Юрий окончил школу и в 16 лет уехал из Волгограда в Санкт-Петербург учиться на врача. Учеба давалась непросто, но упорство и стремление к знаниям сделали свое дело: Юрий получил диплом мануального терапевта и массажиста. Оказалось, что у парня дар!
Ещё больше удивительных историй вы найдете в нашем телеграм-канале «Подвиги обычных людей». Подпишитесь ❤️
За 35 лет врач с золотыми руками вылечил тысячи человек, поставил на ноги сотни российских и зарубежных спортсменов, люди приезжают к нему за помощью даже из США, Европы, Азии и Африки! Сейчас Юрий Алексеевич живет и работает в родном Волгограде.
В 2020 году 54-летний Юрий Дорожкин стал героем книги “100 подвигов обычных людей”. В интервью команде проекта «Подвиги» Юрий Алексеевич рассказал о своей жизни, многолетнем профессиональном пути и дальнейших планах.
— Юрий Алексеевич, начну с тяжёлого вопроса. Я читала, что проблемы со зрением у вас с детства. Это врождённое заболевание или свою роль сыграл какой-то внешний фактор?
— До восьми лет я был самым обычным ребёнком и отлично видел, а потом заболел ангиной. Единственный раз в жизни, но с тяжелейшим осложнением, которое и проявилось-то не сразу. Тогда зима была. Я вылечился и спокойно вернулся в школу. Только летом, находясь в детском лагере, я стал замечать, что со зрением у меня что-то не так. Вернулся после смены и рассказал родителям. Они отвели меня в районную поликлинику. Доктор меня посмотрел и… не поверил, что проблема действительно существует. Приближался новый учебный год, и он сказал, что с моими глазами всё в порядке, и я просто притворяюсь, чтобы не идти в школу.
Зрение, однако, продолжало ухудшаться. Учиться в обычной общеобразовательной школе я смог ещё примерно полтора года, а потом стал очень плохо видеть, даже сидя за первой партой. Дальнейшую учёбу я продолжил уже в Михайловской школе-интернате Волгоградской области для слабовидящих детей.
— Профессию массажиста вы выбрали для себя достаточно рано, в 16 лет и сразу после окончания школы уехали учиться в Санкт-Петербург. Почему сделали такой выбор? И почему учиться решили именно в Питере?
— Массажистом я решил стать уже после 9-го класса. Семья у нас многодетная была, и учиться до 11-го класса возможности не было. Собственно, я этого и не хотел. С моим зрением и отсутствием талантов, например, музыкальных, мне прямая дорога только в массажисты и была. Какими бы ни были мои проблемы со здоровьем, я взрослел и должен был сам зарабатывать себе на жизнь. Так что профессионально обучиться массажу и в последующем работать по специальности – именно то, что было мне нужно. А уехал я не совсем в Санкт-Петербург. Поступил в Мгинскую школу массажистов Ленинградской области. Сейчас это Мгинская школа-интернат для детей с нарушениями зрения. Отучился там два года. Почему поехал учиться именно туда? Всё просто – там работали с людьми, имеющими серьёзные проблемы со зрением, причём обучали очень качественно, не для галочки, а так, чтобы каждый потом мог найти достойную работу.
Некоторое время я работал по специальности в областной поликлинике, а затем вернулся домой, в Волгоград. Правда, задержался там совсем ненадолго – поступил в Кисловодское медицинское училище, ныне – Кисловодский медицинский колледж, на отделение медицинского массажа. Окончил его. Получил среднее медицинское образование.
— Было тяжело?
— На тот момент в пространстве я ориентировался нормально, так что обучение в другом городе проблемой для меня не было. К тому же в советские времена всё было просто. Сначала я жил в общежитии, затем мы с ребятами на троих снимали квартиру. Параллельно с учёбой мы все уже подрабатывали в санаториях. Специалистов-массажистов на тот момент было мало, поэтому проблем с трудоустройством у меня не было, но я всё равно мечтал работать в родном регионе.
