Два года назад защитник "Челмета" Константин Климонтов и его жена Эля приняли решение, которое изменило их жизнь. Супруги стали приемными родителями для девочки Жени и мальчика Влада. Сегодня уже опытные родители делятся семейными радостями в социальных сетях и помогают тем, кому нужен совет и поддержка. Решили узнать историю семьи Климоновых из первых уст.
— Константин, расскажи, как ты принял решение об усыновлении детей?
— На самом деле, трудно это все описать. Это длинная история. Когда мы познакомились с моей супругой Элей, мы много гуляли и общались. Она рассказывала мне о своей семье. Ее бабушка была удочеренной, а мама работала в доме малютки в Санкт-Петербурге. Она тогда училась, и у нее на протяжении нескольких лет была практика в детском доме. И у меня тоже всегда было желание усыновить или удочерить ребенка. И потом сложилась такая ситуация, что мы приняли это решение. Молодые же. Эля начала узнавать, что для этого нужно. Есть специализированная Школа приемных родителей, куда мы и отправились. А тогда был карантин. Почти везде все было дистанционно. Но мы заскочили в последний вагон. Нам помогли хорошие люди, которые приняли нас на обучение. Потенциальных родителей распределили в группы по 15 человек.
Мы обучались около месяца, и все это было очень интересно! Процесс проходил по видеосвязи из-за коронавируса, в связи с чем нам с Элей постоянно нужно было находиться на связи, вне зависимости от того, где мы были и чем занимались. Дело было летом, мне нужно было тренироваться. И я после тренировок как можно быстрее бежал в машину, брал телефон и слушал все лекции. Так мы обучались. Это был первый шаг, который продвинул нас к тому, чтобы стать родителями.
Помимо этого, мы собрали уйму различных документов. Нужно было пройти полный медицинский осмотр. И он был не такой, как у спортсменов. Мы прошли практически все, что только можно. Причем, это было не в частной клинике, а в государственной, со всеми очередями. То есть, тебе назначали определенное время, и ты к нему должен был прийти. Хотел бы отметить, что нам всегда шли навстречу. Я где-то задерживался, но врачи постоянно помогали. Таким был второй этап нашего становления родителями. Мы собрали все необходимые документы.
По окончании обучения в Школе приемных родителей дается сертификат, который позволяет тебе подать заявку на усыновление ребенка. И все это дело нужно было защищать. А в этот момент у меня шли сборы. Я тогда играл за хоккейный клуб "Сочи". Прекрасно помню момент, когда сразу же после тренировки мне пришлось быстрее бежать на защиту. А там было все как на экзамене: сидела комиссия, которая задавала вопросы. И я прямо к назначенному времени, сразу же после пробежки, залетел туда в мокрой футболке. У меня все получилось, и нам выдали удостоверения о возможности стать родителями.
Прошло время, мы подали заявки. А потом уже супруга прислала фотографию Жени. Такая хорошенькая была, в маленькой курточке. И я сразу сказал: "Все, это наша дочь! Езжай знакомиться". А тогда, повторюсь, был коронавирус. Обычно ты можешь приехать, познакомиться с ребенком, поиграть с ним, подержать его на ручках. А тут такого не было. Все проходило в дистанционном формате, на расстоянии в два метра. Все в масках и халатах, да и ребенок, по сути, тебя не видит. Женю вывели к супруге на десять минут. Таким было наше первое знакомство. Эля скинула мне видео с Женей, я их посмотрел и сказал, что согласен. Затем мне нужно было прилететь и подписать согласие. У нас тогда начинался сезон, я отпросился у тренера, и он вошел в положение. Собрал вещи, прилетел, встретился и понял, что это моя дочь. Затем я улетел обратно и стал ждать, когда нам ее отдадут. На Новый год я приехал обратно, в Челябинск, и тогда же мне впервые удалось взять ее на руки. Это было 30 декабря. Прилетел, взял ее на руки и после этого полностью ощутил, что стал отцом. После этого я вернулся в Сочи, а в конце января Эля с Женей прилетели ко мне, и мы начали жить вместе.
