14 ноября. Утром знакомимся с секретарём, - молодая девушка, которая призвана, очевидно, помогать хозяевам обслуживать гостей в плане досуга. Договариваемся с ней об экскурсии на водопады и заказываем такси на завтра, чтобы отправиться на пик Арейру, чтобы совершить переход оттуда к пику Руйву и обратно. Заодно договариваемся насчёт ужина. Переговариваемся с ней через словарь-переводчик Google. Получается неплохо, но не без курьёзов – скажем, выражение «плохой сервис» компьютер переводит, как «кровать-сервис». Плохой сервис – это о нашем неудачном трансфере. (теперь думаю, что секретарь сделала ошибку в слове Bad, т.е. не настолько она была сильна в английском).
Вдруг девушка пишет, что господин собирается в город и может нас подвезти, если мы хотим. Мы хотим, пусть вчера неплохо прогулялись по леваде, но повторять этот путь второй раз подряд не очень хочется, поэтому радостно киваем: Йес, йес - и быстро собираемся.
Хозяин спрашивает нас, куда нам надо в городе – мы решаем, что самым подходящим пунктом будет самый дальний, куда удалось добраться вчера – т.е. порт. Выезжаем и едем мимо церкви Сан- Мартинью. Хозяин показывает на неё и объявляет Чёрч, католик чёрч! И отрицательно машет пальцем: Нот ортодокс!
Т.е. подготовился про Россию. Они вообще подготовились – уже выучили несколько слов по-русски и старательно повторяют их за нами, исправляя ошибки в произношении. Хозяин даже сказал нам накануне, что по местному кабельному телевидению показывают и русский канал, но, пощёлкав переключателем, наткнулись только, как показалось, на болгарский.
Хозяева вообще полиглоты – по вселении хозяин спросил: Дойч? Френч? Инглиш? На что мы могли только и сказать: Вери бэд инглиш, зер шлехт дойч. А ведь они и португальский знают, само собой, и, чувствуется, что на этих трёх, иностранных для них языках, говорят свободно.
Стыдно за себя, но ничего не поделаешь – и учителей хороших не было и, что главное, очевидно, не было необходимости изъясняться на чужих языках. Ощущаем себя скованно из-за этого, но всё же понимаем по-английски достаточно, чтобы кивнуть: «йес, йес», - если что, и показать знаками, если не поняли.
Этого хватает и для магазинов, и для переговоров с хозяевами – вот для душевного разговора не хватает – изучаем страну по внешним признакам – дома, дороги, вид людей. Сразу поразили дороги – своим качеством и особенно туннелями, и тротуары – невероятной фантазийной выделкой – мостовые вымощены разнообразным камнем – по форме и цвету.
Ничего особо броского – природные цвета, но как старательно выложено это в виде прихотливых узоров или в виде рисунков, которые повествуют о местной истории и традициях – женщины и мужчины в национальной одежде, какие-то сценки, просто цветочный орнамент с датой основания церкви, скажем.
Дата солидна и уложено так, что даже кажется – уложено именно в то время и сохранилось до сих пор – так тщательно это сделано. Впрочем, тут всё твёрдое – проваливаться некуда – то, что издали кажется красной или чёрной землёй – на самом деле – твёрдая вулканическая порода. Но на ней всё отлично растёт – вернее, растения и стихия создают из неё то, что называют землёй или почвой.
Земля тут, видимо, продаётся. Как-то утром столкнулись, выходя из ворот хозяйского дома с небольшим грузовичком, который сообщал о себе громкой музыкой обитателям окрестных домов. В кузове были мешки – мы так поняли, что с землёй.
Хозяин высаживает нас у самого порта – сегодня очень солнечно. В порту сразу три океанских лайнера, с которых в город идёт поток туристов – в основном пожилые пары. Многие господа и дамы, которым ясно, что далеко за 70, держатся за руки – очень трогательно. Хотелось бы и нам так же – отправиться в океанский круиз, когда почти все дела на этой земле сделаны – выросли дети и даже внуки - и ходить так же, взявшись за руки.
Проходим по набережной дальше того места, где вчера свернули в город, после того, как закончилась карточка в фотоаппарате. В первый раз встречаем уличных музыкантов – знаменитая перуанская группа. Знаменитая, лично для меня, после знакомства с серией Сауз-парка, где говорится о таких ансамблях. Музыка абсолютно ненавязчивая и слышно её на максимальном приближении к источнику.
Вообще ни разу и нигде не пришлось слышать громкой музыки, если не считать того грузовичка с землёй, который так сообщал о себе, разъезжая по предместьям. При этом и тогда музыка включалась на короткое время. Ненавязчивость – вот что можно сказать о людях этого острова. Впрочем, может, это нам так везло. Гостиницу выбрали именно эту, из двух, показавшихся наиболее привлекательными, за то, что в другой многие гости отмечали слишком активное желание хозяев видеть потом у себя не только вас, но и всех ваших знакомых и родственников.
