Однажды вечером я решил поговорить с Петрушей на тему своего ничегонеделания.
— Пётр — начал я — ты многому меня научил. Ты помог мне стать человеком, и я тебе очень благодарен. Но мне неловко, что я тут у тебя валяю дурака, когда ты работаешь. Мне хочется приносить какую-нибудь пользу.
— Я понимаю. Я тоже много думал об этом. Ты деятельный человек, тебе хочется работы, движения. Но что ты умеешь делать?
— У меня отличный слух и чутьё. Разве нельзя их как-то использовать?
— А ведь верно! Но сначала надо выправить тебе документы. Я подумаю над этим. И Пётр придумал.
Легенда была такая.
Я приехал из одной страны, которая недавно пережила катаклизм. Документы мои утеряны. Хорошо, что я отыскал родственников: семью своего сводного брата.
Я неплохо говорил по-русски, и только небольшой акцент выдавал во мне иностранца. Я уже упоминал свое собачье-французское «р», да и кое-какие слова я выговаривал тоже неправильно. Я много читал, но ударения в словах иногда путал. Просто, в бытность собакой, не обращал на это внимание. Ведь главное для нас, собак, это интонация, а не смысл фразы.
За границей я как будто бы работал на одной парфюмерной фабрике. У меня отличный навык различать запахи. Семья: Пётр и Хозяйка, в разных инстанциях подтвердила эту белиберду. Через несколько месяцев я получил документы.
Теперь я — Преображенский Артём Петрович. Петрович, в честь моего учителя и покровителя Петра. Преображенский, в честь профессора из повести Булгакова «Собачье сердце», которую читали мы вдвоем с Хозяйкой, в бытность мою пуделем.
Петруша устроил меня к себе в контору в отдел по наркотикам. После нескольких тренировок я прекрасно изучил их запахи. И даже как-то открыл по запаху новый наркотик, еще незнакомый нашим органам. Вы догадались, где работал Петруша.
Я ходил на работу вместе с ним, и поначалу он наблюдал за мной. Но со своей работой я справлялся прекрасно. Немного напрягало общение с коллективом. Хотелось кого-нибудь облаять, а кого-то облизать. Но со мной считались. Особенно после того, как я по запаху определил, что дорогущий коньяк, который подарили начальнику моего отдела, это подделка, а духи бухгалтерши никогда не были во Франции. Они изготовлены и розлиты в Одессе на Дерибасовской. От них даже слегка пахло рыбкой барабулькой. Видно тот, кто разливал эти духи, не помыл руки после обеда. Как же правы были Ильф и Петров!
Я очень быстро стал классным специалистом. Меня, как эксперта, приглашали обследовать важный груз на таможне. Особенно меня ценили в аэропорту, когда контроль проходил какой-нибудь важный дипломатический чиновник или правительственная делегация. Во избежание терроризма. Запахи разных взрывчаток я тоже изучил.
Я чуял всё. Я знал кто что выпил и чем закусил. Стал разбираться в марках автомобилей по запаху кожаного салона, оставшегося на брюках владельца. Я чуял страхи, неприязнь и радость.
Как-то я намекнул Петру на одну лаборантку, которая, как я догадывался, ему нравилась.
— Пётр — сказал я — я старше тебя, и хоть во многом ты опытнее и умнее, но позволь дать тебе совет: приглядись к Светочке. От нее пахнет любовью, когда она подходит к тебе.
Пётр покраснел и ничего не ответил.
Как-то раз, когда я обследовал (обнюхивал) один неизвестный закрытый контейнер с какой-то лабудой, я услышал, как в одной комнате в конце коридора разговаривали два сотрудника, два генетика, занимавшиеся биотехнологиями. Не забывайте, кроме нюха, у меня еще сохранился отличный собачий слух!
— А здорово мы с тобой поработали! Никогда бы не подумал, что получится такой шикарный результат: собака действительно превратилась в человека, и даже смогла социализироваться!
— Я тебе говорил, что псы любопытны. Если бы я не догадался спереть у Петрушиной мамаши тапочки бывшего мужа, мы не получили бы биоматериал. А собаки, какими бы они ни были воспитанными, всегда неравнодушны к тапочкам.
— Да! Мы с тобой гении. Нашу разработка достойна Нобелевской премии. Может испробуем формулу ещё и на кошке? Тогда можно будет раскрыть секрет.
— На кошке надо действовать более открыто. Представляешь, какой хай поднимется, если станет известно, что человек с документами, которые выправил вполне законным путём сам Пётр Аркадьевич, окажется бывшим пуделем?
— Да, забавный казус. И все-таки мы гении! Пойдем отметим это дело. Тем более что смена уже кончается.
Вот, не знаю, раскрывать Петру секрет своего преображения, или нет? Если с кошкой у них получится, может он и сам догадается?
Начало
https://dzen.ru/media/id/624d86724b72560d4e47f73f/probujdenie-63dd28bec190412358e6e553