Глава 97
Форточка в их комнате была открыта, и с улицы тянуло запахом сентябрьских костров. Жгли листву. Саша захлопнул створку и направился в комнату дочери. Обычно Зинаида – он так и не начал называть её сокращённым именем, не шёл ей краткий вариант – возвращалась с работы раньше него. К его приходу по квартире носились заманчивые ароматы с кухни, работал телевизор с очередным сериалом, не задевающим извилины, шумела, идя на взлёт, стиральная машина, а Марианна толклась под рукой Зинаиды и производила шума больше, чем телик и стиралка вместе взятые. Сейчас же было тихо, будто в квартире никого. На отсутствие жены была железная причина, но куда девалась двенадцатилетняя мелочь? Однако дочь нашлась – валялась на кровати с рекламным каталогом. «Зималетто» – прочёл он на обложке. Считая, что в таком возрасте рановато с нездоровым воодушевлением разглядывать тряпки, выдернул каталог из рук дочери. Зинаида явно баловала её. Может, потому, что была склонна заботиться обо всём живом, что попадалось под руку, – больной ли это брат, бездомный ли кот или вот девочка, глупость чужой молодости. А может, по другим причинам… Тем не менее в двухкомнатной квартире девчонка сразу получила возможность устроить своё помещение по личному вкусу ещё до того, как перебралась сюда окончательно. Зинаида лично наклеила безумные розовые обои с полосой декора, украшенного какими-то американскими не то феями, не то ведьмами, помогала Марианне налепить этих же ведьм на белую икейскую кровать.
Она всерьёз обсуждала с малявкой семейный бюджет, возможность или затруднительность выделить из него сумму на очередные шмотки и вообще производила кучу ненужных движений, дающих понять – Марианну тут обожают. Саша особенной любви к дочери так и не ощутил, но и злить его она не злила. Порой он радовался, глянув в её дневник, – оценки хорошие, не в мамашу, – порой раздражался от слишком громкой музыки, которую дитя слушало в своей комнате, но в целом всё утряслось, жизнь текла размеренно и не так уж плохо. Но вот этот каталог…
– Уроки сделала? – задал он вопрос, ненавистный самому с детства, но ничего другого не пришло в голову.
– Успею ещё, – беззаботно ответила Марианна, – вот догляжу. Дай!
– Нечего тут глядеть. Маленькая.
Унося каталог под возмущённый вопль дочки, что она не такая уж и маленькая, отправился к себе. Орать долго мелочь не будет – он для неё потенциально опасен: ну как отправит обратно к бабушке, а там не получить ни ведьмочек, ни показов, на которые Зинаида пару раз таскала Марианну. Открыл первую страницу. Как обычно – новости о компании, улыбающийся Жданов, интервью с Милко по поводу основной идеи коллекции, а дальше – птички, рыбки и бабочки. А ведь Саша и сам мог бы стать президентом, и в каталоге сейчас была бы его фотография. Казалось, Андрей добился всего как-то уж очень легко. Хотя чему удивляться – сын президента. Павел продвинул многодетного отпрыска, чтобы тому хватило на памперсы и на идиотские розовые обои. А при Жданове-президенте и Малиновский, разумеется, никогда не останется без хорошей должности. Всё-таки стоило с ними раньше дружить, глядишь – и он был бы сейчас там, около бабочек и рыбок, в знакомом офисе. Впрочем, теперь уже поздно, да и работать под начальством Жданова-младшего… Ну уж нет, лучше с вовсе незнакомыми людьми.
– Сделаю уроки, вернёшь каталог? – спросила Марианна, приоткрыв дверь.
– Вот привязалась. Сделай сначала.
Дочь что-то ещё бормотала, но он уже слышал звуки в прихожей – вернулась Зинаида.
Вечер мог бы пойти по привычной схеме – ужин, когда все за столом, ребёнок трещит без умолку о школьных новостях, о театральной студии, и это не то чтобы интересно, но вполне прилично и, несомненно, признак нормальной семьи. А он даже лучше собственного отца, почти не бывавшего на таких ужинах, он – следующая ступень эволюции... Потом мытьё посуды, беготня с уроками, когда кажется, что Марианна не столько не понимает, какие гласные вставлять в упражнение, сколько желает, чтобы с ней лишний раз поговорили, затем Интернет и сон. Однако сегодня схема была нарушена новостью, которой Саша ждал. Не настолько, чтобы узнать её с порога – вдруг всё не так, как он ожидает, – но и не настолько, чтобы тянуть до завтра. Спросил, когда они остались вдвоём:
– Ну как?
– Всё хорошо, ребёнок развивается как надо, – Зинаида поглядела ему в глаза, – и сегодня было видно чётко. Это девочка.
Саша взял ноутбук, забрался под одеяло и подумал – так же всё было и в тот весенний день. Он, она, ноут. И новость – Зинаида беременна. Оказывается, она не обсуждала с ним раньше вопрос деторождения лишь потому, что прекрасно понимала – она-то не против завести малыша, а ему ещё один потомок не нужен. Рассудит же их всё равно природа. Когда-то давно Зинаида уже жила с молодым человеком, готова была ему родить, не предохранялась, но беременности не случилось, так что кто знает – может, и не дано.
