Однажды Маша интересное мнение в газете прочла. Знаменитый астролог делился. Коли вы, писал астролог в том мнении, в нынешнем супружестве не сильно радостно улыбаетесь, не поете зябликом по утрам, то объяснение тут единственное: где-то мимо своей заветной любви прошли. Не разглядели ее, любовь эту настоящую. И не уцепились. Не дали, так сказать, большому чувству уродиться. Хотя мудрая судьба вам его настойчивым манером подсовывала. А вы все прошляпили. Отмахнулись легкомысленно. Теперь и расхлебывайте - живите с человеком случайным. Мыкайтесь. Сами виноватые.
И Маша крепко тут призадумалась. Это что же выходит? Судьба - будто заботливая бабуся с пирожками - ей какую-то заветную любовь все выдавала. А она, Маша, маху дала - прохлопала подарок. И сидит сейчас с мужем Васей. И улыбается поэтому редко. А чему улыбаться? Чего зубы скалить, если супруг-то не по судьбе случился? Оттолкнула Маша щедрую руку с пирожком, а подобрала себе постный сухарь местного хлебозавода. И теперь скучно зевают они друг на друга - Маша и сухарь Василий. На работу ходят и вечером спать ложатся. Сына, шалопая, еще в промежутках воспитывают. Ипотечный кредит выплачивают. С весны огород окучивают. Не до улыбок им. С ума они сошли, что ли, соловьями заливаться? Тут уж ближнего своего не загрызть - и то хорошо.
И перебирать в памяти начала Маша подарки от судьбы. Где там любовь эта послана была? Где прохлопала она шанс? Отчего теперь зябликом не заливается?
Вот, допустим, первую свою любовь припомнила. Школьную еще. Маша там такая влюбленная была, что позови ее девятиклассник Гриша на Северный полюс босиком бежать, то и побежала бы. Но Гриша этот не шибко на Машу внимания обращал - он был влюбленный в молодую географичку. А ежели бы она, к примеру, упорство проявила? Географию бы всю наизусть вызубрила, в пединститут вступила. Мушку над губой бы рисовала - такая мушка у географички красовалась. Неужто бы и устоял? И представила Маша - как жили бы они сейчас семьей. Гриша-то этот давно многодетный отец. Штук семь детей у них с супругой. Или даже восемь. Все погодки. Такой вот плодовитый мужчина из Гриши вырос. И у Маши, небось, тоже бы нынче этих восемь детей было. Целых восемь шалопаев! Э, нет. Лучше уж с Васей огород окучивать - поспокойнее это, небось.
Потом еще студент Митя попадался на жизненном пути. Этот красивый был. Будто заграничный киноактер. А танцевал как! Но - выпивал. И дрался потом со всеми. Если не с кем было - с фонарями и столбами дрался. Напрыгивал на них с рыком, руками махал. Может, и Машу бы сейчас лупил. Пьянствовал. Из дому бы тащил ценные вещи. И она бы ходила с синяком под глазом - прятала по соседям цветной телевизор. Маша Митю видела в прошлом году у продовольственного магазина - морда оплывшая и к прохожим пристает - предлагает “болгарку” с рук у него приобрести. А сам жалкий. Машу не признал. Ну его, подарок этакий. Сами кушайте. Василий - хоть и сухарь - все в дом несет. Будто бурундук в норку.
Олега Петровича еще, конечно, вспомнила. Это уже на службе любовь небольшая случилась. Олег Петрович на кота смахивал. Ласково глазами хлопал. Щурился на Машу и облизывался. И теплыми ладошками обнимал якобы случайно. Пройдет - и обнимет. Конфеты в коробках приносил - “Вишня в коньяке”. Потом уж выяснилось - Олег Петрович двоеженец настоящий. И в вечном поиске бродит - третью жену выбирает. Тьфу на его конфеты. Василий, муж, в этом смысле удачный получился - к другим женщинам равнодушный. Однолюб. Это так о себе сам он говорит.
И вот думает Маша, думает - где прохлопала, где не разглядела? И вовсе уж непонятных кадров на жизненном пути вспоминает - то приставучего соседа по купе в поезде, то врача, который ей аппендикс очень удачно вырезал, то хмурого соседа, от которого жена ушла.
А тут и Василий пришел, сухарь и случайный муж.
- Маня, - говорит он с порога, - весной-то на улице как пахнет. А ты сидишь - мух считаешь. На огород скоро уж поедем. Тяпки готовь.
А Маша улыбается: пусть тяпки и муж случайный. Но правда ведь - не за горами весна. Тепло будет и небо синее. И трели зябликов даже слышит Маша. Отдаленные трели, но разобрать уже можно.