О надвигающейся опасности на границе Турции и Сирии геофизики знали ещё в 2021 году. Почему это знание не помогло?
Первые тревожные прогнозы о возможном землетрясении в Турции появились ещё в середине 2021 года, то есть полтора года назад, рассказал Лайфу старший научный сотрудник Института теории прогноза землетрясений и математической геофизики РАН (ИТПЗ), доктор физико-математических наук Владимир Кособоков.
Ранее его коллеги сообщили на пресс-конференции, что в январе 2023 года институт выпустил очередной регулярный прогноз. Он составляется дважды в год по специальному алгоритму М8, в нём указываются места вероятных подземных толчков магнитудой 8 и выше. Отмечается, что центральные и южные регионы Турции в этом прогнозе фигурировали. Владимир Кособоков заверил, что учёные постоянно обмениваются такой информацией с коллегами в разных странах.
— Эти прогнозы, как только они составляются, тут же рассылаются в 100–150 адресов по всему миру. В этом списке представлены и турецкие учёные. Но эта информация для учёных с просьбой о надлежащей конфиденциальности распространения таких прогнозов, — рассказал доктор физико-математических наук.
Возникает вопрос: почему же этой информацией не воспользовались, чтобы хоть как-то уменьшить тяжесть последствий бедствия? Но, как выясняется, это вопрос не к учёным, а к людям, которые принимают решения на руководящих постах, должны держать связь с учёными и таким образом контролировать ситуацию.
— Полностью избежать того масштаба бедствия, который сейчас наблюдается, наверное, вряд ли было возможно, но проведение мероприятий по проверке критических сооружений и учений для населения и служб гражданской обороны о том, как себя вести в подобных ситуациях, могло бы уменьшить последствия, сократить количество жертв, — уверен Владимир Кособоков.
Критериев для объявления эвакуации людей в прогнозах землетрясений не существует, объяснил доктор наук. По его словам, есть только системы раннего предупреждения, но они работают, когда землетрясение уже произошло, а ударная волна ещё не успела дойти до территории, где объявляется такое предупреждение. Но главная проблема не в этом, посетовал специалист ИТПЗ.
Архитектурные сооружения по всему миру возводят с учётом возможного землетрясения, объясняет учёный, но есть много вопросов к качеству этих расчётов. По словам Владимира Кособокова, в конце XX века архитекторы стали рассчитывать нужную прочность зданий на основе оценок вероятной силы подземных толчков в данном месте в выбранный период времени. Этот вероятностный подход, с его точки зрения, часто неверен.
— Эти оценки систематически оказываются ошибочными. Причём ошибка довольно большая. Практически все сильнейшие и самые смертоносные землетрясения происходят в районах, где указан неверный уровень сейсмической опасности на вероятностных картах. Он существенно занижен в местах, где катастрофические землетрясения возможны, и занижен на обширных территориях, где сильные землетрясения в принципе невозможны, — подчёркивает геофизик.
Если территория потенциально сейсмоопасна, это не значит, что там нельзя жить. Это значит, что там надо строить максимально прочные здания и сооружения, убеждён Владимир Кособоков.
Учёный привёл в пример землетрясение 1989 года недалеко от Сан-Франциско. Тогда погибло более 60 человек, рухнуло 80 мостов, на несколько недель прекратилось движение автомобилей. Эпицентр бедствия находился вблизи разлома Сан-Андреас, который разделяет две литосферные плиты: Тихоокеанскую и Северо-Американскую. Тем не менее там благополучно живут люди. Но живут они в сейсмостойких, качественно построенных и, как правило, невысоких домах, пояснил учёный.