– Я была сегодня у врача, – произнесла она тогда так спокойно, будто сообщала, что на завтрак испечёт блинчики. Ничего необычного. – Буду рожать.
И вот это «буду рожать» было таким окончательным, что Саша даже предпочёл обидеться. Не на то, что его не спросили, стоит ли, а на то, что от него ждали определённой реакции. А он… может, он будет даже рад? Марианна – дело другое, тогда он был не готов. А теперь, возможно, захочет получить сына. Кира, то ли дружившая с Зинаидой, то ли продолжавшая за ним присматривать вместе с Кристиной и порой притаскивавшаяся к ним в гости, отмечала, что равнодушна к детям, но вот, мол, у Андрея с Катей сын – нечто особенное. Умный позитивный ребёнок, в «Зималетто» его обожают. Снова Жданов имел что-то, чего у Саши не было. Догонять его и разводить дома ясли смысла, конечно, нет, но одного-то мальчика… И уж совсем глупо подумалось: «Сохранить фамилию». Правда, Кирочка, выскочив замуж, фамилию не сменила, но ведь ясно как день – роди она, Никита запишет потомка на себя. А выросшая свистушка Марианна вряд ли останется Воропаевой до конца своих дней, достаточно поглядеть, как она интересуется шмотками из рекламок и юношами из подростковых сериалов, чтобы понять – эта рванёт из семьи, и хорошо, если не раньше совершеннолетия. Сын же – это сын. И Саша сказал:
– Конечно, рожай.
Беременность протекала как-то незаметно, и всё необходимое в связи с ней Зинаида делала сама – Саша даже не знал, где находится женская консультация с УЗИ и осмотрами. Впрочем, на УЗИ его звали, но он отказался – зачем, всё равно ничего толком не увидит и не поймёт. Единственное, что всё-таки совершил, – зарегистрировал их брак. Пусть сын родится по всем правилам. Регистрировались не торжественно, кроме домашнего чаепития ничего не устраивали, и о том, что он снова женился, пожалуй, мало кто знал.
И вот новость – сына всё-таки не будет, будет очередная девица. И через двенадцать лет – каталоги мод, косметика, которую, как Марианна думает, не видно в ящиках стола под учебниками, и завывания девочковых поп-групп из магнитофона…
– Расстроился? – спросила жена.
– Нет, – соврал он.
Пол будущего ребёнка зависит от мужчины, а не от женщины, так что глупо демонстрировать, насколько ты недоволен собой.
– А я рада. У тебя получаются очень красивые девочки.
Под фантазии жены, что новая дочь будет не хуже Марьяши – такая же шустрая и очаровательная, – подумал: ну почему нет гарантии, что при очередной попытке получится мальчик. Глядишь, он бы рискнул ещё на одного ребёнка, вылез из болота своей сегодняшней работы, его диплом позволяет претендовать на большее. В конце концов, можно даже обратиться к папиным старым знакомым. Да, он подвёл некоторых из них, но теперь-то не играет и даже не пьёт. Найти место, которое позволит содержать троих детей, и заполучить всё-таки сына. Но нет таких гарантий, а с его везением он, скорее всего, произведёт на свет очередную девчонку…
– Сонечка, – сказала Зинаида, – мне очень нравится это имя. И к отчеству отлично подходит. Тебе как?
– Замечательно.
Как назовут очередную девчонку, ему было, в общем-то, всё равно, а вот мысли о работе вдруг показались здравыми… Необходимо повышение, и ещё желательны командировки, хотя бы на первое время, пока младшая дочка будет в неприятном возрасте. Он прекрасно понимал – младенец его вряд ли умилит, а разрушать уже сложившуюся семью совершенно не хочется. Другое дело, когда эта Сонечка встанет на ноги. Ужился же он с Марианной, чью мать до сих пор вспоминает с содроганием, так почему не полюбить крошку от Зинаиды, с которой у них всё стабильно, надёжно и хорошо? К тому же, говорят, отцы больше любят детей, заведённых в зрелом возрасте. И снова вспомнился Жданов, точнее, рассказы Киры. Теперь уже не об их обаятельном старшем Илюше, а о том, как Андрей был счастлив, когда родилась третья. Разговоры о «Зималетто» Саша старался пресекать, но Киру трудно было остановить. Она наверняка тайно надеялась, что брат дозреет до мысли – неплохо бы ему попроситься на работу к Жданову. Пусть у него нет больше акций, но неужели Андрей не поймёт, что все ошибки в прошлом, и теперь Саша может быть полезен. Только не быть этому никогда. Скорее он докажет, что способен чего-то добиться вне стен когда-то папашиной компании. Если способен…
– Софья Александровна… да, ты права, это замечательно звучит, – сказал он жене.