Русь домонгольская. Анатолийская династия в Константинополе
Еще одним неожиданным выгодополучателем от оживленной торговли с Новым светом стали русские княжества. Просто благодаря удачному расположению на пути из варяг в греки князья получали неплохую прибыль, собирая пошлину с проходящих товаров, и малая толика колоссальных доходов исландцев оседала у них. Другим немаловажным фактором, повлиявшим на развитие Руси, стала Анатолийская Реконкиста. Вернувшиеся со службы византийцам воины приносили с собой не только воинские умения, но и иной взгляд на ведение военных действий и фортификацию. Игравшие значительную роль в Анатолии франки и итальянцы первым делом строили в своих новых владениях хорошо укрепленные замки для защиты от ответных набегов соседей-турок, а при наступлении в земли Конийского султаната для штурма городов и крепостей активно применялись осадные орудия.
На Руси осадные орудия не имели распространения, и городские укрепления не были на них рассчитаны. Это одна из возможных причин, почему монголы, завладевшие осадными орудиями в Китае, брали за считанные дни даже самые укрепленные города, поскольку предыдущие итерации кочевых племен также не владели осадными орудиями, и их набег можно было просто пересидеть за стенами.
Возвращаясь из Анатолии, русские воины нередко приводили с собой и новых товарищей, решивших попытать счастья на службе у северных соседей византийцев. Не сразу, но новые идеи ведения военных действий пустили корни среди русских княжеств, в междоусобных стычках начали использоваться осадные орудия, а в ответ на это крупные города стали перестраиваться под новые реалии ведения войны. Благо, доходы от торговли пряностями легко покрывали эти расходы.
Другим изменением стал постепенный отказ от лествичного права. Этому способствовал тесный контакт с западным рыцарством, которое в своих новых анатолийских владениях практиковало привычный принцип майората, по которому все доставалось старшему сыну. Разумеется, одного лишь этого было мало для отказа от вековой традиции (к тому же подтвержденной на недавних съездах), но тут сказалось также участие в Анатолийской Реконкисте и отпрысков княжеского рода. Из-за этого в некоторых случаях возникала комичная ситуация, когда наследник (по лествице, то есть это мог быть не непосредственный сын предыдущего князя, а какой-нибудь троюродный племянник) вроде как жив, но при этом находится где-то за морем, правит там собственными землями на правах византийского вассала и не собирается возвращаться домой. Подобные случаи были редкостью, но даже их хватило, чтобы в корне поломать всю систему наследования. Не сразу и не безболезненно, но во всех крупных княжествах стала выстраиваться система прямого наследования, значительно замедлившая дальнейший распад давно утратившей единство Руси. В итоге к концу XII века вместо единой державы в землях восточных славян образовалось несколько фактически независимых крупных княжеств: Киевское, Владимиро-Суздальское, Галицко-Волынское, Полоцкое и Новгородская республика, которая к тому моменту уже испытывала сильное влияние скандинавов, занимавших многие важные посты в ней.
В самой Византии к концу XII века наметился кризис власти. Андроник Комнин, ставший регентом при малолетнем Алексее II, а затем узурпировавший власть и ставший императором, попытался провести ряд необходимых реформ, но столкнулся с противодействием влиятельных аристократов. Бежав в Анатолию, где за годы бурной молодости он успел завести себе немало друзей и сторонников, Андроник вернулся в столицу с армией анатолийцев, жестоко подавив мятеж.
В реальной истории Андроник много времени провел в землях крестоносцев, но в этом сценарии королевства крестоносцев по факту не состоялись, из-за чего его авантюрная натура привела его в Анатолию. Вообще, крайне интересный персонаж.
Дальнейшие события надолго стали камнем преткновения как для политиков, так и для историков будущего. По официальной версии, вскоре после возвращения в Константинополь Андроник и его сыновья были убиты заговорщиками, которых затем перебили анатолийцы. По другой версии, предводитель анатолийцев самолично организовал убийство императора с целью узурпировать трон. В пользу этого также говорит и последовавшие преследования уцелевших представителей династии Комниных, сохранявших хотя бы относительное право на власть. Как бы то ни было, в результате кровавых событий 1186 года на трон Византии взошла новая анатолийская династия. Ее основатель был ярчайшим примером работы анатолийского «плавильного котла». Его прямым предком был франкский рыцарь, подавшийся в Крестовый поход в поисках лучшей жизни. Не получив признания в Антиохии, он отправился в провальный марш на Иерусалим, в котором лишь чудом выжил, после чего в числе многих других откликнулся на призыв Алексея Комнина и отправился в Анатолию, где наконец-то добыл себе личный надел и женился на одной из немногих представительниц старой, дотюркской анатолийской знати. Его потомки играли активную роль в Реконкисте и успели породниться со многими такими же авантюристами, нашедшими здесь новый дом. Из-за этого среди предков нового базилевса были и франки, и славяне, и германцы, и армяне, и итальянцы, но при этом он считал себя византийцем, исповедовал православие (хотя католики к тому моменту в Анатолии еще оставались), в быту использовал диалект греческого и в целом видел себя частью эллинистической культуры восточной империи.
