Последний директор исторического «Манежа» Станислав Каракаш скончался чуть больше года назад в возрасте 78 лет. Пожар 2004 года в центральном выставочным зале Москвы, которым Каракаш руководил с 1994 года, сыграл в его судьбе роковую роль. Переживания из-за случившегося подорвали здоровье – многие годы Каракаш боролся с болезнью Паркинсона, в итоге она взяла верх. Но остался живописный «двойник», некогда созданный Татьяной Назаренко на фанере. Именно он встречает посетителей выставки «Выбор» в галерее «Файн арт». Станислав Каракаш стоит как живой среди работ художников, с которыми у него сложились глубоко личные отношения.
Галерея «Файн арт» отмечает свое 30-летие серией проектов, где показывает коллекции людей, близких арт-площадке. Начали с выставок художников, которые выросли на глазах Марины Образцовой и Ирины Филатовой, основавших галерею на заре 90-х. В прошлом году состоялись проекты Дмитрия Шорина и Тимофея Смирнова. Теперь дело дошло до коллекционеров, с которыми за годы у галереи сложились личные отношения. Среди них – и Станислав Каракаш, которого, как и Ирины Филатовой, уже нет на этом свете. Он продолжает жить в своей коллекции.
Картина Тимофея Смирнова по мотивам известной работы Ильи Репина
Станислав Каракаш пришел в художественный мир из театрального, и это чувствуется на выставке. Выбирала работы из его коллекции Марины Образцовой. Экспозиция получилась своеобразной умиротворенной и при этом драматической декорацией, на фоне которой стоит фигура Станислава Юрьевича.
Марина Образцова
Больше всего здесь изображений дверей и окон – они словно выход в некий иной мир, другую реальность. Вот покосившаяся открытая дверь, написанная Семеном Агроскиным в 2006-м году. Она исполнена в печальных зеленоватых тонах и ведет в неизвестную черноту. А вот «Табурет» Андрея Красулина – картина тоже напоминает портал. В отличие от этой работы на грани фигуративности и абстракции, окно Леонида Семейко выписано с предельной точностью: мы видим каждую складочку шторы, каждый изгиб проема особняка в стиле модерн, различим каждый кирпичик стены. Но и тут мы оказываемся лицом к лицу с пустой и неизвестностью. Сам Каракаш стоит в углу между картиной с дверью в некое обветшалое историческое здание, написанное Тамарой Гудзенко, и акварельным пейзажем кисти Анатолия Слепышева, наполненным экспрессией и движением.
«Табурет» Андрея Красулина
Среди дверей-порталов есть и работы другого содержания, которые разыгрывают свой сюжет на фоне этих декораций. На самом видном месте картина Татьяны Назаренко «Деревенские радости». Перед нами мужчина и женщина с опустошенными лицами и рюмками. В образах этих людей нет радости, зато между ними есть близость, спасающая от окружающей тоски.
Окно Леонида Семейко
На картине «Конфликт» (1998) Валентин Гидулянов изображает противостояние вилки и ложки – оба столовых прибора неестественно изогнуты и словно накалены. Удивление и ирония с ноткой грусти читается в лицах героев картины Тимофея Смирнова «Жди меня, и я вернусь…», написанной по мотивам известного полотна Ильи Репина «Не ждали». Над школьниками, смотрящими куда то в сторону, летит задумчивый ангел…
«Конфликт»
Коллекция Станислава Каракаша складывалась спонтанно, волею случая. Многие художники дарили ему работы, другие он покупал – из благодарности за участие в его проектах. Из этого живописного массива Марина Образцова выбрала отдельные работы, которые превратились вместе в посвящение человеку, сыгравшему свою роль в истории российской культуры.
– Однажды, в 2006-м году, он задумал мюзикл «Белоснежка», – рассказывает вдова Татьяна Каракаш. – Художники пели каждый свою роль, писали каждый свое дерево, из которых вырастал лес. Белоснежкой была Татьяна Назаренко. Роли были выучены, деревья написаны, но Станислав Юрьевич заболел и пришлось все отменить. Все эти авторы есть на выставке.
– Чем он занимался до «Манежа» и что привело его в центральный выставочный зал на должность директора?
– Он художник-постановщик, окончил школу-студию МХАТ. Много лет работал в разных театрах – на Таганке, в Моссовете, Театре Станиславского. Театральная карьера завершилась, когда он стал директором еврейского центра. В 1990-е о пришел в «Манеж» на выставку «Арт-миф», она ему очень понравилась, в результате его пригласили на должность директора «Манежа», где он начал делать ярмарку «Арт-Манеж». Постепенно ярмарка набрала обороты и вес.
– Пожар 2004 года, который уничтожил историческое здание, изменил судьбу Станислава Юрьевича. Он сам ушел с должности?
– Пожар оставил тяжелый след. Во время него погибло двое пожарных. Станислав Юрьевич очень переживал. Было возбуждено уголовное дело по факту пожара и гибели людей. Это все нелегко далось и привело к болезни. Но он не сдавался, работал в «Малом Манеже», а после два года исполнительным директором в Музее архитектуры, а потом совсем ушел.
– Портрет Станислава Юрьевича кисти Татьяны Назаренко. Когда он появился?
– Таня делала подобные фигуры на фанере с 1990-х. Придумала их к ретроспективе «Переход» в Третьяковке. Подобные фигуры разных людей были и на ее выставке «Будущее в прошлом» в Московском музее современного искусства в 2020-м году. Однажды у нее была выставка в «Манеже» и для нее она написала портрет на фанере моего мужа. Он встречал всех посетителей на входе. Теперь его нет, а портрет ходит по выставкам – вместо него.
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Мария Москвичева