Но и в городе только один раз пришлось столкнуться с откровенным попрошайничеством - к нам обратился нищий, который сидел на выходе из самого знаменитого местного собора. Вид у него действительно был жалкий, и он ныл, показывая себе в рот – при этом имел сотовый телефон – впрочем, неудивительно, при таких ценах на услуги сотовой связи. Вадим подал этому нищему - можно сказать, в знак издевательства - 1 евроцент - то взял.
При прогулках по леваде приходилось встречать местных жителей – они только здоровались, уступая дорогу и не делая никаких попыток что-то навязать.
А в городе единственно, где к нам персонально обращались, чтобы что-то предложить, были местные ресторанчики – в том же порту они находятся буквально один на другом – так что при них есть зазывалы, по совместительству официанты – некоторые из них даже знают несколько слов на русском.
Надо отметить, что цены в этих ресторанчиках вполне божеские, по сравнению с нашими приморскими городами, и еда свежая и вкусная – пообедать можно за 30-35 евро на двоих. Нет никакой необходимости заказывать салат, скажем, кроме основного блюда – заказываешь местный шашлык – эшпетаду, а к нему полагается огромная тарелка с варёными, обжаренными и свежими овощами.
Чуть дальше на набережной видим выставку-продажу картин с видами Мадейры – красиво, стоит недорого, хочется купить, но мы снова только что собрались погулять и не хочется носить при этом что-то в руках, кроме видеокамеры и фотоаппарата. Ещё дальше такая экзотика, как продажа жареных каштанов. Решаем купить порцию – оказывается, когда горячие, это довольно вкусно и сытно.
Всё время идём вдоль океана – прекрасная погода, очень солнечно, а на дворе ноябрь – мы уезжали как раз, когда выпал и уже улёгся снег.
Идём по набережной и видим яхту, которая используется как маленький ресторанчик. Оказывается, это бывшая яхта Битлз - Вагрант. Прямо по Макаревичу – тешит зевак и украшает пляж. Но никаких зевак особенно нет и внутри наплыва публики никакого – все проходят мимо.
Так, потихоньку, фотографируя всё на своём пути, добираемся до станции фуникулёра. По дороге останавливаемся у киоска, который торгует билетами, в том числе и на замеченный нами жёлтый автобус – в таком автобусе можно ехать на открытой площадке сверху и слушать через наушники про то, что находится вокруг. Вроде бы есть вариант экскурсии на русском – пытаемся это выяснить поточнее у продавца, но не хватает словарного запаса – только получаем рекламную книжечку про этот жёлтый автобус.
У станции канатной дороги стоит большая очередь – не зря в порту три лайнера – поток туристов с них растекается по всему в городу и сюда ведёт существенный ручеёк. Но мы всё же решаемся встать в эту очередь и не напрасно – так как движется она довольно-таки живо. Покупаем два билета туда-обратно. Девушка с фотоаппаратом непрерывно снуёт от кабинок к конторке, я фотографирую по-прежнему всё и она тоже попадет в кадр.
Как потом оказывается – на нижней станции фотографируют – на верхней – продают такой сувенир – альбомчик с лазерным диском о Мадейре и с фото с нашими физиономиями в придачу. Наверное, такую работу сможет выполнять не каждый – надо в большом потоке точно обнаружить именно того человека, фото которого было сделано внизу. Конечно, кабинки, в которых едешь, пронумерованы, но постоянно подходят новые и новые – действовать надо быстро. Покупаем своё фото с диском за 10 евро. Вечером в гостинице выясняется, что диск, который приложен к фото, довольно симпатичный – на фоне местной музыки сменяющиеся виды Мадейры, повествующие о занятиях местных жителей.
После покупки диска натыкаемся на вышивальщицу, одетую в национальный костюм.
Сидит человек весь день на воздухе, работает и, возможно, что-то ей удаётся и продать. Хотя вряд ли вот этот большой палантин, который как раз рассматривает заинтересовавшаяся женщина - такую вещь надо делать не один месяц.
Верхняя станция фуникулёра расположена возле парка Монте – туда надо покупать входной билет. Кроме входа на территорию, где находятся несколько музеев, за вход в которые отдельно платить не нужно, есть ещё бонус – дегустация вина мадеры – сухой и сладкой.
Парк очень ухоженный, хотя вот с бассейнами на то время, что там были мы, видимо, случилась какая-то неприятность – часть рыб, по всем признакам, чувствовала себя неважно, а часть даже лежала на дне. Было это в одном бассейне – в других рыбы чувствовали себя нормально.
В парке Монте мы провели порядочно времени, разглядывая растения, статуи, изразцовые картины и рисунок дорожки под ногами.
Зашли в музей искусства народов Африки - Африка ведь даже ближе к Мадейре, чем материковая Европа. (Наши хозяева долгое время жили в Африке - я узнала это, читая отзывы гостей отеля о его хозяевах).
