Об Иване Аксакове все ж слышали со школьной скамьи. Был он барин, поэт и славянолюб. Ну и вообще, судя по биографии, слыл человеком неравнодушным и даже под полицейским надзором побывавшим. Прочитал вот сегодня, как он, возмущенный выдвинутыми России условиями Берлинского конгресса призывал к войне со всей Европой.
Я пожал плечами и кинулся писать следующее. С какой Европой требовал войны Аксаков? Что за чудачества? С Францией собирался воевать, которая, после Седана и Меца, смотрела, едва дыша, на Россию как на единственного гаранта своей зыбкой тогда независимости?
Или Ивана Сергеевича так пугал британский флот – также как и его хозяев стращало продвижение русских войск в Средней Азии. к рубежам Индии? Или продемонстрировавшие свою слабость при Кениггреце австрийцы ужас наводили?
Про немцев вообще молчу – до воцарения импульсивного Вильгельма II оставалось еще десять лет. Неужто Аксаков так не ориентировался в международной обстановке того времени, как и Александра II, без каких бы то ни было оснований согласившийся на пощечину Берлинским трактатом? Какая война? С кем?
Так вот, написав все это я, таки, отыскал речь Ивана Сергеевича в Славянском комитете – прям страстную и произнесенную еще до ратификации принятых в Берлине решений Александром II. Столп славянолюбов наивно думал, что император, возмутившись, пошлет господ европейцев куда подальше. Не послал, как известно. Но.
Но оказывается речь Аксакова созвучна мною написанному. Ибо призывая к войне, он тоже не верил в нее. То есть его мышление не определяла инерция Крымской войны, мешавшая в Петербурге верно оценить расклад сил в Европе.
Вот отрывок, моим рассуждениям созвучный: «Да и кто бы в Европе действительно отважился теперь на войну? Не Англии же, в самом деле, с ее Индийскими чудищами, можем мы опасаться на суше, а от войны на море она потерпит сильнее чем мы. Не Австрия же, у которой, по выражению покойного Тютчева, все тело – Ахиллесова пятка, которая именно войны с Россией пуще всего и боится, потому что только от одной решимости России зависит вызвать на свет Божий „Австрийский вопрос“ (здесь видимо речь шла об апелляции к патриотическим чувствам венгров, в 1848 году едва не отделившихся от Габсбургов, и удержанных в теле лоскутной монархии только русскими штыками – И.Х).…»http://bgdiaspora.h3b.ru/8872?ysclid=le1ffhrvgg186862432.
Аксаков, отдадим ему должное, оказался более прозорлив, нежели Александр II и неудачно отстаивавший интересы России на конгрессе Горчаков. Надо было вместо последнего в германскую столицу Ивана Сергеевича и отправлять. Проку, поди, больше было бы.
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал
Игорь Ходаков