Многие иностранные компании объявили об уходе с российского рынка. Ключевую роль здесь сыграло давление политиков и общественности, нехватка сырья и комплектующих, сложности с проведением оплаты поставок и логистикой. Но при этом значительная часть предприятий, особенно семейных, старается остаться в России. Об этом рассказал профессор-исследователь департамента стратегического и международного менеджмента Высшей школы бизнеса НИУ ВШЭ Игорь Гурков на научном семинаре «Выход иностранных компаний из России».
Эксперт представил результаты анализа причин и поводов ухода западных компаний с российского рынка в период с февраля по ноябрь 2022 года. В своих исследованиях ученый опирался на собственные данные в сравнении с данными Йельского центра по изучению российских подразделений зарубежных корпораций.
До февраля 2022 года в России работало более 3 тысяч средних и крупных корпораций. Всего было сделано 720 публичных заявлений о радикальных изменениях в работе иностранных активов на территории нашей страны, в том числе от 188 промышленных предприятий.
В первой волне в небольшом количестве заявлений западных корпораций отмечалось, что операции будут продолжены в полном объеме и право собственности на российские активы сохранится. В 67% сообщений говорилось о сокращении количественных (например, о прекращении инвестиций в российское подразделение) либо качественных параметров деятельности (например, сокращение ассортимента продукции российского подразделения). 18% заявлений содержали объективные причины остановки производства: нехватка сырья и комплектующих, сложности с оплатой поставок, торговые и логистические ограничения. Только в 14% случаев указывалось на стремление к полному прекращению деятельности в России.
По оценке Игоря Гуркова, на решение иностранных компаний повлияли следующие факторы. Во-первых, политический: давление властей страны материнской компании на корпорацию, влияние международных органов, давление общественности страны происхождения.
Во-вторых, отраслевой фактор: зависимость производства и продажи от санкционных товаров и зависимость от входящих и исходящих финансовых потоков. Профессор напомнил о том, что проведено несколько раундов международных санкций, которые коснулись более 2 тысяч наименований товарных позиций, включая товары народного потребления, оборудование, комплектующие, стратегическое сырье и другие категории товаров.
В-третьих, это ограничения на сделки с иностранными активами в отдельных отраслях, «ручной контроль» над сделками по выходу из российских активов, что приводит к снижению окончательной цены продажи иностранных активов российским собственникам, иногда в два и более раз.
В-четвертых, сыграли свою роль особенности материнской компании, такие как опыт работы компании в санкционном окружении, ее форма собственности (публичная, частная, семейная), уровень самофинансирования.
В-пятых, повлияли особенности организации и функционирования российского подразделения: его мандат, степень интеграции в местные цепочки стоимости (наличие поставщиков, дилеров), доля доходов и прибыли подразделения в глобальных доходах и прибыли корпорации.
Игорь Гурков считает, что по окончании пандемии российский рынок был очень привлекательным для бизнеса, и это, в свою очередь, являлось сдерживающим фактором для иностранных компаний при принятии решения об уходе. «Положение в 2021 году было совершенно уникальным. После 2020 года, после ковида, средний рост годовой выручки в рублях составил 36%. Такого роста не было в последние 20 лет. Российский бизнес в 2021 году оказался очень выгоден во всем мировом масштабе промышленных корпораций», — сказал он.
Самая пострадавшая из-за ухода иностранцев отрасль — транспортное оборудование, производство автомобилей и автокомплектующих. Почти половина производителей здесь объявили об остановке производства. При этом «сфера электроники сократилась минимально, а металло- и деревообработка вообще не собирались сокращаться на российском рынке», отметил профессор.
Он назвал интересным феноменом роль типа собственности в принятии решения об уходе. Например, семейные компании оказались самыми неактивными в плане выхода из российского бизнеса.
В целом поведение западных промышленных компаний оказалось более гибким, чем можно было ожидать, приходят к выводу исследователи. «Основная часть западных компаний (за исключением стратегически важных производств) старается сохранить свое присутствие на российском рынке», — констатирует Игорь Гурков. При этом он уверен, что в 2023 году, после снятия ограничений на изменение состава собственности предприятий, обслуживающих энергетический сектор, может начаться «большая игра» со сменой собственности производств в составе зарубежных компаний.