Не проходит и дня без очередных откровений из стана наших геополитических оппонентов. На прошлой неделе оруэлловским, по своей сути, высказыванием отметился Жозеп Боррель, который на голубом глазу принялся объяснять, что запрет российских СМИ осуществляется в интересах... свободы слова. Хотя политическая риторика западных, с позволения сказать, элит не впервые смахивает на цитаты из неизвестных работ Франца Кафки, уровень абсурда, который мы наблюдаем сегодня, может показаться уже запредельным.
Но своя логика есть и здесь. Новая искренность в заявлениях лидеров европейских стран наглядно демонстрирует, почему все эти годы Запад, вопреки своим декларируемым принципам, прививал своим гражданам единомыслие. Признания в том, что Минские соглашения никто и не стремился выполнять, а, следовательно, вооруженный конфликт на Донбассе долго и старательно готовился, говорят сами за себя. Похоже, мы имеем дело с обнажением давно скрывавшихся хитросплетений европейской политики, наглядно свидетельствующих: гибридная война против России была частью многоступенчатого плана, который его авторы начали воплощать в жизнь вовсе не в прошлом году, а задолго до того. Естественно, что во избежание предварительной огласки необходимо было заранее зачистить информационную среду - чем и занимались западные правительства, последовательно загонявшие в подполье альтернативные голоса. Нынешняя прямота главного дипломата ЕС намекает, что процесс близок к завершению. Некогда претендовавший на статус оплота демократии Евросоюз окончательно превращается в укрупненную версию франкистской Испании, практики которой, приправленные либеральным соусом, были успешно инкорпорированы в политическую жизнь Старого Света.
Такой поворот событий многое объясняет. Долгое время отечественные дипломаты апеллировали в беседах с зарубежными визави к общеизвестным фактам героизации и возрождения неонацизма на Украине. Мы наивно убеждали себя, что в европейских столицах (за исключением Прибалтики) имеем дело с идейными наследниками Черчилля и де Голля, для которых идеологическое недоверие к России перекрывалось ненавистью к Третьему Рейху. Но, как мы видим теперь, Европа морально переродилась. Владимир Зеленский потому встречает в Лондоне и Брюсселе приём, достойный камеры Лени Рифеншталь, что его европейские собеседники всё больше ощущают внутреннее сходство и единство не со своими великими предшественниками, а с Бандерой, Шухевичем и прочими коллаборационистами, прикрывавшими популистским пафосом нацистское естество.
Неудивительно, что на наших глазах возрождаются практики 90-летней давности - и вслед за гонениями на журналистов, мы наверняка увидим сжигание книг неугодных писателей, уничтожение «дегенеративного» русского искусства и другие проявления морального распада, к сегодняшнему дню ставшие неотъемлемой частью украинских реалий.
Скажем прямо. Это не Киев движется в сторону Европы. Наоборот, происходит стремительная и, возможно, фатальная, украинизация европейской политики. Метастазы неонацистских подходов стремительно распространяются по всему западному политическому организму. Пассивное лечение тут не поможет - необходимы радикальные меры. Успех специальной военной операции по денацификации Украины призван стать той очистительной терапией, которая остановит этот экстаз падения великой европейской цивилизации. Наблюдая, как те, кого мы раньше по привычке называли «западными партнерами», всё активнее выставляют наружу «тайны мадридского двора», которые для думающих людей и так были секретом полишинеля, мы можем дать окончательный ответ на вопрос «где они были эти восемь лет?». Конечно, настраивались. Концентрировали силы. Устраняли несогласных. Но, недооценив решимость российского государства и населения до конца отстаивать свои ценности, совершили роковую ошибку - и пришло время пожинать посеянное. Сбросив маски, и европейские элиты, и, конечно, их украинские подопечные убедили нас в правильности сделанного выбора. По мере приближения годовщины 24 февраля, нельзя не признать очевидное - откладывать операционное вмешательство было уже нельзя. Время уговоров прошло - России ничего не оставалось, кроме как решительно действовать ради памяти наших отцов и дедов, которые ценою собственных жизней уже спасли в 1945 году мир от коричневой угрозы. Мы сейчас начинаем понимать истинное значение слов: «Никто не забыт - ничто не забыто».