Старуха слишком долго испытывала его терпение. Сашка уже решил, что та не ответит вовсе, но всё равно не мог оторвать напряжённый взгляд от её плотно сомкнутого рта. Губы ведьмы так истончились от старости, что потерялись в глубоких складках, и когда она наконец прервала молчание, каркающие звуки её голоса проникли в каждую клетку. — Подойди. И хотя он твёрдо намеревался держаться на почтительном расстоянии от кровати, ватные ноги сами собой понесли его вперёд. — Что ты видишь? — язвительно потребовала старуха. — Вижу… — Сашка еле ворочал языком, — я вижу… — Старость, — старуха подалась навстречу гостю, чуть оторвав плечи от подушки, — и слабость. Молодость ушла и мало чего осталось. Теперь ясно, какова цена? — Не понимаю, — пробормотал Сашка, — о чём вы просите. Причём здесь я? Я же не доктор… Или вам нужны деньги? На какое-то крутое лечение? Пансионаты? Дома отдыха? — он мямлил и мямлил всё, что приходило в голову, лишь бы заглушить нарастающий звон в ушах. — А курорты? Хотите ездить