Такая же история произошла с Владиком, только тогда я уже играл в "Челмете". Все это получилось достаточно резко. Это совсем не то, когда твоя супруга беременна, и ты ждешь девять месяцев. Мы детей не выбирали. Можно сказать, что это они нас выбрали. Эля мне как-то сказала: "Смотри, вот мальчик есть. Надо поехать познакомиться". Я примчался в детский дом после тренировки. В тот момент у него шли занятия в бассейне, и он так старался, что я сразу сказал: "Это будущий спортсмен!" Мы немножко с ним пообщались и дали согласие. Владик пришел к нам в семью под Новый год. Получается, мы дважды за год стали родителями.
Если говорить о времени, то с начала обучения до усыновления прошло девять месяцев. То есть, как будто Эля их сама выносила!
— Похоже на то! Сколько лет Жене и Владику?
— Владику два года и шесть месяцев, а Жене — три и пять.
— Они ходят в детский сад?
— Вы знаете, сейчас в садиках все болеть начинают, и мы сейчас с этим столкнулись. Потихоньку идет адаптация. Владик приходит туда в девять часов, в двенадцать мы его забираем. А Женя ходит на полный день, потому что она у нас общительная девочка. Ее оттуда не выгнать. Как и все родители, сталкиваемся с простудными заболеваниями, и приходится терпеть. Когда у тебя болеют двое детей, ты не спишь ночами. Я стараюсь и помогаю Эле, как могу, но из-за поездок и игр все на ней. Надеюсь, что иммунитет у них как можно быстрее выработается, и они смогут социализироваться. Общение должно быть.
— Дети быстро привыкли к тому, что сейчас у них есть мама и папа?
— Вы знаете, в детском доме есть абсолютно все: питание, хороший рацион, миллион игрушек. День у детей там расписан. Но у них там нет самого главного: родительского тепла, внимания и контакта. Это у них потеряно. И чем дольше ребенок находится в детском доме, тем больше он от этого отвыкает. Чем раньше он оттуда уйдет, тем легче у него будет проходить процесс адаптации. Тем быстрее он отогреется. Женю мы забрали, когда ей было два года, Владик пришел к нам в семью в три. Конечно, у нас всякое было. Потребовалось время для того, чтобы наладить контакт. Но сейчас они уже начали говорить. Мы стараемся вкладывать в них всю любовь и тепло. Явных проявлений того, что им тяжело, сейчас нет. Поначалу же эти сигналы были. Нам пришлось это пережить. Но сейчас все гораздо лучше, детки стали увереннее себя чувствовать.
— Собираетесь ли вы в будущем усыновить еще одного ребенка?
— Когда мы взяли Женю, я подумал: "Ну, все, надо бы успокоиться". Мы прошли достаточно большой путь, прежде чем ребенок оказался дома. Но когда у нас появился Владик, мы поняли, что детей уже двое, и что они будут вместе расти. Как-то сидели с Элей и пришли к выводу, что можно и еще взять, но потом взяли паузу. Повторюсь: не мы выбирали детей, это они выбрали нас. Все достаточно быстро произошло. Всякое возможно. Насчет третьего ребенка мы не говорим "нет". Надо оценивать по своим силам и ресурсам. Детей набрать можно сколько угодно, но важно то, что ты им можешь дать. Нужно уделять им внимание, дарить свою любовь и тепло.
— Чувствуешь ли ты, что усыновление детей стало самым важным поступком в твоей жизни?
— Многие говорят, дескать, вы такие молодцы, герои. Но на самом деле я этого не осознаю. За год мы усыновили двоих детей. И как только ты окунулся во все это, то ты там так и плывешь. Может быть, я никогда этого и не пойму. Наверное, со стороны виднее. Безусловно, это было яркое событие. Основная нагрузка в виде посещения поликлиник и детских садов, конечно, лежит на Эле. Сейчас у нас нет возможности оценить значимость того, что мы сделали.
— Чем Женя и Влад больше всего любят заниматься?
— Владик у нас очень активный, подвижный и координированный. Я стараюсь учить его кувыркаться. Он любит везде лазить и повторять все, что я делаю. Жене же очень нравится считать. Она умеет считать до двадцати, знает все цвета, стороны и геометрические фигуры. Наши дети любят играть на площадках. Они очень веселые и яркие. Они очень хорошо развиваются, мы же стараемся им в этом помогать. Я уже приводил Владика в нашу командную раздевалку, у него уже есть своя маленькая клюшечка. Правда, с ней пока больше Женя любит играть. У Влада тоже есть любимая игрушка — слоник на колесиках. Он с него вообще не слезает. А еще, как любой мальчик, он играет с машинками и тракторами. Женя же постоянно любит что-то считать и играть с цветами.
