Помнится, смутно, собиралась я жить «одним днем», то есть «в моменте». Легла по снотворному, встала по будильнику. Пока порядок!) Умылась, собралась. Надо распечатать бланк отказа от госпитализации (вчера в интернете нашла). И лучше не один, а 2-3, вдруг что не так пойдет. Собрала с утра передачку, на работу уехала. 🚌
Поработала. Надо позвонить на счет «аудиенции»! К кому? Главврач только в понедельник с населением беседует, занятой дюже. Зам глав. врача? А что это даст? Либо лечащего врача пригласит, за пояснением, либо к Главному отправит, мол, не решаю такой вопрос. Надо с Лечащим попробовать «договориться по-хорошему». Так мол и так: «Сознаю меру, степень, глубину! И прошу выдать дочь в любом состоянии, хоть и без ремонта. Но желательно в полной комплектации. (Мозгов то, я понимаю, нет, и теперь уж не вырастут, после вашей терапии. Ладно б хоть красотка была – то на пользу!). Но прочее все по две: груди - две, руки – две, ноги – две, ухи – тоже две… Все вот это вот – верните!» Поработала еще, пока думала, и позвонила.
В аудиенции мне не отказали. Сообщила Заказчику – дали «вольную»! Уфф! Вроде норм! Доработала полсмены. Девчат, как денег жалко!) Жаба душит!) Сидит на плече и на калькуляторе считает, сколько я сегодня потрачу и сколько заработала.))) Как раз в ноль и вышла.) И поехала я на такси через весь город в Дом прИзрения. Небом любуюсь! Солнцем! Музыка хорошая! А тут стендап по радио. Девочки, женский!) Ну оооочень смешной!) И я прям захохотала!))😂
Аудиенция прошла в «теплой, дружественной обстановке». Я всю волю в кулак собрала!)) Максимум вежливости, мегатонны корректности. (Хотелось пнуть под зад «сторожевых» медсестер, накинуть на ребенка свой пуховик и, как в кино, сбежать в случайной машине до мексиканской границы!) Дали «последнее китайское» обещание – выпишут в среду, как только подберут снотворное. Мы с 12 января не виделись в живую!!! Она каждый день плачет в трубку! Она месяц ходит сгорбленная со слюной до колена! Дали пять минут! (Пять, Карл!) Дочь «прилипла» ко мне, я обняла и запахнула пуховик на двоих. «Сторожиха» сторожит, зыркает бдительно. Так мы и простояли! (Бланк в книжку положила, с передачкой, будь что будет!). Ехала на автобусах, с пересадкой. Сиротливо и холодно.
Церковь по пути. Зашла внутрь. Встала. И так нахлынуло. Так тяжело! Кинуться бы на пол, кататься и выть! Выыыть! Но так нельзя! Закрыла глаза. Стала собирать всю боль, отчаяние, обиду, гнев, безысходность. Собрала и сжала все, спрессовала до одной единственной точки во вселенной. Так спрессовала, что ни мысли пошевелиться, ни слова не проронить, ни воздуха вдохнуть. Подержала и выдохнула. И слезы полились, все снося на пути. Ни свечки не вижу, ни икон, ни одной молитвы сказать не могу. Выдохнула еще - вроде полегчало. Поклонилась Николаю Чудотворцу: «Спасибо, что ты есть!» Вот и вся молитва сегодня. Постояла в тамбуре, пока внутри все уляжется и по углам умыкнется. А на улице – воздух сырой, небо голубое. Какая тут зима! Как жить-то, Господи?!