Я не вижу особого смысла придумывать имена правителей в тех случаях, когда это не несет особой смысловой нагрузки, поэтому данный император останется анонимным, дабы не утруждать читателя необходимостью запоминать вымышленных персонажей, тем более, что в данной истории хватает и вполне себе реальных личностей.
Придя к власти, новый базилевс додавил остатки мятежников, в том числе и армии нескольких полководцев. Анатолийские войска без труда разгромили армию, набранную в балканских владениях империи, что наглядно показало необходимость в том числе и военных реформ — слишком уж легко далась эта победа. Спустя всего пару лет восстала вассальная Антиохия, ссылаясь на то, что ее правители присягали династии Комниных. Недавние события на Ближнем Востоке придали антиохийцам уверенности в себе. Особенно этому поспособствовал визит Ричарда Львиной Сердце. Прибыв с идеей отбить-таки Иерусалим и завершить начатое 100 лет назад, король-рыцарь провел несколько удачных походов, в результате которого владения Антиохийского княжества выросли почти втрое, но в итоге заключил мир с Салах ад-Дином, по которому европейским паломникам было дозволено невозбранно посещать Иерусалим. Тогда же возник по сути единственный военно-монашеский орден Госпитальеров, роль которого в основном сводилась к заботе о паломниках и защите караванов.
Вся эта суета вокруг Иерусалима и Антиохии убедила антиохийцев в том, что в случае чего они могут рассчитывать на помощь западных властителей. Но не тут то было. Когда армии Византии подошли к городу, оказалось, что никто не торопится выручать княжество. Ричард к тому моменту покинул Святую землю, отправившись сначала в Иберию, а затем и на родину в Англию. Не помогли антиохийцам и киликийские армяне, которые, несмотря на напряженные отношения с Византией, к анатолийцам относились вполне лояльно, к тому же прекрасно представляли себе, насколько боеспособны их войска. В результате византийская армия (основу которой составляли анатолийские войска) без труда захватила город, вынудив его правителя вновь признать себя вассалом империи. Впрочем, уже на следующий год империи вновь пришлось отправлять войска в княжество, на этот раз для защиты от Айюбидов. По итогу Антиохии пришлось вернуть часть земель, переданных ей Ричардом Львиной Сердце, что стало своего рода наказанием для ее заносчивых владык — вероятно, Византия могла бы выиграть войну с Айюбидами, но не видела в этом смысла для себя.
Главным источником же проблем для Византии были вовсе на арабы, а Венецианская республика. Комнины регулярно одаривали венецианцев новыми торговыми привилегиями, что не шло на пользу византийской казне. Главной силой итальянской торговой республики был ее флот, а также разветвленная сеть торговых представительств. Единственным козырем византийцев была торговля пряностями с исландцами, которые поставляли их напрямую в Константинополь. Воспользовавшись связями среди армянских купцов, император начал постепенно создавать альтернативу венецианцам, подконтрольную ему. Следующим шагом стало создание флота, способного бороться с итальянцами. Формальным поводом стало завоевание Кипра, где с 1184 года правил самопровозглашенный император Исаак Комнин. Попытка Андроника приструнить своего зарвавшегося родственника привела к поражению от флота норманнских корсаров. Отстроенный заново византийский флот прекрасно справился с задачей, и Кипр был приведен к покорности, а его правитель был низложен и казнен. Одновременно с этим посланцы базилевса появились в ряде итальянских городов и герцогств, подговаривая их заключить союз против богатой республики. После этого состоялась сложнейшая военная операция, в результате которой венецианский военный флот был застигнут врасплох и уничтожен по частям еще до официального объявления войны. В дальнейшем византийцы оправдывали это вероломное нападение тем, что Венеция условно (очень условно) была вассалом Византии и частью Равенского экзархата (давно уже упраздненного), а потому эта война была не войной, а подавлением мятежа. В то же время итальянцы атаковали материковые владения Венеции. Результатом этой авантюры стало подписание нового соглашения, по которому венецианцы утратили значительную частью своих привилегий. Что еще важнее, с этого момента каждый избранный дож должен был получать официальное подтверждение своих полномочий из Константинополя. Со временем эта пустая формальность превратилась в полноценное назначение, но для этого потребовалось еще двести лет и около десятка конфликтов.
Увеличив доходы казны, империя смогла сосредоточиться на реформах, продолжая курс, взятый еще Андроником, на перераспределение земель. За этим последовали реформа армии по анатолийскому образцу и реформа престолонаследия, установившая в Византии привычный для Европы майорат. В плане территориальной экспансии, византийцам удалось отбить у венгров Далмацию, а в Анатолии остатки Конийского султаната были отброшены к Сивасу (из-за чего султанат формально утратил право называться Конийским, поскольку Иконион к тому моменту был захвачен Византией). В таком виде империя подошла к прибытию с востока монголов.
