III Moments maladroit.
Круг 2
Неведение. Исследовать ум Авокадия, находясь на другой стороне причала совсем нелегко. Он глубоко изолирован. Никого к себе не подпускает. Остаётся лишь наблюдать его мимику, когда он разукрашивает словами страницы всеми эти язвительными замечаниями и негодованиями. Строит из себя героя своего времени. Не «нашего», потому что я вообще не с этого отрезка лет; я видел таких индивидуумов ещё в XIXвеке. Тогда они долго не жили, стрелялись частенько. Не в свою сторону, а напротив. Ещё глупее, я думаю. Лучше себя самостоятельно прибрать, чем позволить это сделать какому-то френчу или бриту, который просто подмигнул твоей пассии. Радуйся хотя бы наличию пассии, у кого-то и такого во владениях нет… Я заметил, что сегодня, во время письменных жалоб, он перебирал сайты и чаты со знакомыми, громко восклицал одобрительные матерные слова, когда великие находки показывались. Думаю, он доволен проделанной работой. Болезнь прогрессирует, цифры уменьшаются.
(Дневник страница 42)
Смеркалось…
В ночь, когда единственное, что хочется выпить – кофе, всегда вспоминаются так мною называемые «неловкие моментики». Я уверен, вы догадываетесь что это. «Неловкие моментики» наклеены на стены, они резко и дерзко вылетают изо рта, они выгибают позвоночник, они увлажняют глаза, они делают руки мокрыми, они заставляют нижнее бельё застревать в промежности. Неловких моментиков много и их уменьшительно-ласкательное обозначение лишь усиливает значение их реального преимущества. Они, как куча насекомых на гниющем трупе, их реально тут до хрена и они мелкие и противные.
Что действительно примечательно – первые «моментики» иногда являются на стадии эмбриогенеза, например, когда выносящая вас особа падает с лошади или поскальзывается на льду. И вам неприятно и ей неловко. Иногда зародыш выпрыгивает в таких случаях, потому что если заботливая мамаша так с ним обращается – ему не к чему оставаться с ней, он лучше пойдёт путешествовать по другому свету. Это совсем не так ужасно, как кажется. Другой неловкий моментик возникает, когда вас «запустили», но взлёт решили «отменить». Это тоже не так ужасно, но неловкость все равно остаётся. Всё лучше, чем взлететь и потерпеть крушение. Это как драка, которой удалось избежать. Так как земной путь эмбрион не проделывает, то и назвать его реальным существом язык не поворачивается, но на человеческом уровне все равно возникает неловкий моментик при мертворождении или выкидыше, и это хорошо. Это значит, что у людей ещё не всё потеряно.
Если всё-таки жалости к себе у нагулявшей недотёпы больше, чем к малютке, вы всё-таки появляетесь на свет. Теперь вы сами должны вертеться, есть, пить и производить дефекацию и деурина́цию. Вы совершенно не виноваты, если вдруг родились с врождёнными пороками внутренних органов, без ноги, без руки, без головы - это всё родная фрау на вас навела своим прескорбным поведением. Часто ты видишь их по телику с лицами, выражающими слепую надежду, что кто-то им поможет. О, нет, я ни в коем случае не педалирую идею о том, что все они – плохие мамы, всегда существует рандом(так уже даже взрослые начали говорить, в их исполнении звучит неубедительно, кринжово, я стараюсь не встревать) – кому-то не повезло, фартуна повернулось филейной частью… но частенько ты все равно наблюдаешь безыскусных и бесславных женщин, повиснувших на совести у других людей. Иногда ты даже переводишь копеечку, авось пригодится и повысит карму. Ты никогда не знаешь, если она попадёт туда куда, надо, не так ли? МЫ НУЖДАЕМСЯ В ЖЕЛАЕМЫХ И ЖЕЛАТЕЛЬНЫХ ДЕТЯХ И ТАКИХ ЖЕ РОДИТЕЛЯХ. Множество неловких моментиков уже произошло и это - только начало.
