На волне постов про хозяев съёмных квартир вспомнилось. Квартира, которую мы снимали дофига лет назад, ещё на старте семейной жизни, была не просто убитая. Она выросла, прожила жизнь и состарилась вместе с домом. Когда строили Новосибирский Академгородок, были возведены "финские домики на 16 квартир", а по другой версии - домики из деревянных щитов для проживания строителей и коммунальщиков. Это было в далёком 1957 году, с тех пор дома подлатывались (но это не точно), а некоторые квартиры иногда подновлялись. К той, которую снимали мы, это не относилось.
Конечно же, там были нехитрые радости жизни в виде дивана и стола, крошечного совмещённого санузла и электричество. Стоило это всё восхитительно дёшево. Что из развлечений может прийти в голову часов в 11 вечера, когда на улице уже темно, а с потолка светит старая тусклая лампочка? Конечно же двигать диван. Это был первый этаж двухэтажной халабуды, так что совесть спала спокойно. Под диваном внезапно обнаружилась крышка заколоченного люка, покрытая многолетней пылью.
Все помнят фильмы ужасов? Устоять перед соблазном расколупать что-то, давным-давно забитое и ведущее в подвал, было абсолютно невозможно. Особенно ночью - старый дом, скрипящие доски и ржавые гвозди манили. С помощью такой-то матери и плоскогубцев люк был разблокирован, подсвечивая себе неярким фонарём мы хором сунули головы вниз, в темноту. Сказать что мы орали, летя назад - не сказать ничего. Хотя нет, мы хрипели от ужаса дуэтом. Из темноты на нас философски смотрели два голубых глаза с лица бледного привидения.
Вы знаете, как быстро можно запульнуть диван на место и забаррикадировать сверху раритетным столом, чтобы оно не вылезло? Я знаю. Мы сидели сверху на баррикаде и думали, где можно переночевать, чтобы нас не съели. Пойти сдаться волкам в лес казалось не такой уж плохой затеей. В подвале стояла тишина, оно точно сидело в засаде. Через час затея ночевать на столе, закинутом на диван, разонравилась обоим. Раскинуть лежбище на полу было страшно - вдруг оно съест нас прямо через пол. Решение было радикальным и исключительно разумным - нужно посмотреть что это. Вооружившись кухонной утварью, мы разобрали баррикаду и снова открыли люк.
Вокруг стояла глубокая ночь, в тусклом свете лампочки, с фонариком наперевес, мы засунули головы назад, в яму. Откусят, так откусят, но ночевать в неизвестности было страшнее. Глаза смотрели так же спокойно и философски. Сдавленно выдохнув от ужаса, мы осветили привидение посильнее. Это была старая, очень большая и пыльная фотография, раскрашенная вручную с нюансами в виде ярких голубых глаз и слегка тронутого цветом лица, что в полутьме создавало полное ощущение призрака. Пыль, поднятая ночной вознёй, придавала дополнительный флёр потустороннего в неярком свете фонарика. Старый хлам, сваленный в заброшенном подвале больше не был хищным привидением, сидящим в засаде. Он был просто старым хламом.