— Из Кисловодска сразу вернулись в Волгоград?
— Нет, после Кисловодска я женился и уехал на Украину, в город Кривой Рог. Мне очень там нравилось. Там была отличная водолечебница. А в 1987 году я открыл кооператив, они тогда уже разрешены были. Занимался частной практикой. В кооперативе было два массажиста и врач-гирудотерапевт. Неплохие деньги зарабатывал на тот момент. Проработал там до 1994 года, а потом принял решение вернуться в Волгоград.
— Как на родине сложилась ваша карьера? Проблем с трудоустройством в лихие 90-е не возникло?
— К счастью, нет. С 1994 года я много лет работал в районной поликлинике, а в 2000 году параллельно продолжил и профессиональное обучение. Получил диплом Медицинского колледжа уже по специальности «Мануальная терапия». Из районной поликлиники уволился только в 2014 году.
— Читала, что сейчас вы в основном работаете со спортсменами. Представители каких видов спорта чаще всего обращаются за помощью?
— На самом деле, ещё работая в районной поликлинике, я подрабатывал в футбольных командах: команде 2-го дивизиона «Олимпия» и школьном клубе «Ротор». В данный момент я работаю в Спортивной школе олимпийского резерва по лёгкой атлетике.
— Почему вы стали работать именно с футболистами и легкоатлетами?
— В лёгкой атлетике и футболе много идентичных травм: растяжения, ушибы, разрывы связок… Это не то место, где можно нарабатывать обширную профессиональную практику, но зато ты всегда знаешь, как помочь, чтобы спортсмен после травмы мог скорее вернуться к тренировкам и профессиональной карьере, не навредив дополнительно своему организму.
— А работая в государственном медучреждении, практику удавалось нарабатывать?
— Однозначно! И если бы специалистам платили достойные зарплаты, они бы оттуда не уходили. К сожалению, пока так не получается, а жить надо. Но вернусь к травмам. В больницу люди обращаются с самыми разнообразными проблемами, отнюдь не всегда травматического характера. Причины этих проблем могут “расти” и из пульмонологии, и из хирургии, и из неврологии. В каждом случае надо разбираться индивидуально, и это очень интересно! А когда твой массаж буквально ставит человека на ноги, ты искренне за него радуешься, а за себя некое чувство гордости испытываешь.
— Сейчас вы в основном работаете со спортсменами, а обычный человек «с улицы» сможет к вам на приём попасть?
— Да, конечно, только уже не в государственном медучреждении. Сейчас у меня есть частный кабинет в одном из фитнес-клубов Волгограда. Принимаю там абсолютно всех, а не только спортсменов. Многие приезжают ко мне семьями. Часто приходят молодые родители с грудными детьми. К сожалению, проблемы бывают и в младенческом возрасте, хотя абсолютное большинство из них с помощью грамотного массажа можно устранить раз и навсегда. Самые распространённые диагнозы для таких малышей - нарушение двигательных функций, кривошея и дисплозия. Я им помогаю, а потом проходят годы, и уже они приводят ко мне на приём своих детей…
— К настоящему времени ваш трудовой стаж составляет уже более 30 лет. Количество тех, кого вы смогли поставить на ноги благодаря своему мастерству, измеряется сотнями, если не тысячами. Возникает чувство гордости за себя?
— 36 лет в этом году было… 30 лет – в медучреждениях, 6 лет – работа со спортсменами. О чувстве гордости уже говорил, хотя оно, наверное, скорее не за себя, а за результат, за то, что удалось помочь.
Я искренне рад, что помочь удаётся большинству обратившихся, но, к сожалению, всё же не всегда. Встречаются патологии неясной этиологии, и тут я оказываюсь бессилен. Например, приходит человек, жалуется на боли. Работаешь с ним, и единственное, что видишь во время осмотра – остеохондроз и больше ничего. Пытаешься снять ему зажатие и напряжение, облегчить состояние, а он продолжает жаловаться на то, что болит по-прежнему всё и всегда. Возникают мысли уже о психосоматическом расстройстве, а в данном случае массаж бессилен.