Допустим, вам удалось пережить фазу «1-7». Это у некоторых самый лучший период в жизни, поэтому человек устроен так, чтобы его забыть и никогда не вспоминать. Возможно, вы помните некоторые счастливые мгновения, какие-нибудь счастливые поездки, празднества, но вы не помните общую картину и никогда не вспомните, пока не придумают специальный аппарат. Фаза 1-7 изобилует неловкими моментиками. Первый поход под себя, первое постукивание сердца в знак симпатии, первая ссора с родителями и получение по мягкой сердцевине, первый велосипед и падение с него, первое увлечение и резкая потеря интереса к нему и много-много других. Однако эти неловкие моментики, в силу того, что они происходят, по сути, в «забываемом» периоде в действительности не имеют НИКАКУЮ смысловую нагрузку, вы не можете вспомнить почти ни один неловкий моментик из этой фазы, который реально изменил вас или оказал влияние – life keeps going friend.
Фаза 7-10 примечательна поступлением в тюрьму и знакомством с ребятками из соседней камеры. Так как ребята ещё не зрелые, говорить с ними особо не о чем, возможно только матчи любимой электроно-спортивной тимы(team – с англ. «команда») или домашнюю работу по счетоводству; неловкие моменты возникают только на пороге тюрьмы и дома. Предки просят от вас невероятных результатов, чтобы привить любовь к доминированию и преимуществу. Вы, если потакаете, приземляетесь сразу. Становиться совершенно скучно. Вместо беготни по ногабольному полю, вы сидите и зубрите лирику абиссинского поэта. Если попадаете в музыкальный зоопарк – оттачиваете кусочки из Вольдемара Мазарова. В этом возрасте и появляется первое желание достать из холодильника и незаметно стырить папино пиво или во время праздника лизнуть маминого вина, свистнуть сигареты и обкуриться до беспамятства, кашляя и загибаясь от никотиновой эйфории. Это то, как обычно воспитываются дети в Русландии. Почти никто не счастлив, всем плохо и все здесь – в середине прерий.
10-18, фаза, которая вправду может легко запомниться; я её называю фазой предельности и формы. Вы – на пределе, вы – формируетесь. Когда формируетесь на пределе, график функции неловких моментиков решительно может пересечь ограничение допустимых значений. Людишки вокруг не понимают вас, каждый хочет чего-то, чего никак не хотите вы, девушкам вы неинтересны, а если вы принадлежите прекрасному полу – парням от вас нужно только одно. Неловкий моментик, который, между прочим всегда был мне очевиден – это есть то, что пик сексуальности «сильного пола» приходится именно на эту фазу. Юный организм готов обрызгать семенем каждый сантиметр этого мира. Это всегда мне казалось самым несправедливым решением Господня. Вот он, альфа-самец, половой гигант, спермотоксикозник, с огромной головой, лопающейся от обилия тестостерона, вот он, играющий рок-н-ролл на гитаре, поющий песни Шалаша громче всех в округе, может быть во всей вселенной, пишущий рэп-стихи, рифмующий строки как верный фанат мистера Две Пачки, дерущийся, как человек из клуба, который нельзя называть; вот он читающий фомского тюремщика мальчик-максималист-психолог-интеллектуал-исследователь, вот он набирающийся мудрости у идеолога Italianских романтиков, принижающий друзей за примитивность, дайте ему ножны, булочки, комочки, дайте ему всё на свете от этих дивных цветочков поотрывать, пока они в рассвете цветения, дайте или nya-bye, дайте, он умоляет на коленях, дайте – и он перестанет ради этого заниматься всем, чем он занимался. Поэтому так и происходит. Если дать юноше то, что ему по-настоящему в этой его жизни – кусок женского отверстия – он забудет всё, что ему нравилось до этого. Для юного организма – women’s p. – це опиум. Им стоит и вправду быть решительно аккуратными. Таких мамы ерунде не научат… Про девчонок я много не знаю, общался с ними редко и по делу. Особенно в прифазе 10-13, в моём случае – второй половине прифазы «первой тюрьмы». Из этого, что мне удалось выяснить – очень любят обсуждать косметику и делать вместе уроки, сплетничать про мальчиков и посещать вечеринки. Скучные создания. Ничего общего с сексизмом, поверьте. Я близок к теории, что с годами прогибается другой поддон весов и мужчины становятся скучнее женщин. На мой взгляд эта тенденция как раз связана с «пиком сексуальности», можно даже прозвать это «пиком СИЛЫ», как у героев из игры про мясника -риппера.
Так как фаза действительно обширная и очень важная вашему вниманию подвергнуться отрывочки из моей невероятной жизни, которые, в известной степени «отрываются» в существовании каждого. Это уже, с давлением на педаль газа, можно назвать МОМЕНТАМИ.
