Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мысли о важном

Так ли велик Петр I?

Сейчас пристальное внимание уделяют преподаванию истории в школах и вузах. Но прежде всего на уроках истории должны пытаться учить критическому мышлению. Не все что пишется в учебниках или говориться в СМИ есть беспрекословная истина. Не надо забывать множество оценок, взглядов и мнений на тот или иной период истории, знать контекст и историю развития этих взглядов. Даже может быть, выносить это отдельным курсом. Ведь не секрет, что власть во все времена пытается изменить историю, используя административный ресурс, в свою пользу. Вот и теперь история подверглась пристальному вниманию властей, в данном случае, император Петр, юбилей которого так праздновался, неожиданно бурно в прошлом году. Но почему-то без исторических дискуссий и анализа результатов правления. Общим местом стало восхваления Петра как великого реформатора, как со стороны власти, так и либералов, “поднимателя с колен” лапотной и дремучей России, с помощью введения европейского летоисчисления и отрубания бород. Иногда

Сейчас пристальное внимание уделяют преподаванию истории в школах и вузах. Но прежде всего на уроках истории должны пытаться учить критическому мышлению. Не все что пишется в учебниках или говориться в СМИ есть беспрекословная истина. Не надо забывать множество оценок, взглядов и мнений на тот или иной период истории, знать контекст и историю развития этих взглядов. Даже может быть, выносить это отдельным курсом. Ведь не секрет, что власть во все времена пытается изменить историю, используя административный ресурс, в свою пользу.

Памятник Михаила Шемякина  Петру I в Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге
Памятник Михаила Шемякина Петру I в Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге

Вот и теперь история подверглась пристальному вниманию властей, в данном случае, император Петр, юбилей которого так праздновался, неожиданно бурно в прошлом году. Но почему-то без исторических дискуссий и анализа результатов правления. Общим местом стало восхваления Петра как великого реформатора, как со стороны власти, так и либералов, “поднимателя с колен” лапотной и дремучей России, с помощью введения европейского летоисчисления и отрубания бород. Иногда даже с головами.

Никакой критики, абсолютно. Но ведь один человек, по сути тиран, насильно запихнувший Россию в европейское платье и окончательно разделивший Россию на аристократическую и крестьянскую, подчинивший государству церковь, сделав ее слугой системы, может ошибаться. Причем жестоко, не считаясь с напрасными жертвами бесконечных войн. Строительство великих градов на месте болот. Отливание пушек из колоколов. При этом все это делали крепостные, подневольные. Многие бежали к старообрядцам, создавая параллельную Россию, трудовую и нравственную, в отличии от развратной новой, взявшей только внешнюю шелуху.

В чем причина немилости Петра к своему сыну Алексею от первого брака, который, по сути, являлся наследником первой очереди и продолжателем династии Романовых? В том, что не был согласен с политикой отца? И почему Петр не несмотря на свою прозорливость и организованность, не оставил твердого порядка престолонаследия и не составил своего завещания? После этого к власти с помощью поддержки и интриг хитроумных дворянских фамилий и гвардейских войск в России приходили различные авантюристы и проходимцы, сплошь немецкого происхождения, не имевшие на престол никакого права.

Картина Николая Ге "Пётр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе"
Картина Николая Ге "Пётр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе"

Открыв “окно в Европу”, формально, у нас и так часть страны в Европе уже была, мы просто ввязались в европейские конфликты. Хотя могли спокойно развиваться, не тратя чудовищные ресурсы на бесконечные войны. И пусть бы не было “золотого века” русской культуры, писателей и композиторов, дворян, говоривших на французском, писавших о русском пути и наших проблемах, дураках и дорогах, обходивших темы бунтов и восстаний крестьянских масс, не представлявших как живет “нижний народ”, стыдливо и изредка намекая о нем в своих повестях и поэмах. А потом раскурив трубку, сняв камзол, выпив вина и прочитав приглашение на очередной бал по-французски, чтобы там спорить о косности самодержавия и необходимости либеральных реформ, которых боялись и оттягивали до последнего.