Крайний Север. Моя подруга Света работает сторожем на автостоянке. Там же работает её друг Володя.
Их роман продолжался уже 2 года. Просто встретились два поэта в Санкт-Петербурге, читали друг другу стихи, потом Вова плёл всякую чепуху, привлекая Светино внимание. А она слушала и думала: «Чего он несёт?»
Когда Света вернулась к себе домой на Север, она вспоминала Вову. Вспоминала его большие серые глаза, красивые, сильные руки, длинные, чуткие пальцы.
И Вова не заставил себя ждать. Он прилетел в Архангельский аэропорт Талаги, выскочил из самолёта и стал взглядом искать Светку. И нашёл.
Теперь они живут вместе и даже работают на одной автостоянке. А дома — читают друг другу стихи и пишут, пишут, пишут.
Правда, иногда Вова просил Свету: «Дай слово, что писать не будешь!» Ей ничего не оставалось делать, как соглашаться.
Но она, конечно, продолжала писать. Писать в старых тетрадях на свободном месте листа, писать на обрывках бумаги и прятать всё это в аккуратных стопках постельного белья.
А когда уж Свету печатали в центральных журналах Северо-запада, то ей звонила из Союза писателей приятельница и грустно говорила:
- Свет, чтоб у тебя дома не было семейного скандала, мы Вову в этом же журнале напечатаем.
Конечно, Вова был настоящим мужчиной и поэтому, однажды предложил ей выйти за него замуж, правда, спросил при этом:
- Но где у меня гарантии, что ты меня не бросишь?
- Я тебе не гарантийный талон и не сберкасса, иди ты…- ответила Света.
Закончилась вся эта романтическая история в один из вечеров, когда Светлана сидела в вагончике на автостоянке и читала О.Мандельштама.
И тут её ночью посетил Вова. Он влетел в вагончик, лицо его пылало от возбуждения, в руке дрожали листы со стихами:
- Представляешь, я тут.. — вдруг он увидел раскрытую книгу на столе — а что ты читаешь?
Света молча развернула книгу и поднесла обложкой к его лицу.
- Ну что этот Мандельштам! Послушай лучше мои стихи! — он набрал воздуха в лёгкие, надулся и уже начал было читать.
Но тут она, молча и спокойно отмахнулась от него, выражая в этом жесте полную победу над всеми своими страхами и абсолютное безразличие к Вовиным стихам.
Так они и разошлись… Из — за Мандельштама.
А спустя много лет Света даже посвятила Вове стихотворение:
Из тебя бы получился
Сталевар, в рекорд упёртый,
С превеликим наслажденьем
Ты валил бы звонкий лес.
Но скажи мне, мой хороший,
Просвети – какого чёрта
И с какого перепуга
Ты в поэзию полез?
И поэта не выходит,
И герой зачах от скуки.
Неврастеник не удержит
Свод небесный на плечах…
И когда меня за плечи
Обнимают эти руки,
Я всё время вспоминаю
О мартеновских печах.