В главном зале здания Сената собрались все. Сегодня здесь, как и всегда, будет вершиться история. Именно здесь, как это бывало по обыкновению, сегодня примут одно из самых судьбоносных решений для Рима.
– Господа сенаторы! С этим наглецом Цезарем нужно что-то делать. Он разрушил все существовавшие ранее устои! Ещё немного, и Риму придёт конец!
Трибуны ревели в знак согласия. Люди были готовы на всё, чтобы сохранить свою власть и остаться на верхушке. Все, кроме одного.
– Позвольте! Цезарь ещё не проиграл ни одной войны. Он помог нам присоединить беспокойную Галлию, что прежде не удавалось никому. Неужели вы, господа сенаторы, не понимаете одного: Цезарь – это лучшее, что могло случиться с Римом!
Оратор направил на него взгляд, полный злобы.
– Что ты несёшь, глупец? Сколько Цезарь заплатил тебе, чтобы ты защищал его в сенате?
– Нисколько, но сделал он многое для того, чтобы в Риме всё было хорошо. Или вы успели забыть, как нам жилось при его предшественниках?
– Вздор! - выкрикнул сенатор с другого конца зала. ‐ Ваш любимый Цезарь, будучи, без сомнения, великим полководцем, только разрушает! А раньше нам жилось очень даже неплохо. Уж по крайней мере, рабы знали своё место!
– Ну, во-первых, рабы – это вы! ‐ начал старец, вставший со своего места. - Вы зависите от своих денег ничуть не хуже рабов, зависящих от нашей милости. Богатство настолько сильно затуманило ваш разум, господа сенаторы, что вы уже не замечаете ни очевидных вещей, ни собственной неправоты. А во-вторых…
О втором можно было и не говорить. В зале Сената наступила гробовая тишина. Старец, поднявшийся со своего места и вставший на защиту "бунтаря", молча оглядывал присутствующих в зале. Все смотрели друг на друга, полные недоумения и шока, не в состоянии найти хоть слово против. Кажется, слова попали в "яблочко".
– …А во-вторых, - продолжил старец после нескольких секунд молчания, - если бы не эти рабы, о которых вы говорите, мы бы с вами попросту не находились здесь, поскольку умерли бы от голода. Именно ради мы обязаны тем, что у нас есть комфортная кровать, еда и напитки. Пришедший Цезарь, которого вы так яро стремитесь обвинить во всех грехах, подарил всем людям надежду, что всё изменится. И эту надежду вы отрицаете сами. Не будет Цезаря или его преемника – не будет и Рима. Вот моё слово!
– Ты, видимо, выжил из ума, старик! - тихо, словно набирая силу и пробивая застрявший в горле ком, начал оратор. - Ты не понимаешь, что говоришь!
"Глупый старик" лишь слегка, едва заметно, усмехнулся, после чего произнёс:
– Что ж, если так, то флаг вам в руки. Но потом не говорите мне о том, что я не предупреждал тебя! И я больше чем уверен: твоя голова полетит первой.
– Это мы ещё посмотрим!
***
Окровавленное тело Цезаря лежало на плитах. Истекая кровью, он смотрел вслед уходящему Бруту и из последних сил прошептал:
– И ты, Брут, меня предал. Не волнуйся, за меня отомстят, но ты никогда не узнаешь, кто!
Как жаль, что его убийца этого уже не услышал. Впрочем, стоило ли ему действительно это знать? Может быть, хоть так, на закате своей жизни, главный предатель Рима мог немного побыть счастливым или вспомнить, что это такое.
