Сегодня в прибалтийских государствах не любят вспоминать о том, что их многие знаменитые актёры сожалели о развале СССР. Об этом высказывались: Вия Артмане, Донатас Банионис, Альгис Масюлис, Регимантас Адомайтис, Арнис Лицитис и некоторые другие. И даже после того, когда правительства этих республик взяли жёсткий курс на отмежевание от советского прошлого, да и вообще от нашей страны, они продолжали сниматься в российских фильмах и сериалах.
В СССР наиболее сильные киностудии страны были именно в Литве, Латвии и Эстонии. И более половины продукции там выпускали на своих национальных языках.
Сегодня ничего этого нет. Вернее, сами киностудии есть, но производят они примерно в 20 раз (!) меньше, чем прежде. Другими словами, тот объём кинопродукции, который раньше выпускался ежемесячно, сегодня эти киностудии не могут сделать и за год. Соответственно, нет новых интересных фильмов и нет новых звёздных имён.
Хотя всего сорок лет назад трудновыговариваемые на русском языке имена и фамилии прибалтийских кинозвёзд, что называется, отскакивали от зубов у всех любителей кино нашей огромной страны. Актёров знали, любили и боготворили десятки миллионов советских зрителей и они с благодарностью купались в лучах этой славы!
К таким балтийским звёздам, безусловно, относится и латышский актёр Гунар Цилинский. Он родился ещё в старой независимой Латвии, а трагически скончался уже в новой республике. Хотя пожить при новых властях ему удалось недолго.
Его путь к успеху был непростым. Несмотря на то, что он много играл в латвийском театре и с 26-и лет снимался в кино, до 35-летнего возраста о нём мало знали не только в СССР, но и в родной Латвии. Переломным фильмом в его карьере стал военный приключенческий боевик «Сильные духом», который в 1967 году стал лидером проката, и за первые два года его посмотрели более 55-и миллионов кинозрителей.
Волна популярности, что называется, с головой накрыла молодого актёра, который в этом фильме сыграл главную роль – советского разведчика Николая Кузнецова. До этой картины актёр не очень верил в себя и в свой успех. Прочитав сценарий, он вначале даже отказался от роли, так как боялся оказаться неубедительным.
Дело в том, что Николай Кузнецов был реальным человеком, а в шестидесятые годы были живы многие люди, которые знали его лично. И актёр всерьёз боялся критики и осуждения от этих людей.
Но потом всё же решил попробовать. Вот как он сам вспоминал уже в конце 80-х о том непростом для себя решении:
«Предложение сыграть разведчика Николая Кузнецова в свое время смутило, даже испугало меня. Между нами — мной и моим будущим героем — существовала огромная дистанция. Мы родились в разное время, у нас разные биографии. Когда началась война, мне было всего 10 лет. Я, как говорится, простой смертный, он - народный герой, человек-легенда! Что-то должно было нас объединить - его, воина, героя, и меня, никогда не державшего в руках оружия. И эти самые «болевые точки» нашлись. Неприятие человеконенавистничества. Стремление к мирной жизни. Я шел к своему герою через собственное восприятие войны и смерти. А ещё я искал ключ к образу Кузнецова в любви…»
В этих словах, которые он сказал в те годы, когда Латвия уже взяла курс на независимость и не было необходимости петь дифирамбы советским идеологам, проявилась его сущность как настоящего советского латыша, который любил и чтил свою национальность, но при этом гордился и тем, что был гражданином большой и великой страны.
Его не стало в 1992 году, всего через полгода после распада СССР и через месяц после своего 61-го дня рождения. Актёр был в отличной физической форме, любил спорт и активно им занимался. Его сердце остановилось внезапно во время катания на водных лыжах.
__________________