Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Пристанище автора

Мечтала

Глафира Сергеевна, маленькая, хрупкая женщина лет 50-ти, бывший учитель музыки давно и прочно мечтала блистать на сцене в качестве исполнителя романсов. Мечтала она об этом в детстве, и в юности, и в музыкальном техникуме, и даже когда выскочила замуж все еще мечтала об этом. Но, как это часто бывает, жизнь поворачивается к мечтателям не тем местом. Смерть мужа и двое маленьких детей заставили Глафиру Сергеевну, маленькую женщину с длинной, смоляной косой, затолкать подальше свои желания и заниматься семьей с удвоенной силой. Года прошли, как кинолента на перемотке. Мелькали картинки, росли дети, менялась и сама Глафира, только мечта ее крепла, запрятанная глубоко под сердцем. Когда разлетелись ее «птенчики» по разным странам со своими семьями и осталась только кошка – Машка, которую хозяйка с гордостью звала «Моя белоснежная Мари». Тогда решила Глафира Сергеевна, хрупкая женщина с глубокими, синими глазами и проседью в тяжелой косе, достать из глубин своей души давно забытую мечту, от
Портрет Глафиры моего авторства.
Портрет Глафиры моего авторства.

Глафира Сергеевна, маленькая, хрупкая женщина лет 50-ти, бывший учитель музыки давно и прочно мечтала блистать на сцене в качестве исполнителя романсов. Мечтала она об этом в детстве, и в юности, и в музыкальном техникуме, и даже когда выскочила замуж все еще мечтала об этом. Но, как это часто бывает, жизнь поворачивается к мечтателям не тем местом. Смерть мужа и двое маленьких детей заставили Глафиру Сергеевну, маленькую женщину с длинной, смоляной косой, затолкать подальше свои желания и заниматься семьей с удвоенной силой. Года прошли, как кинолента на перемотке. Мелькали картинки, росли дети, менялась и сама Глафира, только мечта ее крепла, запрятанная глубоко под сердцем.

Когда разлетелись ее «птенчики» по разным странам со своими семьями и осталась только кошка – Машка, которую хозяйка с гордостью звала «Моя белоснежная Мари». Тогда решила Глафира Сергеевна, хрупкая женщина с глубокими, синими глазами и проседью в тяжелой косе, достать из глубин своей души давно забытую мечту, отряхнуть с нее многолетнюю пыль и начать ее исполнять.

Много препятствий встретилось на ее пути. «Голос уже не тот.» - говорили одни. «Возраст, возраст! Куда вы то?!» - удивленно восклицали другие. «Уже набрали, мест нет.» - отмахивались, как от назойливой мошки третьи. И когда уже почти опустились аккуратные тонкие руки, с сеточкой морщинок и капилляров, просвечивающих через пергаментную кожу, выход таки нашелся. Позвали нашу Глафиру Сергеевну, утонченную и изящную женщину, с гордой осанкой и приятным тембром, в музыкальный театр районного масштаба. И место освободилось, и возраст помехой не был, и голос оказался вполне подходящий.

Много трудилась и училась Глафира, ради своей мечты. Большой и теплой мечты, которая за столько лет ни только не угасла, а глубоко пустила корни в душе и теле хрупкой женщины, выросла и расцвела. Первое выступление, первые аплодисменты и первый, скромный букет от новоявленного поклонника. Маленькая женщина на сцене сияла! Блеск ее глаз затмевал свет софитов, а удовольствие, с которым она исполняла романсы, разливалось по залу вместе с ее мягким голосом. Оно заполняло души зрителей, окрыляя, подталкивая на исполнение собственных, давно забытых и скрытых желаний и мечт.

Глафира Сергеевна, маленькая, хрупкая женщина лет 50-ти, стояла на сцене и смотрела в свое новое, прекрасное будущее. Новые мечты, новые трудности и конечно – новая любовь улыбались ей из зала.