Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мокшанская селянка

Фильм «... А зори здесь тихие» (1972 г.)

Фильм «... А зори здесь тихие» (1972 г.) Режиссёр: Станислав Ростоцкий
Война — это боль, кровь, грязь, страх, смерть. На войне нет места красоте, женственности, шёлковым сорочкам. Здесь кирзачи, портянки, зенитки, строгий старшина Васков. Все милые сердцу радости остались в мирной жизни. 21 июня сорок первого года разделило жизнь на до (разноцветную, беззаботную, полную любви) и после (суровую чёрно-белую). Там в мирной жизни осталась у Лизы Бричкиной - неразделённая любовь и возможность учиться; у Сони Гурвич - университет, первая любовь, дружная семья (судьба родных неизвестна, возможно они замучены в концлагере); у Риты Осяниной - любимый муж, погибший в первые дни войны, тихий семейный уют; у Жени Комельковой — расстрелянная семья, в утешение осталась только страсть; а у детдомовского воробушка Гали Четвертак — лишь мечты, которым не суждено осуществиться. На их ногах грубые сапоги, а не изящные туфли. Их руки сжимают винтовки, а не взъерошивают непокорные волосы не родившихся де

Фильм «... А зори здесь тихие» (1972 г.)

Режиссёр: Станислав Ростоцкий

Война — это боль, кровь, грязь, страх, смерть. На войне нет места красоте, женственности, шёлковым сорочкам. Здесь кирзачи, портянки, зенитки, строгий старшина Васков. Все милые сердцу радости остались в мирной жизни. 21 июня сорок первого года разделило жизнь на до (разноцветную, беззаботную, полную любви) и после (суровую чёрно-белую). Там в мирной жизни осталась у Лизы Бричкиной - неразделённая любовь и возможность учиться; у Сони Гурвич - университет, первая любовь, дружная семья (судьба родных неизвестна, возможно они замучены в концлагере); у Риты Осяниной - любимый муж, погибший в первые дни войны, тихий семейный уют; у Жени Комельковой — расстрелянная семья, в утешение осталась только страсть; а у детдомовского воробушка Гали Четвертак — лишь мечты, которым не суждено осуществиться. На их ногах грубые сапоги, а не изящные туфли. Их руки сжимают винтовки, а не взъерошивают непокорные волосы не родившихся детей. Их губы сжаты, а не шепчут слова любви и не поют колыбельные младенцам. Они на войне. Они убивают. Их убивают. Всё это противоестественно, так не должно быть. Женщина приходит в этот мир, чтобы дать жизнь, а не отнимать её.
« А про себя подумал: не это главное. А главное, что могла нарожать Соня детишек, а те бы – внуков и правнуков, а теперь не будет этой ниточки. Маленькой ниточки в бесконечной пряже человечества, перерезанной ножом». Сцену в бане Ростоцкий снял не для того, чтобы добавить эротического перчику в картину. Совсем для другой цели: «Вы же всё время в сапожищах, в гимнастёрках, с ружьями наперевес, и зрители забудут о том, что вы женщины, красивые, нежные, будущие мамы… Мне нужно показать, что убивают не просто людей, а женщин, красивых и молодых, которые рожать должны, продолжать род».

Пять девушек и старшина Васков встали на пути фашистских диверсантов. Шесть человек против шестнадцати, вооружённых до зубов, натренированных. А у наших всего лишь винтовки и девичья отвага. В живых останется только Васков. Он на своей родной земле, он нюхом чует, он здесь вырос. Вся природа на его стороне: болота, мхи, леса, вековые валуны. Враг не прошёл, но какой ценой.
«— Что, взяли?.. Взяли, да?.. Пять девчат, пять девочек было всего, всего пятеро! А не прошли вы, никуда не прошли ..» И обезумевшие глаза выживших гитлеровцев, с ужасом смотрящих на старшину и не понимающих. Кто и как смог их остановить.

Но не оборвалась ниточка жив сын Риты Осяниной, жива память о подвиге пяти девчонок, защитивших свою родину и погибших на этой войне.