В мегаполисе открыл свои двери уникальный музей-коллекция. Владелец с любовью в течение многих лет собирал экспонаты. Orda.kz побывала на экскурсии в «Музее советских катушечных магнитофонов» и узнала, что это скорее была роскошь, а не средство прослушивания
Чтобы попасть в детище Андрея Николаевича (он просил называть себя так, без фамилии) надо договариваться заранее. Спускаемся в подземелье жилого комплекса возле метро «Алатау». Коллекционер объясняет, что раньше здесь хотели устроить подземный паркинг, но его раскупали неохотно. В итоге подземные площади стали продавать как помещения.
Андрей Николаевич встречает на входе и рассказывает: «Раньше здесь пельмени лепили, нам пришлось всё полностью переделывать». Когда-то в бывшем паркинге, действительно, располагался пельменный цех, а теперь музей. На небольшой, по сути, площади огромные потолки, и это решили использовать для размещения главной страсти Андрея Николаевича – советских катушечных магнитофонов. Это музей «для тех, кто не съехал с катушек», шутит хозяин.
С чего началась коллекция
Пельменный цех в музей превратили кропотливо. Каждый из 130 экспонатов тут – любимое детище. Собиралась коллекция с 2006 года, когда Андрей Николаевич начал ностальгировать по временам, когда музыка была не в гаджетах, а на увесистых бобинах.
«Наше поколение воспитывалось уже на западной музыке. Осознанно музыку я начал слушать году в 1978-1979. ABBA, Boney-M, Kiss. Всегда у меня были магнитофоны. В начале двухтысячных дети у меня выросли и говорят – купи нам магнитофон современный. Мы поехали в гипермаркет и даже на цены не смотрели, и больше, чем за $1000 и $2000 выбирали. Купили что-то в итоге, но я эту «балалайку» слушать не могу. В итоге, я начал искать в интернете катушечный магнитофон и нашёл», – рассказывает коллекционер.
Первым стал катушечный магнитофон необычной марки – «Иссык-Куль». Признаться, никто из тех, кто пришёл на экскурсию, даже не слышал об аппарате с таким названием. Оказалось, что его делали на заводе во Фрунзе (бывшее название столицы Кыргызстана Бишкека – прим.ред.).
Первая покупка переросла в большое увлечение. Стало интересно, что ещё из таких аппаратов осталось в Казахстане. Чтобы задать себе какие-то рамки, Андрей Николаевич решил ограничиться советской аудиотехникой, и в наших краях её оказалось достаточно.
«У каждого аппарата своя история. Я в Советском Союзе вырос. Когда появился импорт, мне это все было неинтересно уже. Я нашёл и первый аппарат, который я слушал в детстве. Он не тот самый, конечно. От первого ещё родители избавились. Меня как только не называют, и хламовщиком, но мне всё равно. Я их люблю, я с ними здороваюсь, прихожу и здороваюсь», – с горящими глазами поясняет Андрей Николаевич.
Катушечные магнитофоны это почувствовали и сами «потекли» в руки к выпускнику Алматинского энергетического института. Андрей Николаевич восстанавливал их самостоятельно – пригодились полученные в вузе и в жизни навыки. Коллекционер связал свою жизнь с радиоустановками, поэтому отремонтировать зачастую неработающие магнитофоны оказалось под силу.
Восстанавливать катушечные магнитофоны помогла информация из старых советских журналов, которые Андрей Николаевич многие годы бережно хранил дома.
Как выяснилось спустя десятки лет – они пылились не зря, ждали своего часа.
Катушечный магнитофон – всё-таки роскошь
Раньше, да и сейчас, хорошая аудиотехника была и вопросом престижа. Если у человека был классный магнитофон, то и дом полон гостей, и дискотеку можно организовать школьную. Новые композиции давали слушать и по телефону, а потом встречались и переписывали друг у друга, подключая адаптеры и «колокольчики».
«Как ни странно, я очень много магнитофонов приобрёл в Караганде и Усть-Каменогорске. Потому что там народ был с деньгами, потому что у шахтёров-проходчиков была зарплата под 1000 рублей (при средней 115-150 рублей, зарплата министра была 800 рублей – прим.ред.). В Алматы очень мало таких магнитофонов было, а вот Караганда, Экибастуз – много аппаратов», – рассказывает Андрей Иванович.