Разговор с зеркалом (рецензия на роман Алексея Сальникова «Оккульттрегер»)

Сальников А. Б., Оккульттрегер : роман. — Москва : АСТ, 2022. — 413, [1] с. ; 21 см. — (Классное чтение). Шифр 84(2=411.2)6-4; Авторский знак С167; Инв. номер 2439937-КО

Рассуждать о любой книге Алексея Сальникова — лишать его потенциального читателя половины удовольствия от чтения. Критик задаёт параметры видения, отсекает непредставимые для себя смыслы, пытается убедить читателя не бросать книгу на полпути, а на деле упрощает и уплощает её восприятие. Потому сразу отказываюсь от пояснений и перехожу к собственным выводам: хотите понять, о чём речь — поднимите обложку. Не хотите — читайте дальше просто так. Хотя вечное «а вдруг?» остаётся: а вдруг мой собеседник вернётся и прочтёт оригинальный роман?

Прозу Алексея либо любят безмерно, либо сразу же отвергают. Она нелинейна, надсюжетна, построена на звуке больше, чем на смысле. Потому читатель из неё больше узнаёт о себе, чем о персонажах. Персонажи Алексея — только предлог к разговору с зеркалом.

Но в новом романе Алексей пошёл дальше, раздвинул границы сюжета настолько широко, что главное-то стало происходить не на сцене, не за кулисами, а через дорогу от театра. Перечитывая «Игру в бисер» Германа Гессе, я осознал, что главный герой в книге не магистр игры Йозеф Кнехт, а ученик, всю свою последующую жизнь торговца и политика проведший, оправдывая сам перед собой своё присутствие при смерти Учителя. Так и у Сальникова, долго, порой мучительно, следишь за перипетиями героев, вспоминающих некую персону, которая выброшена за обочину их жизни. А в постскриптуме встречаешь эту персону и ясно видишь: его жизнь вполне нормальна, даже более нормальна, чем показанное в теле книги.

А потом оглядываешься и думаешь: может и я не туда стремлюсь, не того добиваюсь? Может вся выстроенная вокруг ролевая игра вообще не имеет смысла за её границами. И быть выброшенным из неё — счастье, а не наказание? Жизнь — самоценна. И все дополнительные надстройки мы делаем, прячась от жизни, защищаясь, убегая.

Приведу своё самое любимое стихотворение Алексея. Мне видится, что оно о том же: о бессмысленности победы.

Фауна в армии фауны состоит поголовно и состоит из глины –

По самые волоски, по самые жала.

Низко опущены открытые кавычки ноздрей лошадиных

К водам, состоящим из стекла и металла.

Лошадь не пьёт, завязала, стоит и дышит,

Видя, как вымпел её лица колышет.

Маленький мальчик, нет, девушка, нет, всё-таки маленький мальчик,

На все обороты закрыв за собою природу,

Живёт у безмерно далёких родственников на даче,

Глядится в ту же воду.

Лошадь и мальчик даже видят друг друга и обмениваются кивками даже:

– Здравствуйте, дорогой капрал!

– Здравствуйте, маршал!

Мальчик готов заплакать, но изображает кашель.

Они проиграли, отстали, остались считать вагоны,

Видеть, как в плоский берег вплывают волны,

Как ветер ломает воду, но не рискует срывать погоны.

Автор рецензии: художник и поэт Сергей Ивкин (отдел культурно-массовых коммуникаций, Библиотека Белинского)