А что это за леопард в государственных символах Татарстана? А почему это именно «белым барсом» назвали хоккейную команду из Казани? Никакой загадки здесь нет. Было время, по всему Уральскому хребту обитал снежный барс, и эпос уральских и приуральских народов сохраняет память об этом таинственном звере.
Популяция уральского барса исчезла как от прямой истребительной деятельности человека, так и от опосредованного антропогенного давления, то есть захвата (заселение, хозяйственное освоение и т.п.) человеком мест обитания барса и уничтожения его кормовой базы. Сработал фактор беспокойства. Не достало у барсов природных адаптационных механизмов, чтобы выжить рядом с человеком (но не достало же и человеческого разумения тогда, чтобы спасти). Об этих причинах и обстоятельствах надо помнить всегда.
Семейство кошачьих представлено в Октябрьском охотничьем хозяйстве рысью. Прекрасный, относительно крупный зверь. В 1984 году охотник Андрей Лысенков добыл в нашем лесу самца рыси, вес которого составил… три ведра картошки. Так получилось, что вместо весовых гирь пришлось использовать корнеплоды, но как бы там ни было, это, наверное, килограмма 22 или чуток больше. В среднем вес рысей в дикой природе достигает 15-17 кг.
Вообще рысь редко удается увидеть. Тут и природная скрытость, и их строгая территориальность. Они защищают свой участок от себе подобных. Одиночная самка занимает до 70 кв. км, самка с котятами – от 160 до 180, кот от 130 до 250. То есть, если живут в Октябрьских охотугодьях на площади 420 кв. км, три-четыре взрослые рыси, то это уже неплохая плотность.
Вне зависимости от колебаний численности рысь повсеместно признается редким видом. Охота на нее строго регулируется. В Башкортостане, например, охота на рысь в последние годы полностью запрещена до особого распоряжения. Существуют и другие охранно-воспроизводительные меры.
Численность рысей, выживаемость их потомства зависят от состояния кормовой базы. 25 процентов рациона этих кошек приходятся на птиц, 75 – на млекопитающих, из них 40 – на зайцев (2 процента – русаки, 38 – беляки). Октябрьское горохотобщество последние три года запрещает охоту на зайцев-беляков в своем хозяйстве. На посторонний взгляд, чтобы дать размножиться зайцам. Это верно отчасти. Дело в том, что динамика роста численности зайцев имеет циклический тип. Если изобразить это графически, то мы получим зигзагообразную линию в виде зубьев пилы. В нашей местности, как мне представляется, продолжительность цикла составляет четыре-пять лет. То есть, численность зверьков столько лет неуклонно растет, а очередные четыре-пять лет неуклонно падает. За этим кроются природные факторы, не антропогенные (за исключением техногенных, разумеется, - эти всегда вредны). Достоверно установлено: даже при синхронном двукратном увеличении охотничьего изъятия в период роста численность зайцев продолжает увеличиваться, и наоборот. Таким образом, снижение охотничьего давления на популяцию зайцев в смысле приумножения длинноухих спорно, но как фактор сохранения кормовой базы рысей, а следовательно, сохранения биологического разнообразия (главная задача охраны природы) бесспорно.
На кормовую базу «давят», к сожалению, и наши бродячие собаки, и кошки, и небывало размноженные нашей «щедростью» серые вороны… И просто гуляющий по лесу человек, и двигающийся вне дорог автомобиль, особенно квадроцикл или снегоход. Мы и не увидим почти никогда, что вспугнули из дневного укрытия того же зайца.
В современных условиях популяция рыси очень ранима. Если в зоопарках продолжительность их жизни достигает 19-20 лет, то в дикой природе – только пять-семь. Половозрелыми самки становятся в 22 месяца. Спаривание происходит в марте. Беременность длится чуть больше двух месяцев. В помете бывают от одного до трех котят, в основном два. Едва ли не половина погибает в первый месяц жизни. Несмотря на то, что рысята довольно быстро растут (первый день жизни – 250 грамм, в четыре месяца – пять и более килограмм), сравнительно долго зависят от мамы. Мать покидают, в основном, в середине зимы, реже в конце. Но и в этом восьмимесячном, возрасте, иногда и старше, часто оказываются неспособными прокормить себя. Погибают. Вот и представляем себе самовоспроизводственный потенциал популяции. Малейший дополнительные лимитирующий фактор – и…
Да нет, до так называемой «грани исчезновения» рыси пока, к счастью, далеко. Однако о судьбе уральских снежных барсов забывать тоже не следует.