжила функционировать, но уже по воде на судах, которые продолжили обеспечивать сражающийся город оружием, боеприпасами, провиантом, спасали жителей Ленинграда.
Немецкое верховное командование предполагало уничтожить все перевозки по Ладоге и полностью блокировать Ленинград. Гитлера беспокоила возможность эвакуации из города его защитников и населения. 26 мая в военном дневнике Верховного командования вермахта записано: «Поскольку 2,5-миллионное население Ленинграда может быть эвакуировано примерно за 10 недель, фюрер приказал бороться с эвакуацией любыми средствами, чтобы не допустить улучшения ситуации с продовольствием в Ленинграде и связанного с этим повышения обороноспособности...».
Однако флот Финляндии, существовавший на Ладожском озере, был малочислен и маломощен и с задачей уничтожения ладожских коммуникаций справиться бы не смог. В результате Германией и ее союзниками было принято решение о усилении корабельного состава на озере.
Корабли стали прибывать на Ладогу уже с начала июня 1942 г. Это была 12-я флотилия итальянских торпедных катеров капитана 2-го ранга Д. Бьянчини из Специи (Италия) в составе MAS-526, MAS-527, MAS-528 и MAS-529 (1939 года постройки). И немецкий отряд «С», состоявший из новеньких быстроходных катеров-заградителей типа «КМ-1» из состава 31-й флотилии тральщиков (четыре катера). Немецкие катера шли по Балтике своим ходом. Итальянские катера сначала перевозились по суше на трейлерах, а в Штеттине были погружены на транспорт «Тильбек». В Финляндии и те, и другие грузились на железнодорожные платформы и перевозились в Лахденпохья. В самом конце мая 1942 г. было решено перебросить на Ладогу предназначенные для переправы немецких войск через Ла-Манш группу разборных десантных паромов-катамаранов типа «Зибель» (SF 40/41) немецких ВВС. К 15 июля 1942 г. пароходом из Таллинна в Хельсинки и далее по железной дороге в Лахденпохья было доставлено первых 15 паромов. В дальнейшем их число достигло 30. Группой паромов с личным составом около 2400 человек возглавил лично их создатель немецкий подполковник Фриц Зибель.
Катера MAS водоизмещение - 20 т, двигатель - 2000 л.с., скорость - 47 узлов, 2 торпедных аппарата, 20-мм пулемет, 6 глубинных бомб, дымоаппаратура. Немецкие быстроходные катера-заградители типа КМ-1 строились фирмой «Нордбьерг и Ведель» в Копенгагене, имели полное водоизмещение до 19 т, со скоростью до 32 узлов. Имели на вооружении 15-мм автоматом в закрытой турели и 7,92-мм пулемётом, несли четыре донных неконтактных мины TBM.
Десантные паромы типа «Зибель» водоизмещением 144 т, длиной - 30 м представляли из себя катамараны, состоящие из двух понтонов, соединенных широким помостом с бронированными надстройками. Вооружение тяжелых паромов состояло из трех 88-мм орудий и двух 20-мм многоствольных зенитных пулеметов, легких - из одной 37-мм пушки и двух 20-мм многоствольных зенитных пулеметов. Транспортные, санитарные и штабные десантные баржи вооружались одной 37-мм пушкой. Два бензиновых двигателя обеспечивали скорость до 10 узлов. Осадка паромов составляла не более 1 метра.
Все эти катера вошли в специально созданный отряд «К» под руководством финского капитана 3-го ранга К. Кияйнена. Кроме немецких и итальянских кораблей, у финнов здесь имелся торпедный катер «Сису», 12 катеров-тральщиков и несколько небольших мобилизованных судов. 24 июня отряд «К» был передан в оперативное подчинение полковника Ярвинена, начальника финской Ладожской бригады береговой обороны. К началу августа 1942 г. объединенная немецко-итало-финская флотилия имела в своем составе 7 тяжелых, 6 легких и 8 специальных десантных барж, 8 десантных катеров, 6 сторожевых катеров, финский торпедный катер, 60 катеров связи, канонерскую лодку и 4 итальянских торпедных катера MAS.
Первоначально основной базой немецко-итальянской флотилии стал город Лахденпохья, передовые вспомогательные базы организовали в устье реки Тайпален-йоки и в Онтроилан-лахти. Затем катера-заградители на некоторое время перевели в Сортавалу, а с начала августа все корабли сосредоточились в бухте Сортанлахти. 4 сентября после мощного налёта советской авиации первая полуфлотилия паромов была передислоцирована в Тайвалахти (ныне - Ровное), а вторая - в Кякисалми.
