У прях и ткачих по осени был свой праздник - Льняницы. С выходом в «люди», в храм, на беседы. Праздник очень красивый. Ведь мы совершенно не помним, какой он – льняной холст! А красота холста зависела и от солнца, и от дождя, и от ветра… И от того, каким было само стелище, вымачивание льняных стеблей… Нежное серебро, холодное, звенящее… Легкое золото, небесные золотинки… Чистая голубизна… Немало определений можно было услышать, когда на ткацком стане являлась льняная первинка.
Саму Льняницу, наши предки называли Прасковьей, и это полюбившееся крестьянкам имя облетело всю святую Русь. На старинных иконах Параскева Льняница обыкновенно изображается высокой, худой, с распущенными волосами. Её распущенные волосы – это само льняное поле!
Параскева в страде виделась деревенским жителям в великоватом жакете, подвязанным куделью, обремененной крестьянскими заботами. И лишь голубой платок мог вспыхнуть в осеннем дне.
Деревенские бабоньки, девушки верили, что под нависшей дымкой ненастья, на поле - Параскева! Она среди них: согнутая над полегшим льном, вяжущая льняные стебли, мнущая лен - непременно она рядом! Нет-нет, да и поднимали они глаза от работы. Губы крестьянок молили о желанном: чтобы приросло в доме достатком, чтобы всякое зло отошло прочь, чтобы с кем было о своей печали потужить.
В церковь приносили отрепанную первину льна, овечью шерсть или уже выпряденные и вытканные готовые холстинки. Первина - посвящалась святой угоднице. Эту первину привешивали к образу, украшали матушку Параскеву лентами, платками. Все с молитвенной благодарностью:
«Матушка-льняница, прими – на передничек!»
«Матушка Параскева, прими на изголовьице!»
«Матушка Пресвятая, прими на чулочки!»
Матушка святая Параскева заповедует бабонькам в этот день отдыхать: не прясть, не шить, не стирать…
Особых кушаний на Льняницу не готовили. Параскева – суровая святая, очень простая и не приемлющая никаких драгоценных украшений, изысканных кушаний. Варили большухи картошку, пшенную кашу, парили репу. Пекли пироги сладкие с малиной или какой другой ягодой запаренной в меду. День почитался за постный, но, однако, – и праздничный.
Все женское население деревни – становилось на Параскеву - «льняницами», и все шли в церковь во всем льняном, порой наработанном за долгие годы. Льняная одежда – не старела. Она, как драгоценность, передавалась из рода в род, по наследству, от матери – дочери.