Глава 13
-Юля, второй месяц ты меня избегаешь. Сначала я думал, что это случайность, но потом догадался, все это специально. Что ты делаешь? От судьбы не уйдешь! Постой же ты! Ты посмотри на себя: одни глаза остались! Зачем ты устраиваешь эти испытания и для себя и для меня? Хочешь что-то проверить? Не надо ничего проверять! У тебя все равно ничего не получится.
- Володя, я прошу тебя, оставь меня! Я не могу так больше! Целыми днями я думаю только о тебе. Вот сейчас он идет с работы, сейчас обедает, сейчас сидит возле телевизора со своей женой и ведет мирные семейные беседы, а сейчас он ложится с ней спать! Да сколько же можно терпеть эти муки?! Я умоляю, отдай мне меня! Я ненавижу тебя! Ненавижу!
- Маленький мой! Как ты мучаешь себя! Я ведь не сижу с женой за мирной беседой. Я все вечера провожу, как ты думаешь, где? В туалете. Да. Я его обкладываю плиткой. Прилеплю одну и сижу курю. Никто меня не трогает, никто в душу не лезет. Если за весь вечер три штуки прилеплю и то хорошо. Я никак не могу избавиться от наваждения: меня везде преследует запах твоих волос. Даже подушка пахнет твоими волосами. Юля! Что ты себе напридумывала?
- Не надо ничего.
- Постой!
Он схватил ее за руку.
- Гриша на остановке.
- Где?
- Посмотрел в нашу сторону, сел в троллейбус и уехал. Ну, вот, этого и следовало ожидать. Как я сейчас буду вести урок в его классе?
Гриша на урок не пришел. Где он, никто не знал.
После уроков она осталась проверять тетради в библиотеке, чтобы никто не мешал.
- Юлии Васильевны здесь нету?
- Я здесь, Марина.
- Юлия Васильевна, я пришла вам кое-что сказать. Я только что нашла Гришу в «курилке» и спросила, почему его не было на уроке. Он сначала молчал, а потом сказал, что видел вас с отцом.
- И что дальше?
- Я сказала: « Ты мог подумать ТАК о Юлии?» «Нет, - говорит, мне за отца стыдно. Совсем старый с ума сошел. Второй месяц сам не свой ходит. Я то думаю из-за чего, а оказывается вот что! Мать сегодня обманул. На работу ему надо пораньше. А сам Юлию вылавливал. Он ведь старый, а туда же!» Я подумала, и решила вам все рассказать.
Дальше больше. Все, пора с этим со всем заканчивать. Что ей делать? Он, добровольно, сам никуда не уйдет. Значит надо уйти ей. А куда? Лучше всего вообще отсюда уехать. Перед ней лежала подшивка газеты. «Требуются учителя…»
Прошло две недели. Она ввела в полное смятение начальство и коллег своим заявлением. Но удерживать не стали. И она была благодарна им за это. Больше всего она боялась сказать об этом ребятам. Но как не оттягивала эти объяснения Юлия Васильевна, наступил последний день и последний урок в ее десятом. «Главное – не зареветь» – думала она. Тяжело было дышать. Она старалась держаться спокойно. Но эти глаза! Они все смотрели на нее и совершенно ничего не слышали, что она им объясняла.
«О чем они думают? Осуждают, наверное. Да не могу я! Не могу здесь больше оставаться! Если я останусь, вы же первые меня осудите, когда все узнаете. Узнаете. Ничто тайное не бывает вечным. Но как вам сейчас все это объяснить?»
звонок прозвенел, и словно оборвалась какая-то струна. Все…
Некоторые стали собираться, а ее артисты молча сидели.
- Ну, что, давайте прощаться. Смотрите, не подводите меня, учитесь хорошо.
Они ничего не ответили. Почти все ушли, остались только Маринка, Гриша и Шурик.
- Мы к вам на следующий урок придем.
- У меня сейчас другой класс.
- Мы все равно придем.
Мальчишки ушли. Она села за стол записать урок. Маринка села напротив. Подперла подбородок руками. Юля не могла поднять глаз. Стояла напряженная тишина.
- Все будет хорошо. Иди на урок. Какой у вас …?
Перед ней сидела маленькая несчастная семнадцатилетняя девченка с полными слез глазами.
- Марина, не надо. Я сама сейчас зареву.
- Зачем вы это делаете?
- Так сложились обстоятельства.
Гриша с Шуриком действительно пришли на следующий урок.
- Ребята, вам влетит. Вы какой урок прогуливаете?
- Юля, хочешь булочку?
- Гриша! Ты соображаешь, что говоришь?!
- А что?
- Что с тобой?
- Ничего. Мы сейчас были в столовой и купили тебе булочку. Ты ведь с утра ничего не ела, я знаю.
- Сейчас же замолчи! Как ты со мной разговариваешь!
- Ну и что? Ты ведь мне теперь не учительница!
- Старший друг и товарищ.
- А, спасибо хоть на этом. Знаешь, Гриша, шел бы ты домой, по-моему, ты не в себе.
Они пришли вечером, все ее артисты. И они пошли через парк. Как когда-то. Стало темнеть, и она взяла Гришу под руку. Они все схитрили, она заметила, ушли вперед, и они с Гришей остались вдвоем. Он остановился, схватил ее за плечи, наклонился и заглянул в глаза.
Только этого не хватало! Она испугалась, подумав, что он сделает сейчас глупость.
- Ты нам нужна. Ты понимаешь это?! Не уезжай…
- Гриша, ты явно преувеличиваешь.
- Я сейчас скажу тебе что-то не то. Лучше ничего не говори.
Больше он ничего ей не сказал.
Провожать ее на поезд он тоже не пришел. А в понедельник она уехала в какую-то глухую сибирскую деревню.
