Мне хочется поговорить о том, почему мы толстеем? Почему чаще всего мы толстеем в декрете, сидя дома? Разве мало у нас физической нагрузки? Маленький ребенок это еще тот тренажер, хоть и не на все группы мышц, но сжигающий немало калорий.
1. Недоступность других удовольствий.
До декрета в нашей жизни бывает много всего – культурные выходы, общение, другие светские радости. А потом мир сужается до детских магазинов, площадок, поликлиник. И многое из прежней жизни уже неинтересно. А взамен ничего нет. Только пеленки, каши и прорезыватели для зубов. Это быстро навевает скуку. Хочется удовольствия. Но где его взять? Остается только еда. Еда – самое доступное удовольствие. Особенно если ты сидишь дома и умеешь готовить. 2. Заедание обид.
Находясь дома, женщина становится чувствительнее. У нее больше времени, чтобы накрутить себя и додумать то, что муж не сказал, но «точно подумал». А когда столько эмоций и поделиться не с кем (где же подруги?), приходится эмоции заедать. Шоколадкой, бул
Мне хочется поговорить о том, почему мы толстеем? Почему чаще всего мы толстеем в декрете, сидя дома? Разве мало у нас физической нагрузки? Маленький ребенок это еще тот тренажер, хоть и не на все группы мышц, но сжигающий немало калорий.
1. Недоступность других удовольствий.
До декрета в нашей жизни бывает много всего – культурные выходы, общение, другие светские радости. А потом мир сужается до детских магазинов, площадок, поликлиник. И многое из прежней жизни уже неинтересно. А взамен ничего нет. Только пеленки, каши и прорезыватели для зубов. Это быстро навевает скуку. Хочется удовольствия. Но где его взять? Остается только еда. Еда – самое доступное удовольствие. Особенно если ты сидишь дома и умеешь готовить.
2. Заедание обид.
Находясь дома, женщина становится чувствительнее. У нее больше времени, чтобы накрутить себя и додумать то, что муж не сказал, но «точно подумал». А когда столько эмоций и поделиться не с кем (где же подруги?), приходится эмоции заедать. Шоколадкой, булочкой, пирожком, вафелькой. Именно сладкого хочется в те моменты, когда растет эмоциональный накал.
3. Гормональная эмоциональность.
Это к предыдущему пункту. Во время беременности и кормления малыша женщина становится не совсем адекватна. Она больше накручивает себя, более ранима, более чувствительна. Менее разумна, менее логична, менее понятна. И что самое тяжелое – она сама себя не понимает. Испытывает разные чувства, не может их принять. Переварить. И тогда – ест. Заедает все то, что ее мучает, все переживания.
4. Мы перестаем себя наряжать.
Вместо этого – наряжаем малышей. Наверняка многим знакомы походы в магазин, где покупаешь ребенку все самое красивое, а себе ночнушку. Обычную ночнушку. Как-то не с руки дома наряжаться, краситься, причесываться. То некогда, то незачем, то не во что. а если себя не наряжать и не ухаживать за собой, килограммы приходят сами, без стука. Спросят тихонько: «Это вы тут о себе забыли? Тогда я у вас поживу!» — и все. Постоянная прописка. Не выселить.
5. Мы перестаем себе нравиться.
Фигура после родов не всегда приходит в форму быстро. Иногда сама по себе вообще туда не приходит. И бывает, что все прежнее – мало. А то, что подходит, не нравится. Не можешь привыкнуть к себе такой. Не хочется смотреть в зеркало. До первых родов я весила 52, после – 70. Столько же, сколько с животом. После 42-44 пришлось носить 46-48. Нравилось ли мне это? Ничуть. Но чем больше я себе не нравилась, тем стабильнее держался вес, даже если я ела очень мало.
6. Мы перестаем нравиться мужу.
А что, кому-то нравится бледное привидение с синяками под глазами с немытой головой и в ужасной ночнушке? Это я утрирую, конечно. Но в тот момент, когда мы себе перестаем нравиться, мужу мы тоже нравиться уже не можем. Состояние не то. А чем меньше мы нравимся мужу, тем, опять же, меньше мы нравимся себе. И так далее.
В чем выход?