1. Бессмертная «Википедия» повествует о гоминидах: «Гоминиды в антропологии выделяются на основании двух простых критериев: двуногость и редукция зубочелюстного аппарата (уменьшение клыков, параболическая форма зубной дуги, укороченные челюсти). Они также отличаются от других приматов более крупным мозгом (от 600 до 2000 мл)».
Сергей Александрович Есенин (1895.09.21 (1895.10.03), село Константиново, Рязанского уезда, Рязанской губернии, Российской Империи — 1925.12.28, Ленинград, СССР) не всегда представал на публике двуногим, ибо порой в пьяном виде перемещался на четвереньках, так что, пожалуй, располагался на переходной ступени от более древних приматов к собственно гоминидам.
Но объёма головного мозга у него должно было хватать для деятельности повторительной и даже подражательной, для обезьянства. Что этот литератор способен был на примитивную повторительность, мы сейчас докажем.
2. Первоисточник повторительности — стихотворение Афанасия Афанасьевича Фета (1820.11.23 (1820.12.05), усадьба Новосёлки, Мценского уезда, Орловской губернии, Российской Империи — 1892.11.21 (1892.12.05), Москва, Российской Империи).
Текст 1.
Афанасий Фет
Печальная берёза...
Печальная береза
У моего окна,
И прихотью мороза
Разубрана она.
Как гроздья винограда,
Ветвей концы висят, —
И радостен для взгляда
Весь траурный наряд.
Люблю игру денницы
Я замечать на ней,
И жаль мне, если птицы
Стряхнут красу ветвей.
1842
3. Прошло более семидесяти лет и на авансцену выступил механический повторитель А. А. Фета — недогоминид С. А. Есенин со своим стихотворением.
Текст 2.
Сергей Есенин
Берёза
Белая берёза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.
На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.
И стоит берёза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.
А заря, лениво
Обходя кругом,
Обсыпает ветки
Новым серебром.
1913
4. Нетрудно заметить, что строфы стихотворения С. А. Есенина по содержанию почти буквально повторяют строфы стихотворения А. А. Фета.
У А. А. Фета...
Печальная береза
У моего окна,
И прихотью мороза
Разубрана она.
У С. А. Есенина...
Белая берёза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.
Содержание строф одно и то же: берёза, видная из окна, покрыта следами мороза.
У А. А. Фета…
Как гроздья винограда,
Ветвей концы висят, —
И радостен для взгляда
Весь траурный наряд.
У С. А. Есенина…
На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.
И здесь содержание строф одинаковое: концы ветвей берёзы свисают кистями.
У А. А. Фета…
Люблю игру денницы
Я замечать на ней,
И жаль мне, если птицы
Стряхнут красу ветвей.
У С. А. Есенина…
А заря, лениво
Обходя кругом,
Обсыпает ветки
Новым серебром.
Вновь содержание строф одинаковое: свет зари освещает ветви берёзы.
«Новаторство» полугоминида лишь в том, что к своему подражанию он добавил ещё одну строфу, вынужденно не участвующую в нашем сопоставлении.
И стоит берёза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.
5. Риторические различия минимальны: размер стихотворных стоп различается незначительно. Усвоение размера и ритма А. А. Фета прошло у С. А. Есенина успешно.
6. Если же смотреть на каждое стихотворение в его целом и обращать внимание не на информативно-содержательный, а на формально-поэтический аспект, то стихотворению С. А. Есенина, как оно ни повторительно, далеко до совершенства стихотворения А. А. Фета.
В самом деле, точнейший реализм описания внешнего предмета, берёзы, идеально сочетается у А. А. Фета с печальным и даже трагическим его внутренним восприятием поэта. И это понятно: зима, замирание жизни, траурный наряд. Но изысканно-парадоксально, что весь трагизм своего восприятия поэт перемещает в предмет восприятия: печальна сама берёза, наряд у неё траурный. Сам же поэт сдержанно и молчаливо любуется этой прихотливой работой мороза. И ему жаль, если морозное убранство дерева стряхнут садящиеся на его ветви птицы.
А что у С. А. Есенина? Этот поэт тщится повторить то, что имеется у А. А. Фета, но получается это у него, при всей буквальности повторений, ученически плохо. Реализм описания у этого поэта недостаточный, коверканный, лживый. Как это проявлено в ткани текста?
О берёзе у А. А. Фета сказано: «и прихотью мороза разубрана она». А у С. А. Есенина берёза «принакрылась снегом, точно серебром». Снег белый. Сходство его с серебром только тогда заметно, причём сходство отдалённое, когда он растает и замерзнет в лёд. Лишь тогда эта мёрзлая вода может быть слегка похожа на серебро. Но лёд-то не снег… И если с «прихотью мороза» в отношении берёзы у А. А. Фета всё в порядке, то у С. А. Есенина «принакрыться берёзе серебром» риторически проблематично.
Что снег белый и у С. А. Есенина, видно из дальнейшего его изложения.
На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.
Так серебряный или снежно-белый цвет у ветвей зимней берёзы?
С цветовосприятием у подслеповатого крестьянского поэта вообще нелады. К серебряному и снежно-белому у него добавляется зачем-то золотой. И этот золотой относится всё к тому же снегу, покрывающему берёзу.
И стоит берёза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.
Откуда этот золотой огонь взялся?
Мудрый реалист А. А. Фет так пишет о берёзе в морозном убранстве:
Люблю игру денницы
Я замечать на ней…
Для взгляда поэта занимательна игра света на снежном облачении берёзы. О цвете не сказано ничего. Мы знаем, алеющая заря даст розоватый цвет снега на берёзе. Но поэта занимает лишь игра света в кристалликах снежинок.
А путаный поэт С. А. Есенин легко и без единой заботливой мысли в голове осуществляет возврат к исходному серебру, правда, уже серебру новой генерации.
А заря, лениво
Обходя кругом,
Обсыпает ветки
Новым серебром.
Вообще-то «новым серебром» обсыпет ветки новый мороз и новый снегопад. А заря ни серебра, ни снежной белизны не даст.
Рано рождённая вышла из тьмы розоперстая Эос.
Но серебром ей заняться как-то совсем недосуг.
7. Что в итоге? Итог грустен.
Мне не смешно, когда маляр негодный
Мне пачкает мадонну Рафаэля.
Обращайтесь к первоисточникам и наслаждайтесь чистой ключевой водой Кастальского ключа. А эрзацы, суррогаты, подражания, коверкания оставьте мухоморам, кальмарам и прочим предгоминидам.
Если вам всё же смешно, вы принадлежите к новой генерации людей, чистому серебру «креативного класса». И вам уже ни посоветовать что, ни исправить вас самих. Живите хохоча.
2023.02.07.