И снова две близняшки-медресе, стоящие лицом к лицу, и снова одна из них носит имя просвещенного Улугбека, и снова внутри бесконечные сувенирные лавки. Если Бухара не первый город в узбекистанском трипе, то такие картины начинают наскучивать.
Но надо сказать, что второе медресе имени Абдулазиз-хана, это такая отчаянная попытка превзойти все предыдущие архитектурные творения. Заметно по фасаду и внутренним залам, но искусствоведы считают, что получился эпатаж.
А вот «классические» достижения Улугбека продолжают свое шествие, да еще и в увеличенном масштабе, на главной бухарской площади – на шахристане. Тут самые попсовые виды в городе, а поведение фотографирующихся чем-то напоминает движуху у Пизанской башни.
Друг на против друга правитель повелел воздвигнуть гигантские медресе Мири Араб и мечеть Калян. Последняя славится самым высоким и самым древним минаретом в стране, вокруг которого появилось множество легенд.
Например, с Чингисхана аж свалился шлем, когда он задрал голову, окидывая взглядом такую башню. А поднимая его, признался, что поклонился величию сооружения.
Или вот байка о том, как дурной шах приказал оттуда скинуть благочестивую и мудрую жену, а та не разбилась, потому что надела на себя все платья и штаны. Спустилась, как на парашюте.
Однако историки утверждают, что другим преступникам везло меньше. Власти довольно часто сбрасывали их с верхатуры в 15 этажей перед толпой зевак. Бухарский шахристан впечатляет.