В конце августа 1942 г. Гитлер приказывает усилить блокаду Ленинграда, «отрезав» его от Ладоги и тем самым, нарушить функционирование «Дороги Жизни». Для реализации приказа фюрера, командование группы армий «Север» разработало операцию по ликвидации «Дороги жизни», уничтожению маяка и гарнизона о. Сухо и расположенной там радиостанции. Операция получила кодовое название «Бразиль».
До середины лета 1942 г. никакого гарнизона на о. Сухо не имелось. Искусственный каменный островок с маяком был слишком мал, чтобы иметь какое-то военное значение. В 1941 г. на острове оборудовали наблюдательный пост, установили радиостанцию. Укрепление острова началось лишь после того, как командование Ладожской военной флотилии (ЛВФ) получило сообщение об усилении вражеских морских сил на Ладоге и о подготовке немцами наступательных операций. На острове разместили отдельную батарею №473 Осиновецкой ВМБ - три 100-мм морских орудия Б-24БМ.
«Этому острову мы придаем большое значение, – сообщал в своих мемуарах «Для тебя, Ленинград!» вице-адмирал Чероков В.С. – Он прикрывает вход в Волховскую губу, вблизи него пролегает наша большая трасса, для которой маяк на Сухо служит главным ориентиром. В штабе сложилась уверенность: если гитлеровцы решатся высаживать десанты, то прежде всего выберут остров Сухо».
Батарея ставилась как временная, на деревянных брусчатых основаниях. Работы на острове начались в июле, к 1 сентября были возведены три орудийных дворика, а к 1 октября – оборудованы три ниши для снарядов на 80 выстрелов каждая, землянка на 36 человек, установлены зенитные пулемёты. Кроме того, была возведена дальномерная вышка – бревенчатый каркас высотой 4 м, с трёхметровым морским дальномером. Началось строительство запасного командного пункта батареи и двух орудийных погребов на 240 выстрелов каждый. Все сооружения возводились деревянными. Работы вёл взвод строительного батальона Ново-Ладожского участка строительства №55 инженерного отдела КБФ, которым, с 15 августа, руководил военинженер 3-го ранга Мельницкий В.С. К концу октября, строительный взвод (30–40 человек) оставался на острове, составляя около половины его гарнизона. Кроме него, здесь находился личный состав батареи под командованием старшего лейтенанта Гусева И. К., маячная команда, радисты и персонал наблюдательного поста. Всего, на 22 октября, на острове находилось около 90 человек.
Участившееся появление вражеских катеров в районе маяка на о. Сухо заставило усилить оборону острова. Еще с декабря 1941 г. здесь постоянно находились в дозоре 2–3 корабля которые держали постоянную радиосвязь со штабом флотилии и с гарнизоном о. Сухо.
Приказ на проведение операции «Бразиль» - диверсионной высадки на о. Сухо был отдан 6 октября.
Первая попытка нападения на о. Сухо началась в ночь на 9 октября. Флотилия в составе 20 паромов (в том числе 12 боевых) совместно с отрядом катеров-заградителей вышла в озеро, но по дороге паромы потеряли ориентировку и были вынуждены вернуться назад. На обратном пути немцы встретили у острова Коневец два «малых охотника» (звено старшего лейтенанта Миклашевского А.С.) и потопили МО-175, подняв из воды и взяв в плен девять человек его команды. Как описывалось в отчёте немецкого флотского командования, «сторожевой катер №175 был с расстояния 7 км накрыт и подожжён первыми же залпами, лишившись возможности маневрировать». Этот бой оказался единственным успехом немецких кораблей на Ладоге.
Вторая попытка имела место в ночь на 13 октября. Для начала руководство флотилии… забыло на берегу навигационные карты. В итоге около половины второго ночи (по местному времени) операция была прекращена «из-за навигационной неопределённости».
