Человек - создание загадочное. Ему всегда кажется, что хорошо где-то в другом месте, ином времени или мире и, вообще, не ему, а кому-то другому. Возникает противоречие или, выражаясь словами психологов, кризис. Чтобы его преодолеть, нужно найти какой-то интерес в своей жизни здесь и сейчас. Один из способов - заняться саморазвитием. Как вариант, можно обратиться к изучению культуры, традиций, истории и мифологии страны, где, как подсказывает внутренний голос, солнце светит ярче, а сахар слаще на вкус.
Из такого изучения в последствии может родить еще одно хобби - писательство. Тогда реальные факты, почерпнутые из умных книг и всяческих учебников, смешиваются с фантазией автора и получаются невероятные, захватывающие сюжеты. В них соседствует быль и небыль, обыденное и потустороннее, прошлое и будущее.
Александра Ильина на страницах сборника рассказов и хоррорку "Демонизация" продемонстрировала свой интерес к истории и культуре Японии, проявив богатые познания в области местных мрачных легенд. Жанр произведений, вошедших на страницы, следует характеризовать как ужасы. Его выбор не случаен. Предания о темных сущностях издревле бродили по Стране восходящего солнца. Они до сих пор живут в умах современников, волнуют и генерируют эмоции, которые выплескиваются в многочисленные анимации, фильмы, книги о темных сущностях. И это вовсе не шаблонные, однотипные и давно приевшиеся западные страшилки, скроенные по одному лекалу. У людей Востока свое видение правды и неправды, тонкое, замысловатое на славянский вкус мировосприятие и очень богатая фантазия. Всем этим прониклась и вдохновилась Александра, когда наполняла мистикой сюжеты рассказов об обычных людях в более чем неординарных обстоятельствах.
В ее произведениях обыденное, повседневное, узнаваемое вдруг (именно вдруг!) сталкивается с тем, что не приснится и в кошмаре. "Вдруг Идзуми почувствовала, как что-то вцепилось ей в ногу и тянет вниз. Она опустила взгляд и увидела, как один из учеников пытается подняться, пачкая ее своей черной кровью. Это помогло ей выйти из оцепенения, и она, освободившись из цепких, но скользких маленьких мертвых рук, бросилась бежать. Вокруг все менялось, рушилось, приходило в упадок". Мороз по коже, туман перед глазами, рваное сердцебиение. Важно, что грубые физические моменты, необходимые для демонстрации происходящего и адреналинового восприятия, встречаются на страницах, но подаются без перегибов в стиле Стивена Кинга.
Избыточное телесное разрушение, любимое "королем ужасов" и его последователями, это не про Японию и уж точно не про Александру Ильину, в творчестве которой делается акцент на духовном, мистическом, вроде бы эфемерном, но все равно ощутимом и реальном. В рассказах автора все намного тоньше, глубже, загадочнее и романтичнее, нежели в банальном слэшере или сплэттере. И эффект ожидаемо получается гораздо сильнее!
Возникает настоящий страх, от которого волосы на голове шевелятся, вместо брезгливого отвращения. "Я всегда любила уединение, спускалась осмотреть свои владения лишь раз в год и всё время видела, что мой прекрасный замок кишит людьми как тараканами. Однако я нашла им достойное применение. Я насылала на них морок и болезни, питалась их жизненными силами, и это давало мне огромное могущество". Вот так красиво она говорит о страшном.
Книга "Демонизация" очень антуражная. У нее есть характер и настроение. В ней заключена любовь Александры Ильиной к Японии и умение автора чувствовать больше, чем позволяют всего лишь пять стандартных органов чувств. В сборнике проявляется своего рода поэтическое восприятие действительности, которая углубляется и усложняется в сознании писательницы, находящемся под влиянием нетривиальной, уникальной культуры. Эта поэтичность выливается в хоррорку - смесь хоррора и хайку:
"Каждую осень
Зло пробуждается вновь
Со дна тёмных вод".
Читатель, погружаясь в фантазии Александры и соприкасаясь с тайнами Страны восходящего солнца, похож на человека, испытывающего жажду. Он пьет и никак не может напиться. Он хочет намного больше Японии и "Демонизации", чтобы сильнее пощекотать нервы, вздрагивая при каждом новом вдруг...