Юджин, парниша из моего двора со скользкой физиономией волколака. Игрок в ногобол. Вы знаете таких, визуально неприятных, не вызывающих доверия и какой-то особой симпатии, да ещё и профессиональных ногоболистов: у этих ребят эго выше крыше, особенно если выродки из семей людей «недобросовестных». То был бычок, то бишь окурок, как их называют в Омериконии: не знаю насчёт «bully», но «butt» точно и с избытком процентов. Дружок входил в компанию высшей дворовой элиты, ходил в застёгнутом сине-фиолетовом спортивном костюме с кепкой на макушке безмозглой башни, вечно то со спичкой за щекой, то с алюминиевой банкой жидкого кокса. Я как эксперт по зловониям помню прохладный душок, запах, который не может исходить от хороших людей. Ясно помню – этот идиот носил с собой теннисный мяч. Кидал его в будку, которая подавала в ближайшие дома энергию. Мяч отскакивал ему в руки, всегда прямо в его гадкие мерзкие белые ручонки прилетал. Как бумеранг - всегда возвращался. Он, конечно, может и был отвратительный кадр, но дегенератом не был, эй, common, он же зуммер. Умник не кидал этот дурацкий теннисный мячик один. С ним были: его дружбан, Нико Байцкер, который был гораздо приятнее Юджина, этот был не из разряда «с кем поведёшься - от того и наберёшься», Майкл Кучерявый – мой дружок, с которым, как и с любым другом, тоже связано много неловких моментиков, о которым будет рассказано позже, и я сидевший на скамье с огромной дыренью посередине и невесело наблюдавший за этой странной игрой. В чём была её суть обывательскому чистому личику из альфа-поколения не понять, это малютки, наверное, вообще по двору не бегали. Я был воспитан улицей, дружок. И суть игры в теннисный мяч была проста: есть мяч, есть хренова стена будки электричества, берёшь мяч – и швыряешь его в стену, швыряй как хочешь, идея в том, чтобы мяч вернулся в руки и не угодил в окно какой-нибудь машины, которую какой-то недалёкий воткнул с другой стороны будки. Так и жили. Моя несчастная бабуля всегда патрулировала двор, по всему периметру, бабулю все боялись как надо – то-то знали – женщина не в себе. Хотя, бьюсь об заклад – те, кто не были больны скицой из множества старых перешниц были ещё больше не в себе, чем она. Я всегда говорил и буду: моя бабуля – святая женщина, будь она хоть трижды ненормальная. Юджин всегда скользил глазами по мне, ему я не нравился, очевидно, и по этой теме тоже, его бесило, что он не может как следует прижать меня, потому что по округе парусит моя дорогая granny. Эх, видит Бог, не сдулся бы дед так рано – я бы его отправил патрулировать, слишком я был ранимый на всяких недоумков, а в дедуле был стержень, как мне рассказывали. Я не так чисто видел Юджина, но эпизод с теннисным мячом вписался в мою память очень хорошо и забил мне в голову эту аксиому – видишь мяч, видишь стену – кидай мяч в стену, вот уж действительно, поколение звонящих унитазов.
Как раз тогда я узнал от Нико первый неприличный анекдот. Приходит как-то зелёный ящер в гости к своему приятелю с огромными ушами и говорит:
-Ушастый, я на рыбалку собираюсь, не хочешь со мной?
Ушастый показал указательным пальцем «момент» и, оставив входную дверь открытой, побежал к родителям спрашивать можно ли ему с ящером. Родители знали Ящера, но пускать Ушастого не захотели, маленький ещё. Ушастый вернулся к Ящеру отрицательно кивнул и пожав плечами. Ящер сказал:
- Ну что же, не так нет. Подъеду к семи часам, расскажу тебе как на рыбалке весело.
Ящер уставши решил не ехать к Ушастому, а просто позвонить. «дзынь».
Ушастый берёт трубку.
- Ушастый, ты не поверишь, я на рыбалке сегодня выловил одну большую щуку и 5 маленьких карасиков. Иди мамке расскажи, вот удивится. Ушастый бросил трубку, испытывающий радость за успех ящера, понёсся прямиком в родительскую спальню, запрыгнул на кровать и как заорёт:
-МАМА, ПАПА, ВЫ Ж МЕНЯ НА РЫБАЛКУ ТО НЕ ПУСТИЛИ, А ЯЩЕР ТАМ ПОМОЙМАЛ ОДНУ БОЛЬШУЮ С*ЧКУ И 5 МОЛОДЫХ ПИД0РАС*КОВ.