Третья попытка высадки на о. Сухо началась с выхода паромов из баз в 16 часов 21 октября. Немецкая флотилия состояла из двух частей и выходила из разных мест: первая боевая группа вышла в 17.30 из Тайвалахти (ныне – Ровное), вторая группа – в 17.15 из Кякисалми. Встретиться они должны были в 12 кабельтовых западнее о. Верккосаари. В озеро вышли 11 артиллерийских паромов типа «Зибель» - 7 тяжёлых (№№ 11, 13, 15, 17, 21, 23 и 25) и 4 лёгких (№№ 12, 14, 22 и 26). Здесь же были и три транспортных парома Т-2, Т-4 и Т-6 с десантом (около 70 человек), штабной и госпитальный паромы, а также семь десантно-штурмовых катеров, из которых, пять были выделены для перевозки десанта.
Непосредственное командование операцией осуществлял подполковник Вахтель, находившийся на штабном пароме. Остальное немецкое руководство (подполковник Зибель от ВВС и командир группы «Норд» от ВМС) оставалось в Сортанлахти. Около 21 часа, недалеко от острова Коневец, к немецким кораблям присоединился итальянский торпедный катер MAS-508.
«В третьей декаде октября ночи на Ладожском озере длится дольше 14 часов. Противник избрал безлунную ночь с 21 на 22 октября для скрытого перехода своего маневренного отряда, выделенного для нанесения удара по нашим коммуникациям и высадки десанта на остров Сухо…
…На пути от базы Сортонлахти до Волховской губы, пересекая по диагонали все Ладожское озеро, отряд соблюдал полное радиомолчание. Сплошная низкая облачность над всем озером, частые шквалы с дождем и снежными зарядами способствовали тому, что противник на рассвете внезапно появился у острова Сухо» вспоминал на страницах своей книги «Линкоры Ладоги» капитан 1 ранга Озаровский Н.Ю. в то время командир отряда канонерских лодок ЛВФ.
По удивительному совпадению, на Ладожской флотилии только что закончились штабные учения по теме «Отражение десанта противника на западное побережье Ладожского озера». Учения проводились с 13 часов 21 октября и закончились в 6 часов утра 22 октября (за час до вражеской атаки).
Финская версия нападения на о. Сухо сохранилась в выписках из боевых журналов: «О боевых действиях в южной Ладоге 22.10.... Отряд в составе 23 различных паромов, охранение которого обеспечивали три катера MAS, совершил набег на остров Сухо, находясь непрерывно с 6.14 до 15.00 в бою с морскими и воздушными силами противника, а также с береговой обороной Сухо. Во время боевых действий была направлена штурмовая группа на Сухо, личный состав которого был большей частью уничтожен в ближнем бою. С Сухо забрали 5 пленных. В две канлодки имелись попадания, из атакующих самолетов противника сбито в общей сложности 20, из которых на долю Le.R 3 приходится 4 самолета. Наши потери личного состава насчитывают 18 убитых, а также 22 тяжело- и 21 легкораненых. В ходе боевых действий было утрачено 2 легких и 2 тяжелых парома, а также один десантный катер. Из них один легкий паром в связи с высадкой десанта получил прямое попадание, вызвавшее наибольшие потери личного состава. Остальные паромы пришлось по причине их посадки на камни либо по другим причинам подорвать самим».
За этим обтекаемым описанием скрывается признание о крахе операции «Бразиль» или как минимум ее неуспешности – поставленная задача не была выполнена. А цифра потерь советской авиации в 20 самолетов вызывает обоснованные сомнения.
Флотилии противника удалось скрытно подойти к о. Сухо. 22 октября около 7 часов утра сигнальщики о. Сухо на дистанции в 30 кбт (5500 м) обнаружили вражеские корабли. Почти одновременно немцы открыли огонь из 88-мм пушек и вывели из строя радиостанцию острова, лишив его гарнизон связи с командованием. На маячной башне был разрушен фонарь и вспыхнул баллон с ацетиленом – пламя было видно далеко и выглядело эффектно, однако серьёзного ущерба маяку не причинило. Всего маяк получил 13 попаданий снарядов, но кладка выдержала, и он уцелел.
Восточнее и южнее острова находились в дозоре катер МО-171 (две 45-мм пушки 21К) под командованием старшего лейтенанта Ковалевского В.И. и тральщик ТЩ-100 (бывший финский пароход «Аунус», водоизмещение 150 тонн, скорость 10,5 узла, вооружение: две 45-мм пушки 21К) под командованием старшего лейтенанта Каргина П.К. Дозорные суда сумели сообщить по радио командованию о нападении противника и открыв огонь, вступили в бой.
