Почасовое «счастье» в инвалидной коляске

2

Первые несколько лет после этих событий, школа моя была строго на дому. Ко мне ходили учителя, и сама я дополнительно по много читала ещё всякой разной литературы. Коляска увы, ограничивала другие виды детских развлечений. А вскоре у меня появился протез, грубый правда очень, но я была этому рада, так как теперь мне двери открыла общеобразовательная школа. Я не вешала нос, и старалась как на костылях так и в инвалидной коляске, не отставать от своих сверстников. Но годы шли, и в одно прекрасное время и ко мне пришло оно, желание первой влюблённости и любви. Желание-то пришло, а вот сама любовь задерживалась где-то. На вопросы близких подруг я отвечала, что мне сейчас никто не нужен, что голова моя забита совсем иными мыслями и заботами, ссылаясь то на здоровье, то на учёбу, то на предстоящие экзамены и пр. и пр. А в висках отчётливо стучалось, - нужен, нужен! И мечты наполняли желанием грудь и сжимали колени. Слёз не было, только тоска и досада, - а все слёзы остались там, в малолетнем детстве, вместе с физической болью, только обиды на судьбу продолжали накапливаться в душе и занимать её свободные ячейки. Эта никомуненужность моя, ещё тогда я поняла, есть болезнь не излечимая. В этом недуге пролетели так же и все мои последующие студенческие годы, а посвящение меня в любовь состоялось совершенно неожиданно, когда я уже работала в нашей конторе инспектором отдела кадров. Мы с подругой, которая немного моложе меня, но уже будучи пять лет за военным замужем, как-то после работы шли к автобусной остановке, болтая так, ни о чём, просто перемывая кому-то из общих знакомых косточки, а несколько позади нас, в этом же направлении шагал молодой мужчина, опрятно одетый. Он заговорил с нами о погоде, и так мы вместе стояли ожидая рейсовый автобус. Всем нам надо было ехать в разные стороны нашего городка. Первым пришёл транспорт подружки, и она укатила, а мы вдвоём остались. Я спросила его кто он и чем занимается по профессии, на что он ответил шутя, - моя работа очень редкая и ювелирная, - потом засмеялся и сказал что он всего лишь сантехник. Мне это было весьма к стати, потому что в моей комнате были проблемы и с раковиной и с унитазом одновременно. Я спрашиваю его, может ли он устранить неисправность, не за бесплатно конечно, на что мужчина охотно, да даже как-то заметно обрадовавшись, согласился. Договорились встретиться на завтра, ведь мне же надо было убраться у себя в квартире к его посещению. Я ещё и не очень-то поверила ему, всё же не знакомый совсем человек, но на следующий день он пришёл к автобусу, как договаривались. Моя попутчица даже рот приоткрыла от удивления, увидев его во второй раз. Мы добрались до моего дома, и он очень умело и главное быстро устранил неисправность, а денег брать не стал совсем. Не знаю почему… Может просто видел мою убогость и пожалел меня, а может быть я ему сразу так понравилась, но как я не уговаривала его, от вознаграждения он отказался. Мне думалось, что придётся ему помогать может быть в чём-то при ремонте, и перед этим я быстро переоделась в лёгкий халат, если честно, то видя как он смотрит на мои формы и волнуется, я и сама начала волноваться, даже только от одного его голоса, он звучал так бархатно, как будто бы легонько касался моего тела. Мы с ним оба чувствовали какую-то внутреннюю тягу друг к другу и расположение. Конечно я его хорошо угостила, и для смелости и снятия нервного напряжения угостила и сама себя под пару стопочек «Зубровой настоечки». Вино расслабило нашу скованность и сблизило желания. Передо мной было его красивое, молодое и горячее тело. Сказать по совести, я почти не сопротивлялась ему тогда, потому что было огромное желание, и была личная свобода. Я ведь никому не была должна или обязана хранить верность. Он взял меня на столе, и знаете, так осторожно и умело, что я почти не почувствовала боли. А может быть потому ещё, что к болям я уже была привыкшей. С Лёшкой, мы общались почти целый год, и всё вокруг тогда было для меня одной. Потом за мной никто и никогда так не ухаживал, как он. Алексей часто приходил встречать меня с работы, дарил не дорогие подарки, которые я и сейчас храню как святую реликвию наших не долгих отношений. Но он был женат, о чём честно сообщил мне в первый же день нашей любви. У него росли две дочки, девочки близняшки. Мир-то ведь говорят не без «добрых» людей, вот кто-то и донёс о наших отношениях его дражайшей супруге. Она начала нас подозревать, в разных местах подкарауливать, и мне пришлось ей уступить Лёшку. Но это не из-за неё самой естественно, а ради детей. Семью его разрушать не хотелось. Так вот и оборвалось моё очередное счастье, ничего мне лично не оставив, кроме воспоминаний.

(продолжение следует)

У. Ёжиков