Приехали к деду утром, сразу попали за стол.
Бабка как всегда встретила пирогами с повидлом, варениками с творогом.
Бабкины пироги были всегда очень вкусными, но после них начинался страшный пожар внутри.
Дело в том, что пирог готовился с применением жира, а жир бабка могла положить и говяжий.
Его продавали в магазине отдельно, и тесто от него становилось рассыпчатым, и необыкновенно
вкусным, но для здоровья это было просто страшным ударом.
Конечно, если после такой еды целый день ездить на коне, или рубить деревья, то эта диета была
бы просто идеальной, но для городских людей это было слишком.
Жека кода смотрел «Приключения Шурика», в тот момент, когда Шурик разговаривал с бабкой
сторожем, которая поставила тесто, всегда орал показывая в экран — О! Бабу Лизу
показывают!
И действительно, бабка из фильма была полной копией Жекиной бабки.
Жекина бабка была одета в тот же клетчатый платок, вела себя так же, и тесто каждый день
поднималось в кастрюле или тазу.
При этом бабка не разрешала никому громко разговаривать, стучать, чтобы тесто не опало, и
топила в квартире так, что Жека просто задыхался, и всё это для того, чтобы тесто к утру
было готово.
Для Жеки находиться в такой температуре было просто пыткой, он не любил жить у бабки с
дедом.
Жека понимал, что его не за что было любить, да он в этом и не нуждался, его раздражали
отношения Тарзана с родственниками.
Жека не мог быть таким ласковым, как Тарзан, а бабка открыто не любила Жеку.
Когда Жеку впервые привезли на всё лето к деду с бабкой, то бабка ожидала, что Жека такой же
хороший мальчик, каким всегда был Тарзан. Она, так же как и Тарзану купила двух крольчат
Жеке, и надеялась на то, что Жека будет пасти их во дворе, и таким образом не сможет уйти
куда либо далеко.
А потом она так же «весело» пошутит, как она пошутила с маленьким Тарзаном и его отцом.
Она угостила их котлетами, и когда те их с аппетитом ели, сообщила, что они едят тех самых
кроликов. Отец вырвал, а Тарзан не только вырвал, но и разгромил всю кухню.
Бабка была очень натуральной, она рубила курам головы на колоде в центре двора, и могла
зарезать любую живность ловко и со смехом, в отличии от своего сына и его жены, матери
Жеки.
Однажды отец купил живую курицу, принёс домой и попросил Жекину мать её приготовить.
Она ответила, что приготовит, но пусть он сначала её убьёт.
Отец возмутился, ведь кур рубила всегда мать. Тут начался спор, кому быть палачом несчастной
курицы.
В итоге курицу подарили соседям, и её не только казнили на Жекиных глазах, но и тут
же ощипали.
В первый же день, когда Жеке подарили кроликов, он выйдя во двор предложил их купить
какому-то деду, за пятьдесят копеек, а на вырученные деньги, купил пачку сигарет и коробок
спичек.
И хотя Жеке было всего семь лет, он пошёл к столу, где сидели парни лет с десяти до
восемнадцати, угостил их всех сигаретами, ну и сам сел и пыхнул не по детски дымом.
Дело в том, что Жекин отец, ради шутки разрешал Жеке курить.
Мать конечно была против, но Тарзан с отцом были без ума от того, как Жека с папиросой
беломор-канал пускал дым сидя рядом с ними.
В Жекиной семье чёрный юмор процветал, и бабка в этом юмористическом театре играла не\
последнюю роль.
Просто её шутки касались еды, а у отца это касалось всего, чего только можно. Девизом этого
театра были строки из известного произведения Пушкина
- Ему и больно и смешно,
А мать грозит ему в окно...
Сидит Жека с братвой курит, и тут, как назло идёт Жекина бабка.
Пацаны спрятали сигареты за спину, и точно, как волк из «Ну! Погоди!» заулыбались бабке и
дергают Жеку за рукав, чтобы он тоже спрятал свою сигарету.
Но Жека смело продолжал курить, и бабка ведь видит, что все курят, только сигареты держат за
спиной, всем так же мило улыбается, и делает вид, что не видит, как Жека дымит, аки паровоз.
Но в конце не выдержала и говорит Жеке — А та чево здесь куришь?
Жека с гордостью ответил — А мне отец разрешает.
Бабка расстроилась и пошла домой. Когда Жека вернулся домой, то его ждало заседание
народного суда.
Вся семья сидела за столом, как народные заседатели, Жеке поставили табурет посреди кухни и
посадили, как подсудимого.
Прокурором обвинителем была бабка, дед был судьёй, тётка бросала реплики из зала, а её
ангелоподобный муж, дядька Олег был сочувствовавший Жеке народ, брат и сестра Жеки так
же были безмолвствующим народом.
Бабка начала вести допрос обвиняемого.
Начала она с вопроса - Где кролики?
На что Жека с солдатской прямотой ответил - Продал деду из дома напротив.
Прокурор - Как ты посмел, они же живые?!
Подсудимый — А я эту шутку знаю, когда они в конце лета вырастут, ты из них наделаешь
котлет и дашь мне их есть.
Прокурор — Ах!
Судья — Невольный смех.
Прокурор наносит судье удар полотенцем по голове.
Судья — Пытается не смеяться.
Прокурор - Несколько хлёстких ударов по голове судьи.
Тётка, как часть народа осуждающего подсудимого, радуется агрессивному поведению
прокурора.
Дядька Олег горько вздыхает и молчит жалея подсудимого.
Двоюродный брат с сестрой безмолвствуют выпучив голубые глаза.
Прокурор — Отвечай негодник, папка действительно тебе разрешает курить?!
Подсудимый- Да.
Прокурор — А что твоя мама в это время делает?
Подсудимый — Она смеются, как дед сейчас смеялся.
Прокурор снова нарушает порядок нанесением удара полотенца по голове деда.
Судья начинает громко во всю глотку ржать, суд и публика приходит в смятение, прокурор
начинает драться полотенцем, дед бесчинствует, и взяв Жеку на руки уносит в спальню, где
вместе с ним падает на огромную кровать и ржёт вместе с Жекой. А на кухне судилище над
Жекой приобретает вид стихийного митинга, на котором бабка наперебой с тёткой произносят
гневные революционные речи в стиле Ленина и его броневика.
Всё занавес.
Теперь, когда Жека приехал с Тарзаном к деду с бабкой, всё это рассказывается бабкой, как
весёлая история, но между Жекой и бабкой всё равно нет тёплых отношений, так как Жека не
может перенести отношений у бабки дома, в котором царит полный матриархат.
Естественно, Жека с Тарзаном, который курил как паровоз вышли покурить на улицу взяв с
собой дядьку Олега. Тот под их давлением закурил вместе сними.
Но тут, как назло домой из своей больницы возвращалась тётка.
Она так посмотрела на своего несчастного мужа, что тот просто уронил сигарету.