Пламенное сердце в теле демоненка
Не перестаю удивляться, сколько же бесстрашия, силы и неисчерпаемой преданности находится в сердечке этого маленького черного песика. До появления в доме Люсьена Светлановича Гопкинса я, конечно же, изучала породу и, в целом, была готова ко всем типично шипперячьим качествам, вроде вуфканья по делу и без, толики задиристости, независимому нраву и огненному темпераменту. В своем большинстве доступная информация не лгала, так как шипперке можно прекрасно описать одним простым словом - демоненок.
На деле Люсьенчик, конечно, оказался гораздо менее активным и шилопопым
Он тот еще ленивый пирожочек и созерцатель, что, вероятно, объясняется его полом, либо генетикой. По статистике якобы девочки более скоростные. Однако шипперке и правда удивительные. Будь Люсик размера с грюнендаля. - явно держал бы в страхе всю округу, и к нам уж точно вообще бы никто не подходил. Все-таки милая внешность плюшевого волчонка немного сбивает с толку. Но сам Люсень явно видит себя настоящим защитником семьи, кардиналом стаи и ответственным завхозом, которого уж точно взял бы на работу сам Ренат Агзамов. Или глава полицейского отделения. Или в качестве ревизора, чего только можно представить.
Люсий - собственник, ревнивец и однолюб.
Складывается впечатление, что ему в принципе кроме меня никто не нужен и не интересен. Даже на прогулках он общается с другими собаками вот так: "Я красиво постою в позе гордого волька, позволю вам себя понюхать и налюбоваться". И не приведи боги, какой-то человек захочет уделить королю чуть больше внимания, чем нужно. Останется без пальцев. Смотреть можно. Трогать руками нельзя. Единственная собака, с которой Люсик готов играть и бегать от души - это Линда. Но белой овчарке тоже частенько достается от строго шиппера: то подошла слишком близко к его миске, то получила слишком много поглаживаний от меня, или просто - попала под горячую лапу Люсифера. Линдочка терпеливая, мудрая собака, она принимает черного демона со всеми его эмоциональными взрывами и всегда готова следовать за ним след в след.
Два года уже Люсьену Светлановичу Гопкинсу, а он все не перестает удивлять меня невероятной широтой и бесконечной преданностью, ютящейся в его маленьком шипперячьем сердечке. Как это звучит в одной из песен Земфиры: "Я злой человек, злой человек, я твой человек, твой человек".
Мой маленький ласковый и злой песик.
Сколько же в тебе любви и нежности...