В конце прошлого года в главных музеях мира прокатилась волна резонансных акций. Экоактивисты обливали Ван Гога супом, а Клода Моне забрасывали картофельным пюре. Это делалось участниками движения «Последние поколение» с целью привлечь внимание к проблеме климатических изменений. Глобальное потепление, к сожалению, остановить не удалось, но вот создать ажиотаж получилось. Акцию осветили не только местные, но и ведущие мировое СМИ.
Вандализм ради протеста зародился еще задолго до появления экологических проблем на горизонте. Сам термин придумали во времена Французской Революции, когда сторонники Республики разрушали символы феодализма. Шедевров искусства революционеры тоже не жалели.
Михаил Майзульс в книге «Идол, защищайся» рассказывает, что противники вандализма попробовали изменить настроения в обществе, чтобы сохранить культурное богатство уходящей эпохи. Они утверждали, что «..памятники прошлого — это не пережитки монархического порядка, а ценнейшие произведения искусства. Это "наследие" (patrimoine) принадлежит не дворянству и духовенству, а всем французам и должно быть сохранено для потомков».
В попытках сохранить памятники культуры, их образ пытались деполитизировать. В разгар якобинского террора в 1793 году Лувр впервые заработал как общественный музей. Картины, раньше считавшиеся символом престижа монархии, стали восприниматься французами, как собственное богатство.
Протест ХХ века тоже посягал на европейскую коллекцию произведений искусства. Майзульс упоминает пример английских суфражисток, которые также использовали вандализм в отношении музейных экспонатов, чтобы привлечь внимание к бесправному положению женщины в Англии.
«В 1914 г. Мэри Ричардсон порезала ножом картину Веласкеса "Венера с зеркалом", висевшую в Национальной галерее в Лондоне. Она заявила, что пыталась уничтожить образ самой прекрасной женщины из мифологии в знак протеста против британского правительства, которое уничтожает "прекраснейшую героиню в современной истории". Речь шла об Эммелин Панкхерст — основательнице движения суфражисток, которая тогда держала голодовку в тюрьме. Ричардсон критиковала тех, кто будет оплакивать участь картины, представляющей женщину, но равнодушен к тому, что делают с реальными женщинами».
Не только новое время богато подобными историями. Символы и памятники брали на себя удар начиная еще с первобытных времен. Еще больше о разрушение образов ищите в новой книги Михаила Майзульса «Идол, защищайся! Культ образов и иконоборческое насилие в Средние века».