Поразительно сколько громких некрологов мы читаем и как часто пишем что-то вроде: "ушла эпоха". Сожаления, вздохи, непонимание. Причем зачастую наше внимание достается не самым талантливым и важным представителям этой самой эпохи.
А бывает наоборот: уходит гений, а все плевать – ни новостей, ни статей, ничего.
Не стало кинорежиссера Вадима Юсуповича Абдрашитова.
Фигуры мирового масштаба.
Абдрашитов выработал свой индивидуальный киноязык, явившего эмблему времени и нового героя.
Воспитанный в традициях русской литературы, адептом внимания к простому человеку, которой она является, испытавший влияние итальянского неореализма, Абдрашитов изобрел свой стиль – абдрашитовский реализм человеческого одиночества.
В "Повороте" герой Олега Янковского, некогда окруженный всеми обывательскими благами и вниманием людей, оказывается предельно одинок перед этическим вопросом вины и наказания.
Но Абдрашитов и его постоянный соавтор, сценарист Александр Миндадзе, не были бы тем, кем являются, если бы их герой мучился только страхом наказания. Герой Янковского задается по истине экзистенциальным вопросом предназначения своей совести.
Еще яростнее и тревожнее показана тема одиночества в столкновении героя со временем в "Охоте на лис". Новое настигает героя Владимира Гостюхина неожиданно и, казалось бы, расхожая бытовая ситуация ставит героя перед необходимостью поиска своего предназначения к какому-то высшему служению.
В целом феномен киноязыка Абдрашитова в частице неопределенности "то": в его фильмах при реалистичной коллизии всегда есть что-то еще. В этом "что-то еще" и заключен гений Абдрашитова.
В наибольшей степени эта сомнительная неопределенность бытия выразилась в "Параде планет".
Бессобытийная история встречи старых друзей превращается в фантасмагоричное путешествие по временному раю, где лишь армейский позывной «Карабин-Кустанай» придает героям связи с опостылевшей реальностью.
Изобретая нового героя, Абдрашитов с Миндадзе обращаются к теме пределов справедливости и добра – появляется "Плюмбум".
Герой – уникальный мальчик, вундеркинд возмездия, будто бы по-шамански настраивающий свое сознание: "Гнать, держать, смотреть и видеть..." становится в позднесоветском кино меткой времени, предтечей балабановского "Брата".
Работа на картинах Абдрашитова считалась за счастье. Отсюда такая плеяда звезд актерского (Янковский, Солоницын, Борисов, др.) и операторского (Невский, Рерберг, Шевцик, др.) цехов. Ведь, помимо художественных, Абдрашитов обладал редкими человеческими качествами.
Мужество во время отстаивания своих картин (чего только стоили приемки на Мосфильме "Охоты на лис" и "Парада планет").
Порядочность и по-отечески любовное отношение к актерам (отстаивая Олега Борисова для "Остановился поезд", Абдрашитов преодолел "волчий" билет Борисова, выданный тому после его самовольного ухода со съемок международного проекта Зархи "26 дней из жизни Достоевского").
Последние годы Абдрашитов не снимал, но замысел новой картины был. Он ходил по кабинетам, но, никогда не шедший на сделки, поддержки не получал. Современному российскому кино не нужны гении, ему нужно что-то другое.
Более того, гениев перестали замечать и помнить. Давайте хотя бы мы не забудем.
Всем рекомендую пересмотреть фильмографию Абдрашитова, а также его последнее интервью (канал "Меморандум").
Спасибо за умное кино, Вадим Юсупович. Вы такой один.