Большое впечатление произвёл музей, в котором демонстрировались природные образования – огромные друзы аметистов и ещё каких-то камней. На фотографиях толком ничего не получилось из-за освещения, но зато я не зря фотографировала таблички – по ним выходит, что почти все эти чудеса привезены сюда из Бразилии. Но в то время, когда ходили по музею, мы решили, что это включения в породы самого острова – было полное впечатление в некоторых местах, что обнажена часть горы и оформлена в виде такого грота. Впечатлил масштаб этих образований.
Деревья в этом парке, наконец, обрели названия – на них прикреплены таблички с надписями. фотографирую и таблички и сами растения - много очень необычных, ни разу не виденных.
Ищем, где же то кафе, в котором нам должны подать положенную по билету мадеру. Находим, хотя не сразу. Пробуем вино, которое, как нам известно, обожал сам Пушкин. Дегустация слабенькая - но нам хватает, чтобы оценить - нам нравится это вино. Причём в сухом его варианте. Пусть понимаем, что надо попробовать найти хорошее место, где можно купить мадеру и продегустировать её по-настоящему. Заценить мадеру разной выдержки.
Во время дегустации мадеры нас атаковали небольшие птички – местные воробьи, как я их тогда определила – атаковали не из-за вина, конечно, а из-за кексиков, которые мы взяли как закуску. Они такие смелые, прыгают прямо по столу и стараются стащить весь кексик сразу.
Насыпаю на руку крошки, поднимаю раскрытую ладонь высоко вверх и жду. Вадим снимает на камеру. И птичка садится на ладонь и клюёт крошки прямо с руки. (Потом, дома, определили птичек как обыкновенных зябликов – видимо, они навеки поселись на острове и вряд ли стремятся куда-то улететь оттуда).
Видов птиц на Мадейре не так чтобы много – конечно, это чайки, в первую очередь, из привычных нам – голуби, в которых, однако, чувствовалось что-то необычное – то ли размер, то ли какая-то обтекаемость. Настоящих воробьёв, ворон, сорок или галок здесь нет. Утром на пальмах перед номером скандалили какие-то птицы, похожие на скворцов, но толком разглядеть их так и не получилось.
Посредине парка стоит дворец Монте, который в настоящее время используется как гостиница. Интересно, что коллекция фарфора расположена в застеклённых нишах в стене неподалёку от дворца. Парк популярное место и для местных жителей – позже на образцах, выставленных у местной фотографии, я увидела фото молодожёнов на фоне статуи Будды, которая расположена в этом парке, Видимо, местная традиция – знаковое место для молодожёнов.
Нагулявшись по парку вдосталь, спускаемся вниз на фуникулёре, снова отстояв очередь, но не такую большую – часть народа спускается вниз в город другим способом – на деревянных санях – тобогганах.
Идём гулять по городу, заходим в магазин при историческом центре Мадейры и покупаем пару магнитиков и ту самую книгу о Мадейре на русском языке. Попадаем ещё и на рынок Меркадо дос Лаврадорес (Рынок тружеников). Там много цветов, фруктов и овощей, но интересный для меня рыбный рынок уже почти пуст – на одном прилавке сиротливо лежит большой кусок тунца, да ещё немного рыбы-сабли – сюда надо приходить с утра, делаем вывод мы и решаем в следующий раз побывать здесь утром.
Пройдя приличное расстояние в сторону Сан-Мартинью, где находится наша гостиница, выходим на очередную стоянку такси и снова берём такси до Каза Папагайо. Стоянки такси тут очень организованы и машину такси можно узнать сразу – все они ярко-жёлтого цвета и почти все, за редким исключением – Мерседесы. Таксисты стоят в очереди, и клиент сразу понимает, что обращаться надо к первому в ней. Когда отъезжает очередная машина, на её место водитель подкатывает свою кормилицу с помощью ручной силы – экономят бензин, ну, и экология заодно – меньше шума и запаха.
В гостинице мы первый и единственный раз решаемся искупаться в бассейне. Кроме нас на такой подвиг в это время года не решился никто – вода температуры окружающей среды – вернее, нечто среднее между дневной и ночной температурой – дневная 22 градуса по Цельсию, а ночная – градусов 17. Водичка бодрила, так сказать. Зато какой шик – плавать в бассейне на фоне океана!
Ужин с местным вином оказался очень вкусным и красивым – при свечах, под музыку фаду (у хозяина хорошая коллекция лазерных дисков с записями и приличная апаратура). Прошу поставить мою любимую Маризу. Когда доходит до Роза Бранка, чуть не пускаюсь подтанцовывать прямо за столом.
Любимица хозяйки Флозина – голубоглазая гладкая чёрно-пегая, немного попрошайничает – для неё единственной, видимо, делалось исключение – ей разрешалось подниматься наверх, к столам. Хотя, возможно, она это делает, пока не видят хозяева – но другие собаки, в этом смысле, знали своё место, и попыток подняться наверх по лестнице не делали
(продолжение следует