- Нам нужно спасать Настёну... - повторил за меня Егор, мягко опустил на землю, - смотри, здесь узкий лаз, придётся ползти, - Егор присел, показывая рукой вниз и в бок. Там чернела дыра, из неё едва заметно струился холодный воздух, пропитанный запахом прели и извести.
- Я полезу первым, ты следом, пожалуйста, только не отставай, здесь не должно быть очень далеко, - Егор опустился на колени и легко и бесстрашно нырнул в тёмный змеиный ход.
Я послушно опустилась следом. Загребая холодную и сырую землю ногтями, подтягиваясь вслед за уверенно ползущим впереди Егором, я думала только о Настёнке. Как ей должно быть сейчас страшно в этом подземелье, и как нам найти её и вызволить. Нам с Егором светила совершенно непредсказуемая встреча с Полозом. Сражение? Обмен? Переговоры? Выживем ли мы? Не останемся ли вечными пленниками коварного змеиного царя?
- Милка, мы добрались! - услышала я голос запыхавшегося Егора, его ноги вдруг исчезли в проёме лаза, но тут же он склонился с ободряющей улыбкой, - Давай ещё чуть-чуть, здесь огромный зал, можно встать в полный рост.
Я протянула руку, и Егор легко вытянул меня. Мы оказались под гигантским земляным сводом. В нём мерцали, давая неяркое свечение крупные самоцветы. Драгоценные камни размером с кулак светились изнутри, освещая потолок и пол. Размеры подземного зала я определить не смогла, вокруг и во всех направлениях располагались сотни сталагматовых колонн, словно в пещере, поддерживая потолок, они терялись в сумраке.
- Настя должна быть где-то здесь, идём, - Егор потянул меня за руку, - только тихо, у Полоза хороший слух.
Мы проходили один колонный зал за другим, изумруды и рубины, сапфиры, цитрины освещали нам путь. Некоторые колонны целиком состояли из разноцветных слоистых камней - яшмы, нефрита, малахита. Я только крутила головой, поражаясь невиданной красоте.
- Нравится? - вдруг повернулся ко мне Егор.
- Что? - оторопела я.
- Мила, я не мог сказать тебе раньше, но сейчас время пришло...
- Егор? Что происходит?
- Мила, послушай меня, пожалуйста. Я люблю тебя! Люблю уже давно, но мне нельзя было говорить тебе об этом. Ты ничего не должна была знать.
- Ты? Любишь? Егор, я не понимаю.
- Скажи только одно: ты любишь меня? Ответь: ты хочешь быть со мной?