Начиная с 7 класса я увлекался Японией, японской культурой и учил японский язык. Обнаружив в Москве в Московском доме пионеров на Ленинских Горах тайный кружок японского языка, созданный энтузиастом Е.Б.Маркевичем, я начал его посещать. Это было интереснейшее время – мы, школьники, общались с японцами, переписывались с японскими подростками в Японии, устраивали для японских детей культурные программы и чувствовали себя героями-подпольщиками, ибо нас с трудом терпели, закрывали, разгоняли, пока Евгений Борисович не придумал прикрытие – «Музей советско-японской дружбы имени профессора Константина Михайловича Попова», под маркой которого мы продолжали тихо существовать.
Самой главной ценностью считался «Большой русско-японский словарь», самой большой радостью письмо из Японии, все это вперемешку с чувством глубокого единомыслия и взаимопонимания с теми, кто собирался на эти тайные собрания. Когда нас разогнали в очередной раз, всем раздали на хранение реликвии клуба – до сих пор храню, как драгоценную память, ракетку для ханецуки, которую мне вручили на сбережение.
Однажды мне довелось проводить для японских школьников экскурсию по Кремлю (уже в 9-10 классе я работал в Бюро Международного Молодежного Туризма «Спутник» и вёл обзорные автобусные экскурсии по Москве и пешие по Кремлю). На экскурсию пришло где-то 15 школьников и школьниц, которые привели в остолбенение всех посетителей Кремля – очень ярко одетые в красивую форму с отражателями (чтобы на дороге быть заметными для машин), с ранцами, они были с красивыми зонтиками, в бейсболках и идеально подчинялись мне и сопровождающей даме, знавшей язык (я не стал самонадеянно полагаться только на себя).
Я быстро понял, что подробности русской истории им не очень интересны и сосредоточился на цифрах, особенно подчеркивая масштаб, размер, высоту, уникальность и нажимая на слова и словосочетания 初めての («хадзимэтэ но» «впервые»), 最も大きいの («моттомо оокий но» – «самый большой»), 最も古い («моттомо фуруй» – самый старый») и достиг своей цели – им было интересно. Они показывали мне свои тетрадки со спиралями вместо оценок (чем больше завитушек в спирали, тем лучше) и я, насколько возможно, решил выяснить особенности японского школьного обучения.
Выяснилось, что в школах с первого по шестой класс преподается предмет «Дорога к здравому смыслу», где учат цивилизованному поведению и здравому смыслу. Всех учеников делят на группы по уровню знаний – справедливо считается, что двоечники оказывают плохое влияние на хорошистов. Помимо обычных уроков школьников учат искусству японской каллиграфии и поэзии. С началом учебного года и каждый последующий семестр дети распределяются в разные классы, чтобы они в будущем умели быстро адаптироваться в новом коллективе, потому что задача школы – обучение и реализация принципов, а не хранение информации.
Школьники ежедневно убирают свои школы вместе с педагогами, у каждого школьника всегда есть зубная щетка и после каждого приема пищи они чистят зубы после еды. Причем учителя едят за полчаса до учеников, чтобы убедиться, что еда не испорчена, потому что ученика, как будущее страны, нужно беречь. Едят там же, где и учатся, все вместе, а потом вместе убирают за собой.
Думаю, многое бы пригодилось и нам.
В общем, それは非常に興味深い経験でした。
Это был очень интересный опыт.
Борис Якеменко