НЕЧИЛЛОСОФИЯ
Если «Фонтан», и «Черный квадрат» две самые яркие манифестации факта смерти искусства, а Малевич и Дюшан убийцы искусства начала XX века, то ты воруешь помидоры.
- Что делать теперь, после оргии? в кружочке чата телеграм спросила планета земля и поставила напоминание на очередное стихийное бедствие
My vibe right now is just living life. В моменты серьёзных потрясений, люди обычно начинают мириться с тем с кем давно не общались из-за обиды или резко принимают решение менять свою жизнь полностью и переезжать в Мексику. Саша в критические моменты обычно крайне собрана, план спасения продуман и она просто живёт свою жизнь так, как может сейчас. Стихийные бедствия наводят меня на мысль о том, а что если земля вообще не была создана для жизни и она просто живёт своими процессами? Пока вокруг рушились дома и от ужаса кричали люди, Саша сидела на заснеженной лавке в парке и писала рассказ о планете Земля, о том, что Земля никогда не предназначалась для жизни здесь любых форм жизни и она просто пытается жить свою жизнь процессами, которые заложены в ней. Как планета земля сидит на диване у местного планетарного психолога и рассказывает о том, как нарушаются её границы, как сложно ей выстраивать коммуникацию с теми, кого она даже не приглашала на свою территорию и как она мучается психосоматикой от нежелательного контакта. А где-то в общем планетарном чате Марс пишет о том, что у него панические атаки из-за того, что боится что его постигнет участь планеты Земля и как в кошмарах ему снится как к нему летит Илон Маск. А Плутон депрессивно смотрит на это всё с мыслями о том, что у этих в жизни хотя бы что-то происходит, они нужны и интересны кому-то, а он просто карликовая планета. Страшное горе. Обычные процессы жизнедеятельности. Трендовый рассказ.
- Мою кошку сбила машина, разберитесь пожалуйста, сказала сотрудникам полиции, стоя на столе и пытаясь взглянуть на самое тяжёлое в моей жизни расставание под другим углом
Мы влюбляемся в определённое состояние рядом с человеком. В спокойствие или детскую наивную радость. Любые отношения это взаимообмен, вопрос в том счастьем или травмами. Возможно ты жертва и ищешь спасателя, ты не хочешь быть спасённой, тебе важен процесс спасения, как непрекращающийся оргазм, и человек-спасатель даст тебе это, потому что ему тоже важен исключительно процесс, а не сам факт спасения. Возможно ты любишь страдания, как караоке с самыми грустными песнями про расставание. Возможно ты ищешь защитника, потому что сам не в состоянии отстоять свои границы. Возможно тебе нужна очередная победа в виде разбитого сердца. Возможно ты искатель здоровой любви. Всё есть нормальность. Без иллюзий, здоровые отношения это красиво, но практически всегда неправда, у всех есть взлёты и падения. В основном мы скрепляемся страхами, травмами, одиночеством и вместе уже не так страшно, как прятаться ночью от монстра в шкафу, можно хотя бы ручки друг с другом подержаться. Любые отношения это поиск нужного тебе в данный момент состояния. Человеку нужен человек, несмотря на все эти умные мысли о том, что нужно быть счастливым с самим собой, быть интересным самому себе. Мы живём в социальном мире, каждому хочется нежных объятий и откровенных разговоров, каждому хочется после тяжелого дня идти домой и знать, что там тебя ждут и любят. Люди умирают от одиночества. Любое состояние гораздо ценнее разделить в кем-то, нежели наслаждаться одному, даже самый красивый рассвет красивее с тем, кого любишь и кто любит тебя. Любовь это фундамент, опираясь на который ты в состоянии прыгнуть выше, идеально если прыгнуть выше у вас получается вместе, а потом ещё выше. Не тянуть за собой того, кому хорошо внизу или на метр выше, когда ты стремишься быть на три метра выше неба.
- На войну меня не взяли и я поехал думать в Америку, сказал одинокий шаман, вплетая разноцветные бусинки в старый бубен в интервью на станции метро "А что если?"
Идея прогресса исчезла, но прогресс продолжается. Искусство размножается. Антиискусство размножается. Радикализм размножается. И вознесения всех мистерий и антимистерий размножается. Как главная задача, которую решает рококо-кубист — организовать плоскость картины по законам декоративности, мы движемся в сторону того, что ещё не было, когда казалось бы было уже всё.
Моя идея заключалась в том, чтобы вложить мозги туда, где всегда были только глаза. Марсель Дюшан