Верховный суд разрешил не взыскивать убытки за продажу подделок известных брендов

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда (ВС) отправила на новое рассмотрение иск Chanel и Christian Dior к индивидуальному предпринимателю Ольге Прудниковой, с которой эти компании требовали 125 000 руб. упущенной выгоды за продажу контрафактных солнечных очков этих брендов. Соответствующее определение было вынесено 31 января 2023 г. (опубликовано только 7 февраля).

Дело дошло до ВС после того, как в ноябре 2018 г. отдел МВД Пятигорска установил, что Прудникова торговала поддельными товарами под известными брендами. Арбитражный суд Ставропольского края в апреле 2019 г. привлек ее к административной ответственности, вынес ей предупреждение и поручил уничтожить контрафактный товар. Швейцарская Chanel и французская Christian Dior подали в тот же суд исковое заявление о взыскании с нее 125 000 руб. убытков в виде упущенной выгоды, исходя из стоимости оригинальной продукции, которую якобы заместили подделки на рынке.

Это требование было удовлетворено, с ним согласились апелляционная и кассационная инстанции. Прудникова же в августе 2022 г. подала жалобу в ВС, судебная коллегия по экономическим спорам которого посчитала: компании не доказали, что допущенное предпринимателем нарушение было единственным препятствием, которое не позволило им получить прибыль. В решении суда указано, что возмещение убытков должно восстанавливать имущественное положение потерпевшего лица, а убытки «в форме упущенной выгоды» нужно компенсировать, если ответчик помешал истцу реализовать товар.

ВС, мотивируя решение отправить дело на новое рассмотрение, обратил внимание, что Chanel и Christian Dior «указали на реализацию предпринимателем контрафактного товара и на неполучение ими доходов, которые могли бы быть при продаже его оригинала». Правда, судами не исследовался вопрос «о сходствах и различиях оригинальных и контрафактных товаров с целью определения того, мог ли обычный потребитель понимать, что покупает» подделку.

Иными словами, уточняет ВС, суды не учли, что «стороны не конкурируют на одном и том же рынке»: доказательств того, что правообладатель из-за контрафактных товаров напрямую теряет клиентов, готовых купить оригинальную продукцию, не представлено.

Суд пришел к выводу, что между продажей подделок под видом оригинала и заведомо контрафактного товара есть разница, указывают юристы. Фактически можно усмотреть отсылку к громкой истории с продажей в бутике известной фирмы фейковых сумок вместо оригинальных, считает Мария Любимова из коллегии адвокатов «Регионсервис». В августе 2022 г. Telegram-канал Mash сообщал, что товаровед московского склада Hermes менял сумки Birkin и Kelly на подделки.

Получается, что продажа контрафакта, неотличимого от оригинала (так называемых «реплик»), в условиях, приближенных к обычным местам продажи брендовых товаров, давала бы основания для взыскания компенсации в размере стоимости оригинала, указывает руководитель практики интеллектуальной собственности юридической фирмы DRC Владимир Ожерельев. Но такой подход, по его словам, нельзя применять, если «брендовый» товар продается в местах, в которых появление оригиналов дорогих марок заведомо невозможно.

При этом такой подход ВС оставил открытым вопрос об ответственности за незаконное использование товарного знака, что открывает поле для злоупотреблений среди продавцов контрафакта, указывает Любимова. Ожерельев считает, что это в итоге отразится на рынке контрафактных товаров. «Теперь продавцы подделок будут чувствовать себя более уверенно, понимая, что в случае привлечения к ответственности они возместят стоимость лишь контрафактного товара, а не оригинального», – считает он.

«Нарушители должны учитывать, что кроме конфискации и уничтожения контрафактного товара суды продолжат применять санкции за нарушение прав на товарные знаки, которые все же в разы превышают стоимость продукции, которой они торгуют», – говорит партнер юридической компании «Центральный округ» Зоя Филозоп.