Налицо связь Мюнхенского сговора и его драматических последствий с процессами распада межвоенного мира на основе Версальско-Вашингтонской системы, нарушения общеевропейского равновесия и вызревания предвоенного политического кризиса. Трагическая судьба Чехословакии учит, что предательство национальной элитой интересов своей страны, передача государства под «внешнее управление» оборачивается в конечном счёте и национальным самоубийством для правящей элитой, и потерей ею своего привилегированного положения.
Многое и сегодня в политике ведущих западных держав, прежде всего Соединённых Штатов, перекликается с их действиями в период подготовки и осуществления Мюнхенского сговора. Игра на международных противоречиях, попытки подставить под удар противника, а самому остаться в стороне, выдать жертву агрессору и т.д. опасны и чреваты серьёзными международными последствиями для их организаторов и вдохновителей.
Между тем история учит, что забвение национальных интересов под давлением внешних обстоятельств или в результате корыстных расчётов «своей» правящей элиты не только оборачивается трагедией для народа данной страны, но может иметь и далеко идущие международные последствия. В длинной цепи событий, подтолкнувших мир ко Второй мировой войне (1939-1945 гг.), особое место занимает Мюнхенская конференция 1938 г., вошедшая в историю как преступный Мюнхенский сговор Великобритании, Франции, нацистской Германии и фашистской Италии с целью «мирной» выдачи Гитлеру Чехословакии.
По сути дела, Мюнхенский сговор, от которого решительно отмежевался СССР, явился пиком, проводимой западными державами политики «умиротворения» агрессоров и обозначил «точку невозврата» в переходе от мира к войне. Его логическим следствием стали двусторонние соглашения, подписанные Англией, Францией и, много позже других, Советским Союзом с гитлеровской Германией, чтобы отвести угрозу агрессии от себя. Получилось так, что эгоистический интерес, возведенный в ранг государственной политики западными демократиями, одержал верх над коллективной ответственностью. Когда предвоенные годы стали уже далекой историей, глава Советского правительства И.В. Сталин в перерыве между заседаниями Ялтинской конференции (февраль 1945 г.) лаконично скажет президенту США Ф. Рузвельту, что если бы не было Мюнхенского сговора, то не было бы и советско-германского пакта о ненападении1 . Президент не найдет, что ответить. Тем более, что США формально остались в стороне от «грязной сделки».