Самый странный телефоный разговор в моей жизни я имел с сотрудницей книжного интернет-магазина «Лабиринт». Было это примерно так.
— Здравствуйте, — говорю я.
— Здравствуйте, — говорит она, и мы оба представляемся. — Ваша ассистент Диана направила нам прайс-лист Чтива, я хотела бы с вами пообщаться по этому поводу.
— Конечно.
— Вот у вас в прайс-листе есть печатные издания, цифровые, книги 2.0… Кстати, что такое книги 2.0?
— Это компактный носитель цифрового издания, коллекционная карта, — отвечаю.
— Ясно. Ну да неважно, всё равно их у вас в наличии нет. Не понимаю, кстати, почему Диана прислала нам прайс-лист с товарами, которых нет в наличии….
«Потому что у нас один прайс-лист для всех в общем доступе, и когда что-то кончается, мы не удаляем товар, а ставим пометку "нет в наличии", пока не появится снова», — мог бы ответить я.
— …Ну да ладно! — продолжает она. — Вот у вас печатное издание «Проститутки на обочине» Эриха фон Неффа. Я бы, конечно, такую книгу в жизни не взяла на витрину!
— Почему?
— А вы сами не понимаете?
— Нет, — отвечаю ей с живым интересом, — объясните, пожалуйста.
— Потому что там в названии слово «Проститутки».
— И?
— И потому что есть Уголовный кодекс Российской Федерации.
— Так-так.
— И есть люди, которые могут странно отреагировать на слово «Проститутки» в названии книги.
— Люди на что угодно могут странно отреагировать. Проститутки-то чем виноваты?
— Тем, что если кто-то напишет жалобу, то у нас будут суды, — отвечает дама.
— Но уголовный кодекс не запрещает слово «Проститутки» в названии книг. Насколько мне известно. А у вас другие сведения?
— Ой, вы такой умный! — ядовито восклицает она. — Конечно, вы во всём правы, во всём! Ну давайте смотреть дальше. Вот у вас книга «Овердрайв» Сергея Иннера. Её мы взять могли бы. Стоит она у вас по закупочной цене триста рублей. Значит, у нас на витрине она будет по восемьсот, и никто её не будет покупать. Может, только когда будет акция, и она станет по пятьсот. И рассчитываемся мы только через полгода, после сдачи всей отчётности — короче, вам с нами будет трудно, понимаете?
— Отчётливо, — говорю. — Только нам и без вас нелегко, мы привыкли. В общем, навязываться мы не станем. Если считаете целесообразным сотрудничать, давайте попробуем. Если нет — нет.
— Ой, ну опять вы во всём правы! — с прежней эмоцией восклицает она. — Одна я тут не то говорю, не так сижу, не так лежу! Всего доброго!
И даёт отбой.
Мне понадобилось несколько дней, чтобы осмыслить эту ситуацию. Да, мы живём в стране вахтёров. Но как люди с сознанием вахтёра оказываются на ответственных должностях в крупных книготорговых организациях? У меня нет ответа. Вернее, есть. Но настолько печальный, что верить в то, что это правда, не хочется.
Самое интересное, что вскоре собеседница ответила письменно моей ассистенту Диане, притом довольно внятно. Если в двух словах, то:
«Мы уже пробовали сотрудничать с поставщиками, у которых менее десяти позиций товара, и это был неудачный опыт».
Такой ответ и меня бы вполне устроил. Зачем она звонила? Почему говорила все эти вещи?
Пошёл на сайт «Лабиринта», вбил в поиск слово «Проститутка», результаты:
1. «Женщина преступница и проститутка», Ломброзо Чезаре.
2. «Не плачь, проститутка», Кузьмин Сергей.
3. «Пеперль — дочь венской проститутки», Мутценбахер Жозефина, издательство «Институт Соитологии» (!!!).
4. «История жизни венской проститутки, рассказанная ею самой», Мутценбахер Жозефина.
5. «Интимный дневник. Записки лондонской проститутки», Бель де Жур.
И наконец:
6. «Призрак Проститутки», Мейлер Норман.
Я это всё к чему. Будье ласковы, посоветуйте приложение для записи входящих звонков. Вселенная подсказывает, что оно мне необходимо. Потому что если так пойдёт дальше, вы уже точно перестанете верить мне на слово, и, знаете, мне не в чем будет вас попрекнуть.