Мосбиржа предупредила о риске «запредельной» инсайдерской торговли

Ограничение раскрытия информации эмитентами может привести к повышению рисков инсайдерской торговли на рынке, отметил управляющий директор по взаимодействию с органами власти Мосбиржи Владимир Гусаков на конференции РБК «МСФО в России», передает корреспондент РБК.

Он указал, что сейчас на рынке существует некая асимметрия в раскрытии информации: эмитенты не раскрывают ее (или раскрывают в ограниченном объеме) для массового рынка, но при этом отчетность компаний в полном объеме есть у Национального клирингового центра (НКЦ, структура Мосбиржи), Банка России, аудиторских и рейтинговых организаций.

Наличие информации у одних категорий и ее отсутствие у других могут привести к инсайдерской торговле, в связи с чем необходимо возвращаться к раскрытию, но с ограничениями, учитывающими текущую непростую ситуацию, считает Гусаков.

«Потому что, если это (нераскрытие информации. — РБК) позволить надолго, то мы уже можем прийти к такому моменту, когда рынок, где возможность инсайдерской торговли будет запредельной, будет достаточно неэффективен и не интересен и эмитентам», — сказал глава департамента Мосбиржи.

По данным Гусакова, в 2022 году правом не раскрывать информацию воспользовались чуть меньше половины эмитентов акций и 30% эмитентов облигаций. К началу февраля 2023 года закрыли информацию больше половины эмитентов акций и треть эмитентов облигаций, отметил он. «Но это если считать по головам», — уточнил представитель площадки. Если же смотреть объемы, то по капитализации акций объем нераскрытия составляет 82% (на конец 2022 года), а по номиналу облигаций в обращении — 85%, следует из данных, предоставленных Гусаковым.

Как можно вернуться к раскрытию информации

Закрытие информации не должно быть вечным, полагает представитель Мосбиржи. Но санкционные риски еще не исчерпаны, напоминает он. «Поэтому я не могу себе представить ситуацию, что 1 июля, что называется, вернемся к обязательному раскрытию всей публичной информации», — считает Гусаков.

Наиболее реальный сценарий, по мнению эксперта, — раскрытие информации в ограниченном виде. Но при этом нужно уйти от «произвольного принятия решений» об ограничении раскрытия данных, указал Гусаков. «Все-таки мы людей вводим в соблазн, что называется, где-то и с запасом закрыть, поскольку право такое есть», — констатировал он.

На необоснованное закрытие информации рядом эмитентов обратили внимание и в ЦБ. «Многие организации боятся продемонстрировать негативные тенденции, негативные показатели, при этом не всегда этот негатив вызван санкционными ограничениями, всей ситуацией, которая сложилась в прошлом году, иногда это могут быть и ошибки управленческие и где-то желание скрыть ненадежную практику», — отметила заместитель директора департамента банковского регулирования и аналитики Банка России Наталья Морина, также принявшая участия в конференции РБК. Регулятор «настроен на возвращение к раскрытию», но с изъятиями.

«В решение вопроса о том, каковы должны быть эти изъятия, мы вели обсуждение с банками, ориентировались на постановления правительства и пришли к выводу, что пока еще эта информация об акционерах, о географии, об отраслевом разрезе портфеля и рисков, которые несут эти организации, туда же — информация о заблокированных активах, она тоже относится к информации ограниченного раскрытия», — перечислила Морина.

В ЦБ уже обсуждали возможность публикации отчетности в усеченном формате. Глава департамента банковского регулирования и аналитики Александр Данилов допускал в сентябре 2022 года, что можно публиковать баланс, отчет о прибылях, отчет о движении капитала, отчет о движении денежных средств.

На безосновательность сокрытия информации некоторыми эмитентами ранее обращал внимание и глава наблюдательного совета Мосбиржи Сергей Швецов. «Либо биржа, либо Центральный банк как регулятор должен получать внятное объяснение от публичных обществ, почему та или иная информация не раскрывается», — указывал он. При этом председатель Банка России Эльвира Набиуллина после заявления Швецова допускала расширение списка закрытой информации.

Российские банки и другие компании-эмитенты могут полностью или частично не раскрывать корпоративную информацию до 1 июля 2023 года, следует из постановления правительства. Изначально этот срок действовал до 31 декабря 2022 года, но затем был продлен. При этом ЦБ в марте на фоне ввода санкций со стороны западных стран разрешил банкам засекретить часть данных в отчетности начиная с февраля 2022 года.