Дом в Ялте Антон Павлович Чехов построил всего за десять месяцев.
Когда у него открылся туберкулезный процесс, врачи дали совет: на юг!
Но уехать жить в Италию, как Гоголь и Горький, Чехов не хотел: «Работать за чужим письменным столом я не могу… В Крыму уютней, и ближе к России».
Он купил в Ялте голый участок на косогоре, вдали от моря (писал родным, что до моря 15 мин ходьбы), где не было ни кустов ни деревьев, а лишь заброшенный виноградник.
А рядом за забором было татарское кладбище.
Проект дома разработал Лев Шаповалов, двадцатисемилетний преподаватель рисования. Он и стал известен благодаря этому проекту. Здание получилось наполовину мавританским, наполовину европейским.
Сад Чехов посадил сам. Выписывал растения из одесских питомников и Никитского ботанического сада. В первый же год высадил двенадцать черешен, два миндальных дерева и четыре пирамидальных шелковицы, а ещё бамбук.
Он сажал кусты и деревья так, чтобы в его саду круглый год что-то цвело.
Скучать ему было некогда.
Ольга Книппер, жена, написала ему в 1901 году: «Душа начинает ныть, когда я вспоминаю о твоей тихой тоске, которая у тебя, кажется, так глубоко сидит в душе».
На что он ответил: «Какой это вздор... Никакой у меня тоски нет и не было».
А Горькому написал: «Мне скучно не в смысле тоски существования, а просто скучно без людей, без музыки, которую я люблю, и без женщин, которых в Ялте нет. Скучно без икры и без кислой капусты».
Женщины, конечно были вокруг него всегда. Вся Ялта смеялась над чеховскими поклонницами, которые преследовали его на набережной и по дороге на Аутку. Их прозвали «антоновками».
Но Антон не поддавался искушению перепробовать запретные плоды, вел жизнь уединенную, и стал подписывать свои письма: «Антоний, епископ Мелиховский, Ауткинский и Кучукойский».
Про "антоновок" будет отдельный рассказ.
Саша Черный написал в 1922 году:
Ах, зачем нет Чехова на свете!
Сколько вздорных - пеших и верхом,
С багажом готовых междометий
Осаждало в Ялте милый дом...
День за днем толклись они, как крысы,
Словно он был мировой боксер.
Он шутил, смотрел на кипарисы
И прищурясь слушал скучный вздор.
Я б тайком пришел к нему иначе:
Если б жил он,- горькие мечты!-
Подошел бы я к решетке дачи
Посмотреть на милые черты.
А когда б он тихими шагами
Подошел случайно вдруг ко мне -
Я б, склонясь, закрыл лицо руками
И исчез в вечерней тишине.