— Правда, что к вам на приём приезжают не только из разных регионов страны, но даже из-за рубежа?
— Правда, но только не потому, что я такой популярный, а просто потому, что приезжают ко мне выходцы из России, из Волгоградской области. Проживая в регионе, они были моими пациентами, а уехав, привозят ко мне на приём супругов-иностранцев, имеющих проблемы, которые другие массажисты, там за рубежом, решить не смогли. Они верят в меня и мои способности, а я всегда стараюсь максимально облегчить жизнь тем, кто обращается ко мне за помощью.
— А приходилось ли когда-нибудь жалеть о своём выборе?
— Нет, никогда. В своём деле я профессионал, а вот лучше я ничего делать точно не умею. Конечно, когда работал в госучреждениях, обидно было за наши мизерные зарплаты, когда для того, чтобы просто выжить, приходилось работать на износ.
— А какие-то запоминающиеся случаи из профессиональной практики вы могли бы рассказать?
— Так сразу и на ум ничего не приходит, слишком много людей за эти годы через мои руки прошло… Но вот не так давно встретил на улице человека. Он поздоровался и сказал: «Вы меня, наверное, не помните. Я у вас 15 лет назад был. Вы мне так помогли! До этого у меня так болела спина». Я его, конечно, не помнил, но приятно было слышать, что я ему помог, и он до сих пор меня помнит. А есть у меня пациент, который периодически ходит ко мне уже 20 лет. Его проблема знакома большинству из нас - остеохондроз, от которого навсегда не избавишься. На какое-то время массаж его состояние облегчает, а когда становится хуже, он снова приходит ко мне.
— Что говорят вам пациенты, отличается ли массаж зрячего врача от незрячего, “видите” ли вы руками?
— С пациентами мы этот вопрос не обсуждали, если честно, но лично я уверен, что мастерство не зависит от наличия либо отсутствия зрения. Всё зависит только от природных способностей и профессиональной подготовки. Выпускник Кисловодского медколледжа - почти всегда хороший специалист, а вот за медработников, окончивших двухмесячные курсы, я ручаться не могу. Мы в своё время проходили и точечный массаж, и мануальную терапию, и лечебную гимнастику, и медицинский массаж, и соединительный массаж, знакомились с прикладной кинезиологией и остеопатией. Только потом каждый выбирал то, что ближе именно ему и в чём он хотел бы специализироваться. Наверное, именно поэтому мне и удалось помочь стольким людям, а не из-за того, что, практически не видя, я как-то особенно чувствую пациентов руками.
— Много лет вы помогаете людям. Да, теоретически, это – работа, которую вы выполняете каждый день, а ещё это – настоящий дар, позволяющий спасать других. Оказав помощь стольким людям, продолжая делать это и сейчас, сами себя могли бы назвать героем? Если нет, то почему?
— Я не герой! Скорее всего, просто трудяга. Вернусь в прошлое. Работая на Украине, я брал 1,5 ставки при шестидневной рабочей неделе. Плюс по дороге домой я успевал «забежать» ещё к одному-двум частным пациентам. В итоге в день у меня могло выходить до 35 человек. Сейчас сам удивляюсь, как я мог это делать. Теперь за счёт отработанной техники я могу принимать за день человек 12-17.
— А кто для вас герой?
— Тот, кто может сделать что-то, что не каждому под силу.
— Расскажите, пожалуйста, о ваших дальнейших планах в жизни и профессии?
— Да тут и говорить особо не о чем. Работать буду дальше. Но ближайший план – достроить дом. Дочь я уже воспитал, теперь осталось достроить дом и дальше помогать людям так, как я умею это делать.