Когда Сигурд с молодой женой прибыли в родовое гнездо королей бургундов, Брунгильда отъехала в дальние владенья. Там намечался военный конфликт. И королева вызвалась уладить намечающееся разногласие.
Как по мне – странное решение. Отправить богиню войны, пусть и бывшую, умиротворить и предотвратить военную эскалацию.
Утром молодой воин проснулся в хорошем расположении духа. Плотно позавтракав, Сигурд и Гуннар с братом направились на конюшню. Выбрать себе лошадь. Через несколько часов охота. Зигфрид, так его ещё называют, не о чём не догадывается.
Оседлав своих коней, мужчины поехали развлекаться. Да, для людей того времени охота – вид досуга.
-Собаки взяли след, - прошептал Хёгни, стараясь не шуметь.
Сигурд спешился. Вслед за ним с лошади спрыгнул Гюнтер.
-Ступай на северо-восток, я слышал там какой-то шум, - на грани слышимости проговорил Гуннар.
Зигфрид вынул из ножен свой кинжал и в следующие мгновение ощутил острую боль в спине. Сигурд упал, но оставался в сознании.
-Добить его или пусть помучается? – вслух, как бы издевается над ним, сказал Хёгни.
-Я не хочу добивать моего друга, - ответил король, - Надо перевязать рану и отвезти к замку.
Королевский брат посмотрел на Гуннара, как на умалишенного.
-Ты с ума сошёл?!
-Как, по твоему, Брунхильд узнает о его смерти? Она на слово не поверит.
В тот же вечер, ещё на небосклоне было солнце, Гуннар и Хёгни въехали на территорию замка. Но Сигурд, к тому времени, представлял собой хладный труп.
Накануне злополучной охоты в замок, инкогнито, прибыла королева. В её сердце всё также горел огонёк гнева и мести. Но увидев бездыханное тело возлюбленного, что-то с ней стало. Словно пелена упала.
Заплакать на людях? Гордость не позволяет. Поэтому она даже не подошла к трупу. И только когда за Брунгильдой захлопнулась дверь её покоев, она расплакалась.
Выпал первый робкий снег. Как назло, под окнами королевы соорудили погребальный костёр.
Глубокой ночью, когда костёр погас, она сидела на кровати, обхватив колени руками. Её подушка была мокрая от слёз. Она продолжала плакать по нему.
Наконец, Брунхильд прошептала:
-Нет мне жизни без Сигурда, - с этими словами она подбежала к своему ларцу и, открыв его, достала кинжал. Это был не простой клинок. Подарок самого Одина.
Ближе к утру она совершила самоубийство. Стоя у окна, и бросив последний взгляд на давно уже потухший погребальный костёр, она подняла клинок ввысь, вздохнула, и на выдохе пронзила себя им.
Что ж, будем надеется, что в печальном загробном мире богини Хель они воссоединятся.