Да, анекдоты тогда были несмешные, но меня эти слова рассмешили, я их до этого ни разу не слышал. Я даже рассказал этот шедевр дома родителям. Сейчас такое бы не прошло, особенно в Новом Свете, там все ПИ-СИ – политкорректные.
Я встретил Юджина через 3-4 года после этого. На чёртовом ногабольном поле возле первой тюряги, в которой меня содержали. На поле было только 4 человека. Со мной был мой друг – Дэниел Репортёр. Это как у Го-Гуля – говорящая фамилия. Дэни говорил того меньше меня. С визуально неприятным тянулся его товарищ – тоже нездоровый бычок, обритый под тройку, с натянутым гондоном поверх головёшки. Я его имени не запомнил. Крыса редкостная, имена таких запоминать не хочется, это разряда Кисло-кисельных воспоминаний. Теперь, когда Юджин не наблюдает в округе моей старушки – его воображению подвластны все фантазии насилия, которые только можно придумать. Он как Алёша из книжки про оранжевый фрукт, – готов меня размазать по стене, отодрать, повесить на ворота и отбить, как ковёр. К сожалению, Юджин меня узнал, а я, к несчастью, узнал его. Каким я был идиотом, что просто не ушёл! Если на ранней стадии вирус не заметен, то потом эта дрянь выбьет из тебя всю жизнь. Я пробубнел в его сторону что-то невнятное. Он подошёл ко мне на уровень протянутой, сказал что-то мерзкое про меня, описав меня как сидящего на удочке у бабули, бедного Авокашу куснули – вон из воды, вместе с куснувшим негодником, и в его глазёнках-пуговках бледно-голубого цвета прослеживалась резкая неприязнь вперемежку с этим едва заметным чистейшем красным пламенем. Мальчик был заведён. Я не помню пожал ли я ему руку… Это меня жутко напрягает. Клянусь апеттитом, помни я эту деталь, тотчас бы пошёл мыть руки с хозяйственным мылом, несмотря на то, сколько лет прошло. В любом случае… он предложил поиграть в ногобол. Игра вышла неважная. С одной из сторон. Это была битва заведомо проигранная, операция, обречённая на провал. Хотя бы не играли на так называемое «Гузно», а то бы бедное гузно не выжило. В один момент при счёте 10:1 в пользу двух визуально-неприятных, Юджин начал надо мной подшучивать, и, когда, наконец, его гипербола презрения пронзила, как стрела сердце, мою честь, ограниченную всегда разным значением в зависимости от функции, я психанул, обозвав его каким-то жиденьким словечком. Никогда не делай, так, дружочек… как писал один грибник: «береги корзину с нову, а гордость поганке лучше всегда узлом подвязывай, коли не хочешь, чтобы потом она потом не развязалась». Ну, неловкий момент и выгорел. Репортёр застыл на месте и начал наблюдать шоу. Парочка визуально-неприятных начала в меня плевать и насмехаться, потом, будто разочаровываясь в своём действе, помогали стереть плевки с пуховика, говорили снимать и стирать его о снег, да, я послушно следовал их приказам; почему бы просто не сбежать? После стирки они вновь харкали и я снова делал вид, будто ничего не происходило. Я бегал за ними в истерике, но, как известно, когда навалил полные штаны скорость бега не такая высокая, так что - то было «отчаянное плетение». Это всё продолжалось, а Даниель Репортёр продолжал снимать глазами эту комедию, не пытаясь помочь. А что может сделать типичный зуммер? Ушёл в себя. Мол… Авокаш, мы, конечно, друзья, но ты сам виноват. Никогда не дружите с такими, вы будете сгибаться в муках в канаве и просить помощи – они буду снимать вас на камеру, настырно бездействуя, вы ведь сами виноваты. Это напоминает мне одну сказку о принцессе, с очень трагичным концом.
В конечном итоге, я ушёл с поля и после этого ни разу не видел Юджина и его лысого друга. С годами история вызывает всё больше острых эмоций. Бездействие, которое вылилось в трагедию. Так низко я никогда не падал. Но Юджин это только один отрывок того, через что пришлось переступить. Самый главный отрывок, наиболее описывающий моё понимание «неловких моментов».