В 8 ч. 8 мин. противник высадил на остров десант численностью до 70 человек. Вражеские корабли перестали обстреливать остров, чтобы не попасть по своим, и перенесли огонь на ТЩ-100 и МО-171. На самом острове завязался бой. Расчёты орудий №2 и №3 под огнём пулемётов и 20-мм автоматов с десантных катеров покинули свои позиции и отошли к зданию маяка. У орудия №1 оставались три человека, оно продолжало вести огонь, насколько позволял сектор обстрела. Личный состав батареи во главе со старшим лейтенантом Гусевым укрылся в цокольном здании маяка (размером 12,8 х 12,6 м) и открыл огонь по врагу из ручного оружия. Пока на острове шёл бой, немецкие паромы пытались подойти ближе для более точного ведения огня (прежде всего из 20-мм автоматов). В результате вскоре после 8 часов 5 паромов из 11 сели на мель в полутора километрах к северу от острова. Среди выскочивших на камни оказались все четыре лёгких парома. Тяжёлый паром №13 попал на мель при попытке спасения парома №12 к северу от острова, в то время как паромы №26 и №21 пытались вытащить паром №22, севший на мель в начала боя южнее острова и подбитый двумя снарядами. В итоге они сами застряли на камнях, при этом паром №21 получил множество осколочных повреждений, но ему удалось сняться с камней. Однако лёгкий паром №26 плотно сидел на камнях южнее Сухо, а севернее острова остались паромы №12 и №13. Погода постепенно портилась, волнение усилилось до 5 баллов, и все три «Зибеля» оказались выброшены на камни. Чтобы не повторить их судьбу, остальные паромы отошли от острова. Спасению севших на мель паромов способствовало то, что в половине девятого пошёл снег, и видимость в районе Сухо снизилась до 4 каб.
При поддержке авиации и кораблей морского дозора гарнизон о. Сухо заставил противника к 9 час. 20 мин. покинуть остров.
На помощь острову вышли корабли Ладожской военной флотилии. В 9 ч. 30 мин. в бой вступили сторожевые катера МО-201, МО-205 и МО-206, высланные из Новой Ладоги.
Около 11 часов по противнику открыл огонь отряд кораблей из Морье (БК №100, катера МО-198 и МО-214). Через некоторое время подошедшие из Морье канонерские лодки «Бира» и «Селемджа» вступили в бой и повредили десантную баржу и десантный катер. Около 16 часов, получив повреждения, «Бира» и «Селемджа» прекратили преследование противника.
22 октября в бою за о. Сухо советская авиация произвела свыше 200 самолетовылетов. В итоге было уничтожено и захвачено 17 десантных судов противника. Сбито 12 вражеских самолетов. Наши потери - 5 самолетов, два ИЛ-2, два И-15бис, еще один ИЛ-2 сгорел при посадке, летчик уцелел. В корабельном составе потерь не было. Одно из германских десантных судов типа «Зибель» было отремонтировано и под названием ДБ-51 зачислено в состав Ладожской военной флотилии. Финны и немцы потеряли 14 самолетов, пытавшихся прикрыть десант.
Согласно немецким отчётам, в ближнем бою десанту удалось уничтожить большую часть гарнизона острова, но это заявление далеко от реальности. На самом деле гарнизон потерял 15 человек: 7 убитыми, 6 захваченными в плен и 2 умершими от ран, ещё 21 боец был ранен. Кроме того, на кораблях во время последующего артиллерийского боя были ранены три моряка.
Немецкие потери оказались заметно больше: только в ходе боя за остров погибло и пропало без вести 22 человека, а ещё 43 было ранено (22 тяжело и 21 легко). В ходе последующей перестрелки с кораблями Ладожской флотилии был убит ещё 1 человек и ранено 14, причём двое раненых после боя находились при смерти. Таким образом, общие потери немцев за операцию могли достигнуть 25 погибших и 55 раненых.
После боя у о. Сухо все действия немецко-итальянской флотилии на Ладоге завершились. Уже 23-25 октября итальянские катера по железной дороге и через Сайменский канал были доставлены в Хельсинки, далее – в Таллин. Вслед за ними 30 октября тем же маршрутом Лахденпохью покинули немецкие катера-тральщики КМ. 30 ноября последний из паромов «Зибель» был отправлен по железной дороге. Чтобы хоть как-то компенсировать уход флотилии, финны купили для своего флота паром «17» с 88-мм пушками, транспортный паром Т2 и четыре десантных катера.
