В 20-м веке 3-я мировая виделась в столкновении капиталистической и социалистической систем в лице США и СССР. Однако, диалектика двух сверхдержав образовала шаткий, но всё же баланс, что явилось тем фактором, что сделало мировую войну менее вероятной. После коллапса СССР баланс был нарушен и значительная часть мира выстроилась под вашингтонскую вертикаль.
Величайшая опасность оказалась сокрытой в единовластии одного гегемона, в предопределенном кризисе централисткой системы глобального управления. Разбалансировка безальтернативной вертикали сегодня создаёт вихрь неуправляемости, в который оказывается втянуто всё международное сообщество.
Вечных систем не существует и ход жизни выявил новые очаги развития. Так в процессе ветшания вертикали при её программном движении к абсолютизму назрел разлом пирамиды управления.
Никто не знает будущего и не может утверждать, что завтра начнётся 3-я мировая война. Однако, все базовые признаки и тенденции свидетельствуют, что мы близки к ней, как никогда.
В 20-м веке 3-я мировая виделась в столкновении капиталистической и социалистической систем в лице США и СССР. Однако, диалектика двух сверхдержав образовала шаткий, но всё же баланс, что явилось тем фактором, что сделало мировую войну менее вероятной. После коллапса СССР баланс был нарушен и значительная часть мира выстроилась под вашингтонскую вертикаль.
Величайшая опасность оказалась сокрытой в единовластии одного гегемона, в предопределенном кризисе централисткой системы глобального управления. Разбалансировка безальтернативной вертикали сегодня создаёт вихрь неуправляемости, в который оказывается втянуто всё международное сообщество.
Вечных систем не существует и ход жизни выявил новые очаги развития. Так в процессе ветшания вертикали при её программном движении к абсолютизму назрел разлом пирамиды управления.
Никто не знает будущего и не может утверждать, что завтра начнётся 3-я мировая война. Однако, все базовые признаки и тенденции свидетельствуют, что мы близки к ней, как никогда.
