Женщины-заключенные в Озераге работают вместе с мужчинами, строя дороги и работая в лагерях лесорубов. Вера очень спокойная. Иногда охранники говорят ей, что она плохо справляется со своей работой. Она действительно не умела рубить дрова.
В ответ на ее заявления Вера говорила: "Да, со мной коммунизм не построишь". В результате Вера больше не занималась распиловкой дров. Обычно она поддерживала огонь для конвоя.
Женщины, с которыми Вера проводила время в округе, были "совершенно разными по возрасту, национальности и культуре".
В лагере были кыргызы, китайцы, японцы и американцы, в том числе американка, которая вышла за нас замуж, - рассказывает Вера. - Конечно, их мужьям было позволено шпионить за ними, и им тоже (американка - комментарии TD). Так что там была смесь разных людей. Корейские девушки были собраны вместе. Немецкая женщина была посажена в тюрьму. Ей было за 70.
Типы "политических" женщин-военнопленных в специальных лагерях.
Лагерь № 2 Челябметаргстроя, 1945-1946 гг.
Фото: из фондов Российского государственного архива.
Некоторые политические заключенные также были женщинами-осужденными. Для них присоединение к "политическому" лагерю было "как развлечение".
Мы сделали простой трюк, - объясняет Вера. - Они рисовали на листе бумаги лицо с бородой, писали имя Сталина и ругательства, засовывали в лопату и ходили с ней по лагерю. Вскоре они были пойманы, признаны виновными по политической статье и переданы нам.
В отличие от "политических", осужденные за уголовные преступления считались имеющими более тесную "социальную связь" с режимом. В результате им, как правило, доставались самые лучшие должности, такие как контролеры на стройке, медицинские бригады или кухни.
Женщины спали на двухъярусных кроватях, прижавшись друг к другу. Это была "несчастная ночь", потому что они не могли лежать столько, сколько хотели. Чтобы перевернуться, они должны были разбудить своих соседей по кровати.
Освобождение и жизнь после лагерей никогда не обсуждались, как и будущее после лагерей. Что ждет нас после освобождения? Та же Сибирь, только без работы, потому что найти работу бывшим политзаключенным было практически невозможно. Утром им давали баланду, в обед - кашу, а вечером - рыбный суп. Пока вы живы, это все, что имеет значение.
За Беллами присматривают охранники, которые особенно тщательно следят за чистотой. Вы не женщины, вы ублюдки!". Я кричал на них. Ты никогда не выберешься отсюда, ты умрешь здесь".
Нижне-Амурский ИТЛ, Хабаровский край, 1940-е годы.
Фото: из архивов Российского государственного архива.
Немцы пытались воссоздать эти ошеломляющие черные лагерные одежды с помощью кусочков стекла, потому что они не могли пользоваться ножницами", - рассказывает Вера. - Я сшила себе маленькое платье с бретельками, что было очень модно в то время. Руководство лагеря было очень возмущено этим. Конечно, я ничего такого не делал. Я даже получил благодарность от директора тюрьмы". Здесь женщины понимали, что они в лагере - а вы нет!".
Однако это были не все подобные замечания и насмешки.
Вера говорит: "В те дни самой большой наградой было не дать им сбежать". - Другими словами, если заключенный сделает хотя бы десять шагов в сторону от таблички с надписью "запрещено", его могут легко убить. За это они дали мне месячный отпуск, два чека на зарплату и серебряные часы. За время моего содержания под стражей только один охранник выстрелил в заключенного. Он намеренно велел ему зайти за табличку с надписью "Не курить", чтобы взять ветку для костра, а затем нажал на курок. На самом деле он хотел поехать к своей жене на каникулы.
История гласит, что позже охранник вернулся в лагерь и вдруг увидел во сне, что убитый им заключенный плывет к нему по воздуху. Он находился на вершине башни, испугался "призрака" и упал. Через несколько дней охранник скончался в больнице от полученных травм.
Для большинства "политиков" телескоп лагеря резко обрывается. К этому времени Вера тоже познакомилась с лагерем. Она участвовала в театральных постановках вместе с Майей, "девочкой из лагеря". Однажды на лагерной кухне состоялось представление "Снежных девушек", где Вера исполнила роль императора Берендея, а Майя - роль пастуха Лайла.
Они оба понимали, что обретут свободу только после смерти Сталина. Но в их сознании он почти бессмертен.
Фон - Комментарий переводчика.
Фото: предоставлено Государственным архивом Российской Федерации
'Мы жаждали смерти Сталина. Я верила, что его смерть приведет к переменам к лучшему", - сказала Майя. - Многие так думают, но все разговоры на эту тему заканчиваются словами "грузины будут жить дольше". Шансов на выживание нет".
Вскоре после смерти Сталина "политиков" начали освобождать, и режим в ГУЛАГе начал ослабевать. Между лагерями была разрешена переписка, можно было отправлять посылки, а бараки больше не запирались на ночь.
Дело Веры было передано на экспертизу ее близкому другу Юрию Нажбину. В конце концов она была освобождена и прошла реабилитацию. Вера возобновила работу в Институте иностранных языков имени Мориса Тольца.
Вера вспоминает: "Заключенные сказали мне, что шесть лет, которые я провела в тюрьме, не считаются. - Я отказался". Почему ты не можешь сосчитать все эти годы?". И. Они предложили: "Ну, тогда те годы, которые вы провели, работая в КГБ. Ну, я отказался еще больше.