— Не думал еще Влада отдать в хоккей?
— Есть такие мысли. Но я сам встал на коньки только в семь лет. Он уже знает, что такое клюшка и шайба, но пока что большого интереса с его стороны нет. Думаю, это со временем придет. Попробовать его в хоккее — почему бы и нет? Каждый отец должен научить тому ремеслу, которым он владеет. Я не смогу научить Владика, например, математике, потому что сам не из этой сферы. Это сделает кто-нибудь другой. Но я могу показать ему хоккей. Поэтому попробуем. Цели сделать из него хоккеиста нет. У нас дедушка вот военный. Почему бы и нет, хорошая сфера. Хоккей тоже похож на службу, у нас с семи лет все заточено на дисциплину и порядок. Можно сказать, везде в строю ходим. Главное, чтобы наши дети стали хорошими людьми, а профессию себе они сами выберут. Мы об этом пока не думаем. Стараемся прививать им хорошие человеческие качества, чтобы они социализировались, умели общаться, контактировать с людьми, любить. Профессию они уже сами себе выберут. Конечно же, где-то мы поможем, направим. Но все остальное будет уже от них зависеть.
— Как изменило тебя отцовство?
— Появилось осознание того, что теперь я являюсь полноценным главой семьи, который несет ответственность не только за себя и жену, но и за детей. Нужно обеспечить их, помочь им в становлении, создать условия для роста. Наверное, слово "ответственность" — самое верное, которое может прийти на ум. Чтобы твоя семья была счастлива, нужно еще больше трудиться и работать, заниматься, тренироваться и добиваться результатов.
— Насколько сильно поменялся твой распорядок дня с появлением детей?
— У меня все ускорилось. Я стал больше ценить время, которого у меня почти не остается. Раньше я мог позволить себе больше времени проводить на стадионе. Сейчас же я практически не засиживаюсь и стараюсь сразу же приезжать домой. Детям необходимы режим и дисциплина, которые сейчас у нас в процессе становления. Тренировки и игры у меня проходят в разное время, а у детей должно быть конкретное расписание. Если что-то идет не так, то у них сбивается сон. Поэтому я стараюсь под них подстраиваться. Лично у меня все ускорилось, я начал быстрее передвигаться от точки до точки. У супруги же сплошной быт и домашние заботы. Короче говоря, все как у всех. Когда мы отвели двоих детей в садик, сразу подумали: "Ничего себе, сколько свободного времени у нас появилось!". Сразу начинаешь думать о том, чем заняться, куда бежать. Ребята у нас молодцы, они уже одеваются сами. Бывает такое, что я уезжаю в поездку на две недели, потом возвращаюсь, вижусь с детьми и думаю: "Ничего себе, как же быстро они растут!". Поэтому нужно ценить то время, которое у тебя есть.
— Твоя супруга часто рассказывает об истории с усыновлением в социальных сетях. Насколько приятно читать все пожелания и напутствия со стороны болельщиков?
— На самом деле, ей было непросто на это решиться. У нас не было никакой тайны усыновления. Мы за то, чтобы наши дети знали, как они у нас появились. Будем рассказывать им об этом. Социальные сети — это замечательная площадка, где Владик и Женя смогут увидеть свою историю. Соцсети помогли нам на стадии, когда мы хотели стать приемными родителями, а сейчас Эля там делится опытом. Кстати, ее можно найти под ником @elya_klimontova. Очень много людей ей пишет, и она им помогает. Тысячи людей писали нам о том, какие мы молодцы. Невероятно приятно было все это читать! Это придает очень много сил. Многие боятся стать приемными родителями, но страшиться этого не нужно. У кого есть желание, пусть действует. Уже два года прошло с тех пор, как у нас появились дети, но в хоккейной сфере об этом стало известно только сейчас. Все думали, что это наши дети. Мы стараемся спокойно к этому относиться. Люди шлют нам добрые пожелания, это приятно. Но мы с Элей не чувствуем себя какими-то святыми людьми.