За бой у о. Сухо приказом командующего Балтийским флотом от 3 ноября 1942 г. №78 были награждены 53 человека. В числе награжденных: командиров – 13, политработников – 1, инженерно-технического состава – 3, младшего начсостава – 15, рядового состава – 21 человек. Орденом Ленина награжден один человек - командир 473 батареи ЛВФ ст. лейтенант Гусев И.К. Орденом Красного Знамени – 9 человек, в том числе: командир ТЩ-100 ст. лейтенант Каргин П.К., командир звена МО ЛВФ ст. лейтенант Колесник П.С., командир КЛ «Бира» капитан 3 ранга Лоховин А.М., старшина 473 батареи ЛВФ главный старшина Мартынов И.И… Орденом Красной Звезды – 14 человек, в том числе: командир БК-100 ОВРа ЛВФ старший лейтенант Бровкин Г.А., заместитель командира дивизиона МО по политчасти ОВРа ЛВФ ст. политрук Волохов И.П., фортификатор инженерной службы ЛВФ военинженер 3-го ранга Мельницкий В.С., командира БК-99 ОВРа ЛВФ ст. лейтенант Певнев И.И., наводчик 473 батареи ЛВФ краснофлотец Уличев П.И… 13 человек – медалью «За отвагу», в том числе: командир отделения подачи 473 батареи ЛВФ старшина 2 статьи Кургаев В.Д., командир орудия 473 батареи ЛВФ ст. краснофлотец Пугач П.Е., комендор 473 батареи ЛВФ краснофлотца Строгонов А.В... 16 человек – медалью «За боевые заслуги», в том числе: санитар 473 батареи ЛВФ краснофлотец Каинов А.А…
Да, это был настоящий подвиг. Маленький гарнизон, маленького острова с тремя 100-мм орудиями и четырьмя 45-мм орудиями кораблей морского дозора не сдался превосходящим силам противника. Для захвата острова пришли 7 тяжелых десантных, 4 легких, 3 транспортных, один штабной и один санитарный понтона, десантные баржи и семь десантных катеров. Всего 23 корабля. На них 88-мм орудий - 21, 37-мм пушек - 9, 20-мм автоматов - 135. Обеспечивали действия десанта 15 самолетов.
Враг обломал зубы. Маленький гарнизон выстоял. Это яркое событие, о котором надо помнить и на котором надо воспитывать новые поколения защитников Отечества. Очень жаль, что в нашем славном городе нет памятного знака морякам легендарной Ладожской военной флотилии, которая не позволила врагу задушить в кольце блокады Ленинград. Нет места, где можно было отдать дань памяти и почести этим железным офицерам и краснофлотцам, этому славному воинскому формированию - Ладожской краснознаменной военной флотилии.
Новоладожский поэт Людмила Григорьевна Леонова посвятила защитникам острова стихотворение.
Погибшим в бою за остров Сухо
Простите нас, что с тех времён
Затёрся подвиг ваш солдатский
И ваших славных нет имён
На ладожских могилах братских.
Что за причина в том была?
Быть может, чьё-то равнодушье?
Иль просто память подвела,
Иль чёрствые попались души?
Но факт курьёзен и суров:
Лежат в могилах безымянно
Останки тех, кто был готов
В огне погибнуть ураганном.
Вступив в неравный смертный бой
За островок своей Отчизны
Закрывшие маяк собой
Спасали ленинградцев жизни.
Родимые, вы нас простите.
Мы, без сомненья, всё исправим.
Мы ваши имена оставим.
И кланяемся до земли
Тому, кто ищет неустанно
Пропавших в годы той войны –
Могил не будет безымянных.
Используемая литература и интернет-ресурсы:
Озаровский Н.Ю. «Линкоры Ладоги». Историко-культурный центр Карельского перешейка. СПб. 2015.
Скорых В. Ладога – осень 1942 г. (https://proza.ru/2014/08/15/812).
Чероков В.С. Для тебя, Ленинград! М.: Воениздат, 1978.
https://warspot.ru/13806-ladoga-1942-nesostoyavsheesya-nastuplenie-nemtsev
https://warspot.ru/13830-operatsiya-brazil-shvatka-na-ostrove-suho
https://warspot.ru/13869-konets-operatsii-brazil
https://vk.com/ostrov_sukho_ladoga
https://poxoronka.ru/forum/vsevolozhskij/67602-bitva-za-ostrov-sukho-22-10-1942